Мелкая пиарит "Бастион"

Глава 3

Люосория неслась на всех парах, обгоняя суетливых, так некстати попадавшихся ей на пути старшекурсников, ловко лавируя между потоками, выходящими с лекционных занятий. Уже на самом пороге корпуса её попыталась остановить Эльсея, но Мелкая, быстро кивнув подруге, под её недоумевающим взглядом выскользнула на улицу.

- Люосория, ты куда?!Подожди! – только и донеслось ей вслед.

Но Диннаре уже ни до кого не было дела. За минуту она преодолела приличное расстояние. Молодец! И в соседний корпус внеслась со всей своей шикарной стикской подготовкой – то есть стрелой.

***

Люосория всё рассчитала верно: во время дневной тренировки балкон должен был быть пуст. Но по привычке, крепко вбитой дядюшкой Марти, на всякий случай, ей нужно было проверить обстановку. Подобравшись вплотную к спортивному залу, она кинула быстрый взгляд на пространство через широкую, слегка затемнённую дверь. На дверном косяке снова мелькнула та самая рекламная бумажка, что уже три дня маячила по всему Бастиону, она приглашала всех и каждого «насладиться великолепной тренировкой лучших штурмовиков четвертого курса». И кто здесь такой тщеславный?! Хи-хи! Посмотрим-посмотрим!

Любопытный Люсин носик прильнул к затемнённому стеклу. Занятия были в самом разгаре. Из всех щелей спортивного зала на девушку просто хлынул плотный и жгучий мужской тестостерон. Во всём своём великолепии! Ах!

Люосория предвкушающе сглотнула. Она, вновь оказавшаяся в адреналиновом раю взрослой, мужской игры, должна была признать, что разница всего лишь в три года для штурмовиков была приличной, если не критической. По всему было видно, что офицеры понимали друг друга без слов. Взгляд, движение плеч, рук – словно сигнальный язык, позволявший реагировать быстро, мощно, молниеносно! О, чёрная дыра! Как красиво! Какие у неё получатся кадры! Да тут не только на Лаэрта можно любоваться! Она всерьёз опасалась, что после публикации фотографий в сети девчонки сойдут с ума и тут же купят билет в один конец до Бастиона. Даже та самая дама преклонного возраста, что пряталась за ником «Ещё молодушка»…

Но нечего было время терять понапрасну! Нужно было срочно проложить себе путь наверх. А то минуты просто утекали. И Люосория тряхнула головой, отгоняя наваждение…

Балконный ярус был пуст. По крайней мере, с этого ракурса никого наверху не было видно. Да и зачем сейчас кому-то туда пониматься? В спортивных залах во время обычных тренировок балконы всегда бывали пусты. Лишь в редких случаях туда поднимались тренеры, чтобы увидеть «непредвзятый рисунок» спортивной игры, или проверяющие и гости Бастиона всех мастей могли наслаждаться сверху спортивным азартом сильных и красивых курсантов академии, когда им представлялась такая возможность. Да… сегодня всё складывалось одно к одному! Лучше некуда!

И довольная, победная улыбка, совсем не спрашивая хозяйку, растянулась от одного миленького ушка до другого. А маленькие ножки, бесшумно скользнув от двери, стремглав поднялись по боковой лестнице и перенеслись на широкий балкон, сразу к центру. Ты ж моя прелесть! Рука уже самостоятельно, на автопилоте, судорожно нажимала на фиксатор. Щёлк – щёлк – щёлк…

И, пребывая в эйфории, Люосория даже не заметила, что вместе с фиксатором за её спиной тоже щёлкнула, закрываясь, самая обычная, бастионная дверь. Та самая дверь, что должна была быть открытой, потому что девушка на всякий случай приклеила на боковую панель фиксирующий листок…

Громкий, смеющийся голос за спиной возвестил на весь зал:

- Птичка в клетке, Лаэрт! Можешь пёрышки щипать!

И внизу в одно мгновение прекратилась игра. О-о…Какая-такая птичка? Какие перышки?! Дядюшка Марти, где ты?!

По спине Люосории пробежал холодок. И даже не от голоса за спиной. А потому что вместе с ним фиксатор в руке запечатлел во всей своей чёткой неизбежности суровый и жёсткий взгляд Лаэрта АрДеМино, резко пронзивший снизу вверх замершую девушку. Двадцать парней там, в зале, понимающе усмехнулись, отходя от центра, с нетерпением ожидая, чем закончится так ловко разыгранная Лаэртом партия. И ровно в том месте, где стояла остолбеневшая Люосория, с противным лязгом впился, опутывая собой защитный балконный барьер, крюк тяжёлого каната…

Девушка с содроганием, словно на медленном повторе, смотрела, как Лаэрт, ухватив конец каната, ловко перебирает руками, неумолимо приближаясь. Тёмные жгуты вен на руках царственного гарха прорезали загорелую кожу, широкая грудь под легкой белой майкой дышит мощно и зло, а неумолимый, гипнотизирующий взгляд всё приближается… И всё это секунд за пять…

- Вот и всё, детка! – хохотнул за спиной тот же подлый голос…

***

Лаэрту оставалось преодолеть метра четыре. И всё! О вселенная! Так приятно было увидеть на лице этой мелкой, пронырливой лисы растерянное, даже немного детское, обиженное выражение. Отлично! «Сначала отшлепаю хорошенько, а разговоры – потом!» – подумал Лаэрт и усмехнулся. Он подтянулся последний раз, перекидывая тело через ограждение, протягивая руку к недвижимой девушке. С недоумением наблюдая, как она протягивает ему свою ладошку в ответ. Что?

Что-что… Рот не разевай! Пока не поймал… Люосория хмыкнула, крепко вцепившись в запястье АрДеМино, дернула его на себя, перенося центр тяжести, одновременно отталкиваясь ногами и делая сальто над Лаэртом, больно упираясь второй рукой ему в спину. Алле-гоп! Головой вниз, руками захватывая канат, переворачиваясь снова в воздухе. До крови стёсывая о грубое плетение руки, раскачиваясь над головами не ожидавших такого поворота штурмовиков, и влетает в тонкую, защитную сетку, натянутую на окне. И пока Лаэрт с десятисекундным опозданием прыгает по канату за ней, девушка уже успевает по сетке добраться до самого верха, туда, где притаилось её спасение – маленькая форточка с допотопной, съёмной фильтрационной системой на защёлке. А дальше – всё просто: четыре нажатия по краям– и фильтр летит вниз, с противным звуком пружинисто приземляясь на спортивное покрытие. А Люосория, рыбкой протиснувшись в форточку, крепко, на одних пальчиках делает отработанный до автоматизма на занятиях по альпинизму краевой захват и вытягивает себя за пределы этой коварной ловушки. Этого маневра ей хватает лишь на несколько секунд, потому что скользкие стены упрямо тянут вниз… Но что такое небольшой удар о землю по сравнению с яростью царственного гарха?!