Memento Finis: Демон Храма

Глава 12

На шестой день моего заточения Сарычев пришёл намного позже обычного, уже к вечеру. Зайдя в мою комнату, он сказал:

— Сегодня у нас встреча с одним важным человеком. Собирайся, выходим через пять минут.

Был вечер субботы. Когда я вышел из подъезда, тёплый июльский вечер оглушил меня своей атмосферой, зелёным цветом дворовых деревьев и городскими звуками, от которых я уже немного отвык. Но я не успел насладиться шумной свободой улицы. Мы быстро сели в подъехавший прямо к подъезду автомобиль с затемнёнными стеклами. За рулём сидел тот самый Миша, который и привез меня на конспиративную квартиру вместе с Сарычевым. Следуя утверждённому ритуалу, мы некоторое время крутились по центру пустынного летнего города, потом нырнули в какой-то малоприметный дворик и остановились около железной двери.

За дверью оказался служебный вход в ресторан. Внутри нас ждали. Улыбчивый менеджер заведения любезно проводил нас в зал, где за небольшим ограждением находился незаметный уютный уголок с зарезервированным столиком. Как только мы с Сарычевым присели за стол, около него вдруг появился высокий человек в дорогом костюме. Сарычев сразу же встал, и я догадался, что этот незнакомец и есть тот важный человек, с которым мы должны были сегодня встретиться. «А вот и начальник нашего майора», - подумал я, заметив, как по-особенному предупредительно и внимательно, как это обычно делает хороший подчинённый на службе, Сарычев смотрит на незнакомца, демонстративно отойдя в тень и уступая ему инициативу. Скорее всего, это и был тот самый Рыжик, о котором с уважением и опаской говорили Сарычев и Миша. На вид человеку было лет сорок пять. Подтянутый, спортивный, с густой гривой рыжих волос, он выглядел моложаво и очень аккуратно. Бронзовое, загорелое лицо, длинный нос с горбинкой, проницательные карие глаза – всё это делало облик незнакомца особенно ярким и запоминающимся.

— Ну, здравствуйте, молодой человек. — Мужчина приветливо улыбнулся и протянул мне свою узкую ладонь. Я успел заметить на запястье правой руки дорогие швейцарские часы.

Незнакомец присел за стол. Сразу появился услужливый официант. «Как обычно, в тройном экземпляре», — бросил он, и официант сразу исчез.

— Давайте познакомимся, — сказал рыжий. — Генерал Пахомов. Константин Павлович.

— Руслан Кондратьев, — представился я, очевидно предполагая, что сидящий напротив человек знал обо мне куда больше, чем просто имя и фамилию; а может быть, даже больше, чем я сам о себе знал.

— Надеюсь, Руслан, вы не в обиде на нас за ваше вынужденное заточение? — спросил генерал и, не дав мне ответить, заметил: — Наше вмешательство спасло вам жизнь.

Тут, наверное, я должен был сказать особые слова благодарности, но у меня получилось лишь коротко кивнуть. Получилось это как-то неуклюже и не к месту.

— Мы с вами, Руслан, в некотором роде коллеги, — продолжил Пахомов. — Я в своё время тоже закончил МГУ - юридический факультет. И диссертацию мне довелось защищать на юридическом факультете. Благословенные были времена. Студенчество, молодость, вечная весна в сердце. Завидую вам, белой завистью завидую. Все успехи и достижения у вас ещё впереди. А как можно многого достичь при правильном использовании ума и способностей…

На столе появилась бутылка испанского вина, сыры и мясная закуска. Первый тост был поднят за нашу общую с генералом almamater. У Сарычева, видимо, были другие университеты, но он тоже с удовольствием пригубил вина, аккуратно поглядывая на шефа. Я незаметно улыбнулся - со стороны, наверное, наше странное сборище больше походило на дружескую встречу, нежели на разговор охранника и его подопечного или, того хуже, арестанта и  его тюремщика. Генерал Пахомов оказался увлекающимся в общении и словоохотливым человеком. Он с удовольствием вспоминал свою университетскую молодость, тренируя память перечислением фамилий обучавших его преподавателей. О ком-то я знал, с кем-то был знаком лично, а о ком-то слышал впервые.

— А Ракицкий? — вдруг спросил Пахомов. — Уж Ракицкого-то вы должны знать… Историк. У него было очень интересное имя… Кажется, польское или венгерское…

— Скорее уж тогда это имя греческое по происхождению, — поправил я. — Его зовут Стефан… Стефан Петрович.

— Точно! — искренне обрадовался Пахомов. —  Точно он… Стефан Петрович читал нам какой-то спецкурс по истории Средних веков.

— Он мой научный руководитель, — вставил я.

— Неужели? — изобразил откровенное изумление генерал. — Земля, оказывается, слишком мала… Ведь он, кажется, профессор?

— Да, и уже лет тридцать, а то и больше.

— Летят годы, летят… — задумчиво сказал Пахомов и глубоко вздохнул. — А девушки сейчас на каком факультете самые красивые? Мне раньше нравились с биологического…

Я неопределённо пожал плечами. У меня таких странных стандартов предпочтений не было.

— На филологическом тоже есть красивые девушки, — неожиданно заметил Пахомов. — Впрочем, зачем я вам это рассказываю. Вы это и без меня прекрасно знаете.

Генерал ехидно улыбнулся и посмотрел мне прямо в глаза. Взгляд колкий, испытывающий и опасный. Увертюра закончилась, догадался я.