Меланья. Ведьмина внучка.

Какая же ты дура...

Михаил вернулся с работы пораньше. В планах был тихий семейный ужин. Нужно расспросить Милу, как она устроилась в Москве, чем занимается, какие у неё планы. Может он дочке помочь чем сможет. Настроение было приподнятое, и он захватил в магазине возле дома небольшой тортик к чаю.

- Дома есть кто? – Миша открыл дверь и удивился гробовой тишине.

Он разделся, поставил торт в холодильник и зашел в комнату. На диване, уставившись немигающим взглядом в стену, сидела его жена Галина. Милы нигде не было. Михаил задернул шторы, включил свет в комнате и сел рядом с женой.

- Что произошло? – он нутром почувствовал неладное. – Где Меланья?

Галя повернула к нему опухшее от слёз лицо и потерянным голосом ответила:

- Она ушла.

- Куда ушла? Галя, что у вас тут произошло, расскажи толком. Почему ты плачешь? Не молчи! – Миша начал заметно нервничать, случилось что-то серьезное. Вчера ещё всё было хорошо, а сегодня…

- Ну что ты, милая? Ну, перестань, - он привлёк к себе жену и, успокаивая, поглаживал по спине. – Ты мне просто расскажи, что случилось, почему ты в таком состоянии, и где наша дочь?

- Миш, она не наша дочь, - резко отстранилась Галина. – Она никогда не была нашей дочерью, она нам совсем чужая, она ведьма.

- Перестань, - в голосе Михаила послышались стальные нотки. – Не наговаривай на Милку, я её с рождения воспитывал, любил и баловал. Она моя дочь и точка. А ещё будешь так говорить, я не знаю, что с тобой сделаю… - пригрозил мужчина. – Куда она ушла? Обратно в Москву поехала? – Миша набирал номер дочери, но абонент был недоступен.

- Она не поставила меня в известность, собралась и ушла. - Галя устало поднялась с дивана и направилась в кухню. – Ужинать будешь? Я разогрею.

- Галь, какой ужин, ты в своём уме? И не смей уходить от разговора, выкладывай, что вы тут друг другу наговорили, - Михаил схватил жену за руку и властным движением вернул обратно на диван. Галя привычно закрыла лицо ладонями и замерла. – Я тебя ни в чём не виню, просто расскажи по порядку, что тут было? – пытался он достучаться до Гали. И прикрикнул приказным тоном, – не молчи!

Припёртая к стенке женщина, понимая, что отвертется не удастся, коротко ответила.

- Она расспрашивала свою историю рождения, я ей всё рассказала.

- Насколько «всё»?

- От начала и до конца, со всеми подробностями, - ответила Галина.

- Дура, - Михаил будто выплюнул это слово, - ты вообще понимаешь, что ты наделала? Она ещё ребёнок, что сейчас у неё внутри? Галя, блин, какая же ты дура, - Миша, схватившись за голову, мерял шагами комнату. В глазах бессилие, на шее вздулись вены. – Мы даже не узнали, где она живёт, сменит телефон, и не найдём её. Полиция искать тоже не будет, учитывая обстоятельства. Галя, ты лишила меня дочери, какая же ты эгоистка.

- Это не твоя дочь, - на всю квартиру закричала Галина, - не твоя, пойми это. Ты ей никто, теперь она это знает. Пусть хоть сквозь землю провалится, лишь бы не возвращалась. Ей там мать родную показали, она и побежала со всех ног, а на нас с тобой ей наплевать!

- А вот это ты зря, - Михаил схватил Галю за плечи и крепко тряхнул, - не смей так о Милке, поняла?

Галя кивнула. Он отпустил её и быстро одевшись, вышел из дома. Куда идти не знал, мобильник дочери был недоступен, Миша просто шёл по улице, не разбирая дороги. Вдруг ему показалось, что его окликнули. Михаил обернулся и увидел Артёма, своего старого друга.

- Куда бежишь, брателло? – Тёма крепко пожал руку и разглядел убитый взгляд друга. – Что случилось? Серьёзное?

- Милка пропала.

- Когда?

- Сегодня, с матерью повздорили. Она вчера на несколько дней приехала погостить, а сегодня уже уехала. Даже не попрощалась. И телефон не отвечает.

- А почему ты думаешь, что пропала. Поехала обратно, и всего делов. Успокоится, отойдёт и сама тебе позвонит.

Спокойная уверенность Артёма подействовали на Мишу отрезвляюще. Паника отпустила, на смену ей пришла холодная логика. И чего он так всполошился, ну и что, что Галка там наговорила. Мила умная девочка, успокоится, взвесит, подумает и позвонит.

- Тёмыч, пойдём выпьем, а? – умоляюще посмотрел он на друга. – Так расслабиться охота.

- Пошли, братан, я сейчас только Светке звякну, и свободен.

* * *

Мелана доехала до деревни на автобусе. Вдоль пролеска была протоптана тропинка, местные ходили. В деревне дорога трактором расчищена, а вот калитка и дорожка в дом были одним сплошным сугробом. Об этом она не подумала. Лёху нужно было брать сразу. Самой ей здесь не справиться. Девушка стояла возле дома бабули и судорожно пыталась что-нибудь придумать.

- Милочка, ты что ли? – с соседнего участка на неё смотрела старушка Егоровна. – А я смотрю-смотрю в окошко, никак не узнаю, кто там стоит. Вот решила выйти на крыльцо.

- Здравствуйте, - вежливо ответила Мила. – Баб Лид, дайте мне пожалуйста лопату, а то мне в дом никак не войти.

- Какая тебе лопата, милая. Сейчас сыночка мой на обед придёт, так он тебе дорожку то и расчистит. А ты иди пока в гости, чаю попьем. Красавица, какая стала, - Егоровна призывно махала рукой. Милка решила не геройствовать, а принять приглашение. На улице мороз, в доме сейчас тоже мороз, пока протопится, а в деревне все свои, родные.

- Спасибо, баб Лид, что бы я без вас делала, - и девушка пошла к соседке.

Чай был вкусный, с сушеной малиной. Старушка по-доброму хлопотала, открывая банки с разным вареньем, и тараторила не переставая. Буквально за полчаса Милка узнала все местные новости, кто, с кем и как живёт, у кого какая жизнь и достаток. Вспомнили бабушку Марфу, и Егоровна всё жаловалась, что после смерти ведуньи в деревне холоднее стало, добра меньше, душевности не хватает.

- Милочка, а ты к нам надолго приехала? – как бы невзначай спросила старушка. – Может, подсобишь людям то? Поколдуешь немножко, как бабушка твоя?

- Не знаю пока, - уклончиво ответила Милка, - пару дней точно здесь буду, может больше.