Мелкая пиарит "Бастион"

Глава 12.1

Посмотреть на небывалое зрелище – безголовый гусеничный хвост из первокурсников ШОКа – сбежалась в бастионные коридоры, наверное, большая половина всего учебного корпуса. Зрители, не скрывая бурных эмоций: откровенного хохота, изумления, недоумения, лёгкого злорадства и прочее, и прочее, – невежливо отпихивая друг друга, лезли в дверные проёмы, открыто наслаждаясь зрелищем. И немногочисленные преподаватели, совсем как первогодки, прятали понимающие улыбки за строгим фасадом.

Ещё бы! Тут было на что полюбоваться! Выстроенные вразнобой, без учета роста, веса и всякой зрительной симметрии, связанные, словно заключенные с дальних имперских колоний, штурмовики, с каменными, натужными лицами, командуя громко, в три отклика – в начале, середине и конце цепочки– небыстро передвигались по учебному корпусу в сторону бастионных лабораторий, забавно ковыляя. Особенно смешно преодолевали они широкую парадную лестницу, на которой опереться о перила рукой могла только одна половина гусеничного недоразумения. Второй приходилось хвататься на партнёра, чтобы не упасть.

Нелегко приходилось всем. Выбранный командовать из первой пары Крейг Лоски, столкнувшись с лестничным пролётом, через раз забывал отдавать команды, что вносило в нестройный ряд первокурсников дополнительную сумятицу.

- Я ему рожу начищу! Командир хренов!– ярился впереди Люосории Шурочка и непроизвольно добавлял шагу, совсем забывая, что подтягивает за собой весь длинный гусеничный хвост.

И хвост, копошась, тоже непроизвольно прибавлял шагу, немилосердно упираясь в спины однокурсников, не успевавших сделать шаг на лестничном пролете. Несколько раз эта нестойкая, полузмеиная конструкция была близка к настоящему падению. От краха её спасала вбитая на подкорке боевая подготовка хареза, научившая курс держать равновесие.

- Что там у Крейга звук закончился?! Надо будет ему вечером фонограф в глотку вставить! И не только в глотку! – орали то тут, то там разозлённые штурмовики, когда их несчастный руководитель снова забывал отдать команду на движение.

Так и шли… Но особенно трудно было Люосории и Ян Ёмину. Маленькая, она сильно уступала в росте своему напарнику, и тому приходилось существенно наклоняться вправо, в её сторону, чтобы хоть как-то компенсировать общий шаг. Он почти волочил её по полу, потому что амплитуды совсем не хватало, чтобы даже нормально согнуть ногу в колене. Наконец, он сдался.

- Слушай, Мелкая, а давай я тебя понесу, мне всё проще будет.

И та, поколебавшись мгновение, согласилась. Она развернулась в харезу лицом, обняла его свободной рукой за плечо, как во время выпускного вальса, и прижалась к нему всем телом, чтобы тому было удобнее её нести.

- Тебе нормально? – тихо спросила девушка вмиг покрасневшего хареза, прекрасно понимая недвусмысленную интимность их позы.

Тот не ответил, лишь кивнул, обхватывая её крепче, снова заливаясь краской.

«Какие всё-таки мальчишки нежные фиалки!» – хмыкнула про себя Люосория и положила голову Ян Ёмину на грудь, чтобы не закрывать тому обзор и лишний раз не смущать этого воспитанного парня. Хотя в этом случае «не смущать» не получилось, потому что под ухом заполошно билось его невозмутимое харезское сердце. Гормоны, так их растак!

Они прошли весь лестничный пролёт. Вокруг несдержанные штурмовики ругались нещадно, дергая друг друга, никак не сумев подстроиться подо всех. И лишь Люосории было настолько удобно так передвигаться, на Ян ЁМине, что она , отбросив в сторону общую нервозность, распластавшись на мускулистой груди напарника, даже прикорнула в процессе.

- Эй-ей-ей! Это что ещё за … Чё ты её лапаешь! – возмущённый голос Шурочки над ухом, как всегда, выбил Люосорию из релаксирующего состояния.

Вот же! Степняк неуёмный! Люосории захотелось неприличным жестом показать Шурочке всё, что она думает о нём, но ей было лень разворачиваться, а потому она сделала вид, что этого вопля вообще не существует, тем более напарник тут же ответил вместо неё, рявкнув над ухом:

- Вперёд смотри, степняк! А то шею сломаешь!

И Люосория счастливо вздохнула, снова закрыв глаза, понимая что иногда мальчишкам лучше вообще ничего не отвечать. Как говорится: меньше слов, больше дела! Тем более, идти до лабораторий при нормальном шаге было минут десять, а при гусеничном целых пятнадцать. Так что успеется отдохнуть.

- Не устал? – шепнула она харезу.

- Нормально, – невозмутимо ответил тот, покрепче перехватывая девушку за талию.

В тот момент она нутром почувствовала чей-то жгучий, горячий взгляд. Она повернула голову. Сверху лестничного пролета, чуть в стороне, стоял Лаэрт со товарищи и холодно смотрел прямо на неё. Глаза в глаза.

- Любуется… На дело рук своих… – буркнула Люосория и снова спрятала на груди Яе ЁМина свою белокурую голову.

Нечего ей на всяких красавцев пялиться! Ведь гормоны, они такие. Как включатся, так потом не отключишь. А у неё возраст. И Громила опять же… Зачем сурового торенца бесить? Правда же?