Механизм счастья

Глава 7. Ещё немного прошлого (или много)

Практическое тестирование я провалила. Успокоила себя тем, что в космосе побывала и можно ставить галочку в списке «Выполненных дел и желаний». И что теперь?

Вяло собирая вещи в мыслях прогоняла, раз в десятый, план дальнейших действий понимая, что досада от провала не даёт сосредоточиться на важном здесь и сейчас. К тому, что на меня обрушилось, на занятиях нас не готовили. Да и вряд ли смогли бы подготовить.

Мы летели на место в полной уверенности, что посмотрим на работу полных команд, познакомимся с потенциальными коллегами и освоимся с управлением учебных челноков. Ан, нет.

Во-первых, испытание проходило у самой Аномалии. Во-вторых, не на учебном космическом челноке, а на настоящем лёгком космическом крейсере выполняющем штатный рабочий полёт. В-четвёртых, нам предстояло пролететь по тоннелю до Этарии, а для не слаженных команд путь этот имел перспективу одного конца. Нет, не смертельного, как нас уверили, просто, по каким-то своим критериям, тоннель некоторых, выплюнутых к нашему проходу, обратно больше не пропускал. В этом случае, о космосе следовало забыть раз и навсегда.

В нагрузку, просветили нас обо всём этом аккурат за полчаса до Часа Икс.

Не знаю чего они хотели добиться. Лично у меня от волнения часто забилось сердце, вспотели ладони и испарина на лбу выступила. Вместо того, чтобы прогонять в памяти теорию полёта и взаимодействия с командой, как Стабилизатора, я большую часть времени, отпущенного до испытания, провела рядом с дезинфицирующими светодиодными лампами, подставляя под них руки в попытке избавиться от чувства липкости на ладонях. И да, там было достаточно уединённо для того, чтобы провести основательную успокаивающую дыхательную гимнастику. Кажется, столько, целенаправленно, не дышала за всю прошедшую жизнь, сколько за те полчаса. Надышалась на две жизни вперёд.

Сокурсники тоже справлялись с волнением кто во что горазд, вплоть до крепких объятий с очистительным сосудом в специальной кабинке. Не всем помогает от тошноты подышать животом. И только немногие судорожно штудировали учебные записи. А если учесть, что нас и был десяток, то немногие сокращались до троих относительно вменяемых людей. И усилия их, несомненно, крайне ответственные, превращались в абсолютно бесполезные. Потому что, могу на что угодно поспорить, всё прочитанное и не выученное до момента икс, как влетит в мозг, так и благополучно, в водовороте событий, из него вылетит.

За десять минут до начала испытания нас собрали и развели по комнатам, где мы и ожидали своих напарников. Оттуда они нас должны были забрать и отвести на челноки.

Первая половина пути прошла спокойно, если не считать моих потеющих ладоней и подмышек. А вот на какой секунде полёта всё пошло не по плану сказать точно не берусь. Для меня мир задрожал и окрасился в красно-оранжевый с воем сирены и пищанием приборов как-то резко сразу. Вот, мгновение назад, всё хорошо и пилоты переговариваясь шутят и смеются, Кристина изображает в лицах забавную сценку из жизни, и вдруг вспышки, тряска, невыносимо давит на уши звуками предупреждения о перегрузке приборов. Меня обступают Мария, Кристина, Стефани и Сандра. Гравитационное сиденье из-под попы уходит в металлическое основание прозрачной трубы, в которую меня поместили. Место Стабилизатора. Волны гравитации не дают упасть и я плавно покачиваюсь в паре сантиметрах над основанием трубы и внутри неё. Больше не трясёт. Прозрачные стенки затягивает матово-белым и наступает тишина. Несколько секунд тишины, несколько секунд передышки.

Яркая вспышка ударяет по глазам, на голову обрушивается стопудовая плита, кожу обдаёт то кипятком, то ледяной водой из зимней проруби, в руки и ноги впиваются тысячи раскалённых игл, в уши ввинчивается чей-то крик на невыносимо высокой ноте. Я не могу пошевелить ни рукой, ни ногой, ни головой, чтобы ослабить боль. И не знаю сколько она длится. Кажется, что вечность и... кажется, кричала я.

Сознание медленно уплывает в спасительную темноту, где ничего не давит, не обжигает и не протыкает. Мне всё равно на то, что у меня есть невыполненная функция, мне хочется одного — покоя.

Из него меня выдёргивает грубый приказ-окрик:

- Работай, чёрт тебя дери!

Открыв глаза вижу себя всё там же, в полости трубы с матовыми непрозрачными стенками. Голова болит на одну адскую единицу меньше и работать она отказывается на отрез. Все теоретические выкладки, вызубренные параграфы и формулы помахали буквоцифрами и смотались на самый край сознания. Чем мне работать?! Где?! С чем?!

- Работай! Потоки! Настрой потоки!

Кто это кричит? Не пойму…

Какие, к чёрной дыре, потоки?! О чём…

Проваливаясь в обволакивающую ватную мякоть мыслей, кажется слипшихся друг с другом крепко накрепко, пытаюсь отыскать даже не само знание настройки, а хотя бы понятие потоков. Через головную боль и ломку тела, отзывающегося нежеланием у кого-то там проводить настройку непонятного чего, всё-таки ловлю хвостик знания и тяну к себе осторожно. Память выдаёт теорию и хиленький практический опыт по тренировке Внутреннего Взгляда. Им мне и нужно увидеть потоки сил для соединения.

С трудом концентрируюсь и закрыв глаза в темноте, за плотно прикрытыми веками, ловлю отголоски и всполохи иных цветов. Как выглядят потоки нужных мне для соединения энергий?

Темнота за веками на все мои усилия отзывается безмятежным спокойствием. А я в ужасе всхлипываю, давясь воздухом вперемешку с металлического привкуса соплеслезами. Для настройки нужно размеренно дышать, у меня же выходит только судорожно. Я застыла в неудобной позе и по-прежнему не могу пошевелиться, а мне нужно её сменить. Нужно! Подступающую панику притупляет долгожданная вспышка и умоляющее: