Мелодия твоего сердца

Глава девятая. Соня Вишневская

Ближе к ночи нога заныла с новой силой. Я планировала завтра пойти в школу, но, кажется, придется продлить больничный еще на несколько дней. Когда я проснулась, на часах было уже 23:44. В квартире слышались только тиканье часов, мурчанье Мурки и мое собственное дыхание.

Мама снова задерживается на работе.

Я осторожно попыталась пошевелить пальцами, и резкая вспышка боли заставила меня зашипеть сквозь зубы. Мурка, спавшая у меня в ногах, недовольно приоткрыла один глаз и потянулась, выпустив когти прямо в пододеяльник.

— Извини, мелкая, — прошептала я, погладив ее по мягкой шерстке. Тишина в ответ на мой голос показалась особенно тяжелой.

На прикроватной тумбочке слабо мигнул телефон. Я дотянулась до него: одно непрочитанное сообщение от мамы.

Мама: «Задержусь, много отчетов. Таблетки на кухонном столе, выпей, если будет сильно болеть. Целую».

Я вздохнула и отбросила телефон в сторону. Свет экрана еще несколько секунд озарял потолок, а потом комната снова погрузилась в вязкий полумрак.

Опираясь на здоровую ногу и стараясь не тревожить левую, я медленно сползла с кровати. Хромая и придерживаясь за стены, я доковыляла до окна. На улице было пусто, только капли дождя сияли в свете фонаря. Завтра одноклассники будут обсуждать контрольную по физике или новые сплетни, а я снова проведу день в компании телевизора и остывшего чая.

В груди кольнуло не хуже, чем в ноге – то ли от обиды, то ли от этого бесконечного одиночества в пустой квартире. Я прислонилась лбом к холодному стеклу. Где-то там, за лабиринтом многоэтажек, мама сейчас наверняка в сотый раз перепроверяет цифры, забыв даже поужинать.

Мурка мягко спрыгнула с кровати и потерлась о мою здоровую щиколотку, призывая вернуться в тепло.

— Идем, — согласилась я. — Все равно от того, что я смотрю в окно, она быстрее не придет.

Я вернулась в постель, натянула одеяло до самого подбородка и закрыла глаза, стараясь подстроиться под ритмичное тиканье настенных часов. Нужно было уснуть раньше, чем боль окончательно вытеснит остатки сна.

До конца недели я оставалась дома. Мама приходила поздно ночью и уходила рано утром, так что мы почти не виделись. От скуки меня спасала только Милана, которая в подробностях докладывала обо всем, что происходит в школе.

Вечерами, когда за окном синели сумерки, я пыталась читать или смотреть сериалы, но мысли все равно возвращались к маме. На кухонном столе я находила записки: «Суп в холодильнике», «Не забудь выпить витамины», «Прости, завтра буду раньше». Но это «раньше» никогда не наступало.

С Джинву мы больше не списывались. Может, оно и к лучшему.

Я взяла в руки свой дневник и открыла последнюю страницу.

«15 сентября 2025г,

В последнее время я все больше чувствую, что в моей жизни что-то идет не так. Если раньше я испытывала радость от всего, что меня окружает, то сейчас мне даже не хочется выходить из дома. Раньше я любила эти утренние сборы: выбирать одежду, краситься, слушать музыку и предвкушать новый день. Даже обычная прогулка до кофейни приносила мне удовольствие. А сейчас я смотрю на дверную ручку и чувствую почти физическую тяжесть. Как будто за порогом квартиры заканчивается весь мой запас кислорода.

Вчера Милана звала меня завтра после уроков в кино, а я соврала, что у меня уже есть дела. И самое странное, что я не чувствовала вины. Мне просто было… никак. Я легла на диван, уставилась в потолок и пролежала так два часа, даже не включая свет. В темноте мне спокойнее.

Я пытаюсь понять, когда это началось. Был ли какой-то конкретный момент, когда все «сломалось»? Или это просто накопившаяся усталость, которая тихим серым туманом заполнила все внутри? Я смотрю на свои старые фото и не узнаю ту девушку. Она смеется так искренне, у нее в глазах жизнь. А у меня – только желание задернуть шторы поплотнее.

Хочется просто поставить жизнь на паузу. Не «уйти», а именно замереть. Переждать этот внутренний шторм, хотя снаружи все кажется тихим. Надеюсь, завтра мне будет хотя бы на каплю легче. Или хотя бы захочется открыть окно и впустить немного свежего воздуха.

Но не сегодня. Сегодня я просто закрою этот дневник и постараюсь уснуть пораньше».

— Наша староста вернулась, — произнес Денис на весь класс, когда я вошла в кабинет истории.

Парень подошел ко мне и обнял так крепко, что мои ноги оторвались от пола.

Я практически сразу нашла глазами Джинву. Он сидел в левой ряду у окна и смотрел в учебник, слушая музыку через наушники.

— Стрельцов, поставь ее на место! — Милана подошла ко мне и, взяв за руку, потянула в сторону нашей парты.

— Я соскучилась по школе, — улыбнувшись, произнесла я.

Подруга с удивленными глазами взглянула на меня, а затем приложила руку к моему лбу.

— Ты точно выздоровела?

Я тихо рассмеялась.

Милана огляделась по сторонам, а после чуть придвинулась ко мне.

— Слушай, я не стала говорить тебе об этом по переписке, потому что такое надо обсуждать лично, но в пятницу после урока физкультуры, когда я проходила мимо раздевалки мальчиков, я случайно услышала разговор Дениса с Костей. И угадай, о ком они говорили, — подруга заулыбалась.