Мелисса. Простить или отомстить

Глава 2.1

В несколько минут я преодолел расстояние от нашего кампуса до правительственного дворца. Я тут был всего два раза – здесь проводятся ежегодные балы для выпускников академии, и соответственно, я на нем присутствовал. Это было первое посещение. И второе на празднование дня рождения Верховного.
Сказать, что я оробел, нельзя. Но какой-то противный холодок пощекотал между лопатками. В том месте, где при оборачивании прорываются крылья. Мелькнула нехорошая мысль, что, может, им больше и не придется прорываться.
Бесстрастный офицер проводил меня к кабинету, где меня уже ждали.
И перешагнув через порог, я сразу же ощутил атмосферу холодной опасности. Она словно витала в воздухе и проникала в легкие, заставляя горячую драконью кровь леденеть. Сидевшие за длинным столом семеро членов совета, в лиловых мантиях, выглядели каменными истуканами – настолько бесстрастны были их лица.
- Дейнард Агернон! Вы знаете, за что вас вызвали на малый парламентский совет? – со стальными нотками в голосе спросил Фелон.
- Ваша светлость, клянусь честью, не имею представления. Ничего такого, что было бы достойно рассмотрения на государственном уровне, я не совершал, - глядя честными глазами, отчеканил я.
- Вы обвиняетесь в злоупотреблении своим должностным положением. Недобросовестно относитесь к возложенной на вас ответственности. Пренебрегаете положениями устава департамента, - дальше я уже предпочел не слушать, потому что абсурдность обвинений выходила за рамки здравого смысла. Причем, очень далеко выходила. Осталось спросить: «Засуху прошлого года тоже я вызвал?» Но не стал будить темные силы в членах парламента. Кто-то сделал это еще до меня. Конец обличительной речи заставил меня встряхнуться.
- А также вы обвиняетесь в посягательстве на жизнь человека, чей вклад в поддержание государственности является неоценимым, - подвел итог Фелон.
Так вот где спрятаны драконьи яйца!
- За перечисленные злодеяния вы должны понести наказание в виде лишения права на работу и получения членства в палате лордов, а также заключение в тюрьму сроком двадцать лет.

Я потерял дар речи. Судя по масштабности того, что здесь происходит, этот мерзавец Норман должен быть сыном или внуком самого Верховного.

Может я сплю? Или вообще Пураун, бог безумия, забрал мой разум? Понятия «государственность», «долг», «ответственность» вообще никак не соотносились с тем, что сейчас здесь происходило. Насколько я помню из курса права, суд должен выглядеть совсем не так. И единственное, что меня устраивало – мне не пришлось врать насчет причины конфликта. Хотя с таким узким составом судейских можно было не бояться, что кто-то еще узнал бы ее.

- Отведите виновного в каземат! – скомандовал Фелон, и от стены отделились два стражника, которых я вообще не увидел. Их красные мундиры сливались со стенами.

Я понял, что нужно действовать. Если меня запрут в каземат, я не смогу обернуться – там поставлены мощные глушители магии. А двадцать лет беседовать с одними крысами у меня желания не было. И, кроме бегства, выхода я не видел. Придется прямо во дворе принять драконье обличье и здравствуй, жизнь изгнанника.
____________________________________________________________________________________
Следующая книга литмоба "Обманутая драконом" - Мертвый парень - живой дракон" Дарьи Адаревич
https://litnet.com/shrt/rum3

– Леша? – в глазах слезы. – Я нашла тебя.

– Это не мое имя.

Касаюсь его плеча, и Леша резко оборачивается, смотрит со злым равнодушием ярких голубых глаз. Лохматый и опасный он только что превратился из дракона в человека… Далекий и чужой, без очков и с грубой щетиной он совсем не выглядит моим мажором из прошлого, с которым мы катались на мотоцикле и целовались на крышах многоэтажек.

– Вы обознались, – говорит человек с голосом Леши. – Я вижу вас в первый раз.

Признаю, он изменился, но не настолько, чтобы я не смогла его узнать. Это он! Вот только… что с ним случилось и почему делает вид, что знать меня не знает?

– Прошу прощения, – выдыхаю я, и внутри все переворачивается. – Вы просто показались мне похожими на человека, которого я когда-то любила.