Меланья. Ведьмина внучка.

Ты знаешь, кто я

В теле было непонятное чувство скованности. Мила посмотрела на свои ноги – они шагали. Но то, с какой скоростью к ней приближался дом рыжей женщины, совершенно не соответствовало скорости её ходьбы. Ощущение полёта во сне. Всё ближе и ближе огонёк в окошке, бревенчатые стены, белые резные ставни. Громкий щелчок в ушах, и Мила уже внутри избы. Она пролетела сквозь стену. Это сон! Неожиданная догадка встряхнула её и обдала волной жара сверху до низу. Мозг начал потихонечку искать зацепки, чтобы выскочить из этого состояния.

- Расслабься, - прозвучало рядом.

Мила повернула голову на звук. Она. Девушка будто увидела своё отражение, но на много лет старше. Рыжеволосая стояла рядом и протягивала Мелане свои руки.

- Иди скорее, обниму тебя, - на ней было длинное в пол платье из грубого льна. Вышитый пояс подчёркивал тонкую талию, на груди длинные чёрные бусы. – Не сопротивляйся, я не причиню тебе зла. Доверься мне.

От завораживающего голоса Милу покинули все мысли. В голове звучал только призыв: «Доверься мне!» Девушка сделала шаг навстречу, руки самопроизвольно поднялись в принимающем объятия жесте. Ещё секунда и они сольются в единое целое. Неожиданно громкий настойчивый звук остановил это мгновение. Перед глазами Милы будто замельтешили помехи, как при плохом сигнале антенны телевизора. Связь терялась. Звук становился всё громче и громче, он вырывал из видения, не давал прикоснуться к рыжеволосой, оглушал и дико нервировал.

- Хватит! – изо всех сил крикнула Мила и зажмурила глаза. Когда она их снова открыла, перед ней была черная непроглядная темень пролеска, а сзади слышался лай деревенских собак. Девушка развернулась. Деревня была на месте, горели фонари, тихо падали мелкие снежинки.

Погруженная в свои мысли, она тихо побрела обратно к дому. Призрака пса нигде не было видно.

- Ну хоть от этого хвостатого избавилась, - вслух проговорила Мила.

Машинально сунув руки в карманы, она нащупала телефон и включила экран. Десять пропущенных от отца. Вот что вырвало её из видения. Надо перезвонить. Мелана набрала знакомый номер и поднесла трубку к уху.

- Ты почему не отвечала? Что случилось? Ты где? – взволнованно кричал отец.

- Пап, извини, я задремала, а телефон в другой комнате был, - слукавила Мила, - а что у тебя случилось?

- Дочь, меня сегодня к маме наконец-то пустили, буквально на несколько минут. Она очень хотела с тобой поговорить, а ты трубку не брала. Как нарочно. В общем, я уже домой иду. Завтра вечером заеду к ней в больницу, будь пожалуйста на связи.

- Может я сама ей позвоню? Как думаешь?

- Не получится, у неё телефон сломался, а другой я завтра привезу. Просто не спи завтра в это время, я сам тебя наберу.

- Хорошо, пап. Договорились.

Мила повесила трубку. Вот и бабулин дом. Только сейчас она поняла, как сильно замёрзла. Выходила из дома около шести, а сейчас уже семь. Где она была? Час пролетел совершенно незаметно. В доме тепло. Милка вскипятила чай и отогревалась в кресле под пледом, с горячей кружкой в руках. Мысли текли вяло, накрыла дикая усталость и непомерное желание залезть под тёплое одеяло и заснуть. Знобило.

- Чего я себя мучаю, больше мне никто сегодня не позвонит. Лягу спать, а остальное всё утром.

Мила переоделась в теплую пижаму, натянула шерстяные носки и улеглась в передней на диване. Толстое ватное одеяло укрыло приятной тяжестью. Отключилась мгновенно.

* * *

Снова та тропинка. Снова тот дом. Снова быстрое сближение, проход через стену и рыжая женщина. Сейчас она сидит на лавке и жестом приглашает подойти ближе. Мила расслаблена, она точно знает, что это сон, поэтому не паникует и просто наблюдает за развитием событий. Женщина на что-то показывает пальцем. Проследив направление, Мила видит подвешенную к потолку плетёную люльку. Внутри, на мягкой подстилке лежит большое красное яйцо.

- Это ты, - женщина смотрит на девушку и улыбается.

Рыжая подходит к люльке и бережно берёт яйцо на руки. Покачивая, напевает знакомую колыбельную на непонятном языке.

- Смотри, - она будто протирает стенку яйца и Мила видит внутри настоящего младенца. Маленькая девочка с огненными кудряшками. – Я могу тебе дать гораздо больше того, чем ты знаешь. Могу научить тому, что непонятно. Я наполню тебя до самых краёв. Хочешь?

- Кто ты?

- Ты знаешь, кто я. И ты знаешь, кто ты. Вопрос, готова ли ты принять саму себя?

Рыжеволосая ласково смотрела на Милу, не прекращая баюкать яйцо. Она нежно гладила его гладкие стенки, прижимала к груди, целовала. Девушке казалось, что баюкают её, она ощущала прикосновения этой женщины через скорлупу. Приятное тепло разливалось по телу от поцелуев.

- Что я должна сделать? – всё больше поддаваясь искушению, спросила Меланья.

- Ты должна родиться, прорвать оболочку, сбросить скорлупу, - ответила женщина.

- Как это сделать? – Мила чувствовала, что всё, что она сейчас видит и слышит, это истинная правда. Бегать от себя можно бесконечно, но правильнее остановиться и принять свою истинную сущность. Возможно, будет трудно, возможно легко, но однозначно уже не будет по-прежнему.

- Ты готова?

- Да, - голос прозвучал тихо и хрипло.

- Повтори громче, ты готова?

- Да, - Мила сделала усилие и крикнула, но женщине и этого было мало.

- Ещё громче, ты должна вложить в ответ, всю свою силу, ты должна сказать это так громко, чтобы оболочка лопнула. Отпусти её, забудь, она тебе больше не нужна. Теперь у тебя есть я. Я дам тебе всё, что нужно. Ответь, ты готова к этому?

- Да, я готова, готова, я принимаю тебя!

Крик получился таким громким, что Меланья проснулась. Всё тело знобило. Голова горячая и ужасно болит. Жар, сильный жар. Добравшись до аптечки, Мила нашла жаропонижающее и, приняв его, вернулась в постель. Трясло от холода даже под одеялом. Терпи, нужно потерпеть. Спустя минут двадцать лекарство начало действовать. Стало легче. Девушка посмотрела на часы, они показывали половину пятого утра. Ещё рано, подумала она и снова погрузилась в сон. Больше рыжая не снилась, вообще никто не снился. Было ощущение, что она блуждает в лабиринте, постоянно натыкаясь на препятствия и стены. Даже сквозь сон Мила ощущала тяжёлую головную боль. Казалось, что черепная коробка сейчас лопнет. «Помогите, помогите», - шептала Мила, шагая по лабиринту вперёд. С каждым поворотом проход становился всё уже и уже. Вот она уже не идёт, а буквально протискивается сквозь стены коридора. Повернуть назад невозможно, там сплошная стена. Впереди из-за очередного поворота прорываются лучи густого янтарного света. Ещё немного, последние шаги, только бы пролезть…