Механика света

Глава пятнадцатая

– Как все прошло? – начал Эльдар, едва дверь авто приоткрылась. Дождаться, пока я устроюсь на заднем сиденье и захлопну ее обратно он, похоже, не мог.

– Тебя заметили, – не удержалась я от шпильки. – Получается, опять прокололся.

Плечи у Барятина закаменели и он так дернул машину с места, что я едва не опрокинулась. Лишь через пять минут, когда Астория осталась далеко позади, он все-таки выдавил:

– Прости. Но ты сейчас была…

– Цинична как механик? – охотно заполнила я провисшую паузу.

– Неженственна, – предпочел он другую формулировку.

– Останови!

Я дождалась, пока авто притрется к бордюру, открыла дверь и пересела вперед, чтобы видеть лицо Барятина – разговаривать сейчас с его спиной, сидя позади, категорически не хотелось.

– Неженственна, говоришь? – уставилась я на его профиль, потому как поворачивать ко мне тот не спешил. – Да, это, конечно, очень странно, особенно в сложившихся обстоятельствах.

– Не надо сарказма. Он не идет тебе еще больше цинизма.

– Нет, Эльдар. Вот чего нам сейчас точно не надо, так это иллюзий. Кто я, по-твоему? Нежный цветочек?

– Ты женщина. Оказавшаяся в сложной ситуации и нуждающаяся в помощи.

– Что ж, наверное, и это тоже, – не стала я спорить. – Но прежде всего я механик! Которого лишили всего, Всего, понимаешь? Даже возможности заниматься собственной профессией. И которым вдобавок пытаются манипулировать! Так что насчет несчастной женщины ты все-таки слегка заблуждаешься. Ясно?

Я выдохнула, чтобы не сорваться в совершенно ненужную истерику, и закончила совсем другим тоном:

– Если не нравится – уходи. Можешь сделать это прямо сейчас.

– Полагаешь, сумеешь справиться со всем сама? – Барятин все еще не глядел в мою сторону, уставившись прямо перед собой, в темное стекло.

– Постараюсь, – я тоже отвернулась к едва подсвеченной фонарями пустынной улице впереди.

– Примешь предложение Вивеля?

– Нет! – вскинулась я и увидела, что теперь он смотрит на меня в упор. – Не приму. Я, конечно, механик, но все же цинична не настолько. Он, и этот его свей, явно причастны к смерти отца, Ромы и… и… Всех! Теперь я в этом точно уверена.

– Прости, – Эльдар развернул меня к себе и осторожно снял пальцами слезы с ресниц, подставив плечо, чтобы я в него уткнулась. – Сдается, я просто бесчувственный чурбан. Поплачешь?

– Не сейчас, – отстранилась я, заканчивая то, что начала: – А еще, сдается, покушение на наследника тоже без них не обошлось.

– Что-о? – не сразу понял тот. – Уверена?!

– Не совсем, – вынуждена была признать я. – Но… Если сложить все намеки и оговорки, мелькнувшие за время нашего общения... Да, впечатление складывается именно такое.

Мне вдруг отчетливо вспомнился кусочек диалога со Скутвальссоном за столом:

– Почему вы так торопитесь? – задала я вопрос, который считала главным. – И так торопите меня?

– Так ведь господин Вивель вам уже сказал – я собираюсь домой, – пожал он плечами.

– Почему? – повторила я с нажимом. И видя, что отвечать тот не спешит, добавила: – Мы с вами так хорошо и откровенно начали, надеюсь, и продолжим в том же духе. Вы ведь понимаете, что без полного доверия к вам и вашим планам я никуда не поеду? Это оказалось бы крайне опрометчиво в моем положении.

– Да, вы действительно умная женщина…

– Не жалуюсь. Итак?

– На нас здесь стали оказывать слишком большое давление. Лучше пока уйти из поля зрения тех, кто…

– Пытается добиться тех же целей, что и вы? – слегка помогла я с формулировками, когда собеседник чуть замялся. – Но несколько иными методами?

– Можно сказать и так, – тонко улыбнулись мне в ответ, – хотя я бы сформулировал по-другому: Тех, кто пытается ставить нам палки в колеса, пользуясь поддержкой структур, в общении с которыми не отказывают.

– Вами заинтересовалась охранка? – перевела я это словоблудие с дипломатического на понятный. Но оставив при себе вторую часть вопроса: «Или это вы ими заинтересовались?»

– Елизавета Андреевна, – внезапно перестал тот улыбаться, – думаю, о сложившейся ситуации достаточно будет знать, что и мне, и вам станет намного спокойнее, если мы сейчас окажемся подальше отсюда. Хотя бы временно. И если подальше отсюда окажутся все те сведения, которыми мы с вами оба располагаем…

– Эльдар, – вынырнула я из воспоминаний. – Скутвальссон торопится уехать, потому что собрал здесь кое-какие бумаги, и уверен – их необходимо срочно вывезти. В том числе сейчас у него, кажется, и те документы, что охранка конфисковала во время обысков у механиков. Не понимаю как, но он сумел к ним подобраться. И еще… Он точно знает – у нас в доме тогда не нашли ничего.

Эльдар резко выдохнул и опять уставился в стекло перед собой.

– Я должен их увидеть! – выдал он спустя почти минуту. – Те документы.

– Как? – полюбопытствовала я без особого даже удивления.

– Нужно попасть к нему в дом!

– Слушай, ваша светлость, а тебе никогда не приходило в голову, что глава службы личной безопасности… то бишь номинальный глава десятка личных дворцовых телохранителей – это никак не оперативник. Это чиновник и придворный шаркун! Ты же пытаешься не просто быть и тем, и этим сразу, но еще и кем-нибудь третьим сверху. Сдается, большинство твоих проблем и проколов растут именно отсюда.

– Что?! – Барятин перестал, наконец, разглядывать улицу впереди, резко переключившись на мой профиль.

Оставалось лишь поздравить себя – эта фраза по-настоящему его задела. Не ожидал от меня, точно.

– Ладно, едем уже домой, – вздохнула я. – Обсудим все там.

***

Но обсудить толком хоть что-нибудь у нас не вышло – Эльдар успел все для себя решить пока ехали. А меня просто поставил перед фактом прямо в гараже:

– Возможно, Лиза, ты и в самом деле права, – он помог мне выйти из авто и тут же направился к своему мотоциклу. – Даже наверное права.

Я замерла, догадываясь уже, что именно он задумал, и кляня себя за несдержанность. Но особенно за убедительность.