Мелодия твоего сердца

Глава одиннадцатая. Соня Вишневская

«17 сентября 2025г,

Пишу это, чтобы просто выгрузить всё из головы, иначе не усну. Опять это дурацкое чувство в груди – смесь вины, усталости и какого-то глухого раздражения на саму себя. Сегодня поймала себя на мысли: а что я, собственно, делаю? Весь последний месяц я только и занята тем, что пытаюсь «починить» человека, который явно не считает себя сломанным. Или, что еще хуже, считает, но ему чертовски комфортно в этих обломках. Я продолжаю стучаться в эту запертую дверь, как будто там заперт кто-то, кого обязательно нужно спасти.

Но стоит ли?

Стоит ли пытаться стать другом тому, кто ясно дает понять, что дружба со мной ему не сдалась? Я ведь не навязчивая, честно. Я всегда гордилась тем, что чувствую личные границы. Но тут как будто какой-то сбой в системе. Мне кажется, что если я просто проявлю чуть больше терпения, чуть больше тепла, то он оттает.

А сегодня я подумала: а не эгоизм ли это с моей стороны? Может, это мне нужно чувствовать себя «спасателем»? Может, я навязываю свою помощь не ради него, а ради своего ощущения собственной нужности?

Ужасно больно признавать, что ты можешь быть просто лишней. Что твои искренние порывы, твое желание выслушать и поддержать воспринимаются как шум. Как назойливое жужжание мухи под ухом.

Есть такая фраза: «Нельзя причинять добро». Кажется, это именно то, чем я занимаюсь. Я пытаюсь всучить человеку то, на что у него нет запроса. Нельзя научить летать того, кому нравится ползать. И нельзя согреть того, кто хочет замерзнуть.

Наверное, пора остановиться. Не из гордости, не из обиды (хотя, врать не буду, это задевает), а просто из уважения. К его выбору быть одному. И к себе – чтобы не превращаться в человека, который выпрашивает крохи внимания.

Странно. Написала это – и как будто дышать стало свободнее».

После нашего последнего разговора с Джинву прошел месяц. За это время мы перекидывались только парочкой фраз по учебе и все. Иногда мне писала Суа и спрашивала, как у ее брата дела в школе, а я отвечала, что все нормально. Пару раз она даже пригласила меня в гости, но я отказывалась. Просто не видела смысла.

Мы с Миланой вместе записались на подготовительные курсы в университет, поэтому теперь после школы видимся еще чаще. И каждый раз она не упускает возможности спросить меня про Дениса, который, кстати говоря, так и не решился со мной на откровенный разговор. Если честно, я этому рада, потому что в любом случае не знала бы что сказать своему другу.

Все изменилось 18 октября. После уроков, когда мы с Миланой, Олей, Денисом и Костей хотели пойти в ближайшую кофейню, однако услышали как другие ученики навели панику на третьем этаже. Мы из любопытства решили пойти посмотреть и чем ближе мы подходили, тем отчетливее слышали возгласы «Бей! Бей! Бей!». Никого из учителей не было рядом, но я заметила, что несколько девушек побежали вниз по лестничной площадке, наверное, к учительской.

— Что происходит? — спросил Костя у ребят из параллельного класса.

— Азиат получает по заслугам, — с усмешкой ответил ему парень.

Я перевела взгляд туда, где все происходит и мельком увидела несколько прядей синих волос.

Джинву.

— Его же сейчас до смерти допинают! — Милана приложила руки к губам.

Костя и Денис прорвались сквозь толпу, а мы шли следом за ними.

— Вы рехнулись?! — крикнул Денис, оттаскивая какого-то парня от Джинву.

— Да ладно тебе, просто показываем, где его место, — высокий кареглазый брюнет вытер рукавом губу и тихо рассмеялся. Его друзья, стоящие позади снимали все на видео.

Я сразу подбежала к Джинву.

— Господи…, — прошептала, когда увидела разбитую губу и кровь, стекающую вниз по подбородку. — Вот, держи, — я протянула ему пачку салфеток.

Джинву не сразу поднял взгляд. Его синие волосы спутались и закрывали лицо. Он принял салфетки дрожащей рукой, и я заметила, как сильно у него разбиты костяшки – видимо, он пытался защищаться до последнего.

— Ты можешь встать? — тихо спросила я, стараясь игнорировать смешки за спиной.

— Эй, защитники нашлись! — подал голос тот самый брюнет, которого оттащил Денис. — Вы чего за него вписываетесь? Он же слова сказать не может, только и делает, что смотрит на всех свысока.

— Заткнись, Марк, — процедил Костя, делая шаг вперед. Он был ниже Марка, но в его глазах сейчас было столько холодной ярости, что тот невольно отступил. — И удали видео. Живо.

— А то что? — Марк вызывающе вскинул бровь, но его друзья уже перестали снимать.

— Поверь, тебе лучше не знать, — парень сжал кулаки.

Марк ухмыльнулся.

— Пошли парни. Нам тут делать больше нечего, — он поднял с пола свой рюкзак, а после удалился вместе со своими дружками.

Вскоре разошлась и толпа.

— Джинву, ты как…, — я едва успела протянуть руку, как парень резко встал на ноги.

— Не трогай меня! — крикнул он.

Я ошарашенно смотрела на него снизу вверх, чувствуя, как непонятное чувство обиды подкатывает к горлу.