Memento Finis: Демон Храма

Глава 15

Я сидел на заднем сидении припаркованной около универсама «десятки» и безучастно смотрел в окно. Совсем недалеко возвышалась шестнадцатиэтажная высотка моего дома. Я печально разглядывал здание, по своей квартире в котором уже успел сильно соскучиться. Вспомнил раскиданные в беспорядке вещи, разобранную мебель. «Когда всё закончится, надо будет сделать, наконец, ремонт в квартире», - подумал я, краем глаза наблюдая за входом во двор.

Впереди на месте водителя сидел Сарычев, который, держа руки на руле, ритмично постукивал по нему пальцами, смотрел в боковое зеркальце и ждал… Он ждал Бурята. Тот уже пятнадцать минут назад ушёл за письмом Ногаре. Сарычев наотрез отказался выпускать меня из машины, уверенный в том, что за квартирой, а возможно, и за домом ведётся наблюдение. За документом пошёл Бурят. Натянув на свою круглую голову тёмную кепку и надев большие солнцезащитные очки, он скрылся во дворе моего дома. Прошло уже пятнадцать минут, а он всё не возвращался.

— А он действительно по национальности бурят? — нарушил я тишину, спросив майора про его помощника.

— Нет, калмык, — сухо ответил майор.

— А почему же тогда вы зовёте его Бурятом?

Сарычев улыбнулся, посмотрев на меня в зеркало заднего вида, и пожал плечами.

— А бог его знает почему. Ещё на первой чеченской приклеилась к нему эта кличка.

— Вы воевали вместе?

— Да. Он был командиром взвода в моей роте.

— Спецназ?

— Нет. — Майор усмехнулся. — Пехота.

— А как же ФСБ?

— Закончил Академию ФСБ и пошёл работать... А вообще, считай, по знакомству устроили. Родственник у меня в конторе работал.

― Он вас и рекомендовал генералу Пахомову?

Сарычев нахмурился.

— Ты что, тоже шпион, как и Полуянов? — полушутливо, полусерьёзно бросил Сарычев и подозрительно посмотрел на меня в зеркало заднего вида.

— Да так просто, любопытно было, — сказал я с наигранным равнодушием, опять уставившись в окно.

«Рыжий, рыжий, конопатый, убил дедушку лопатой», — всплыли в памяти почему-то известные строчки из песни детского мультика. Я отсутствующим взглядом посмотрел на здание универсама, автоматические двери которого с характерным щелчком открывались и закрывались, пропуская внутрь и выпуская наружу немногочисленных летним днём покупателей. А что если?.. Моя мысль уцепилась за маленькую, но характерную деталь рассказа Марины, лаборантки нашей кафедры. Рыжий кагэбэшник… Простой исполнитель со временем стал генералом. А его начальник?

— Пахомов любит рассказывать анекдоты? — неожиданно спросил я.

Сарычев повернулся ко мне лицом.

— Ты это к чему? — изумлённо и настороженно спросил он.

— А ваш родственник в бытность свою, случайно, не был начальником Пахомова?

— На что это ты намекаешь? — Майор заволновался. — Ты хочешь сказать, что мой родственник имеет отношение к вербовке Полуянова?!

— Это возможно.

На противоположной стороне улицы я заметил коренастую фигуру Бурята, который быстро пересёк дорогу. Захлопнув за собой дверь, запыхавшийся, он сразу сказал:

— Поехали быстрей, командир. Тип какой-то пристал. Еле оторвался…

— Письмо?

— Взял. — Бурят вытащил из кармана брюк знакомый мне конверт Верхова и бросил его на переднее сидение.

Сарычев нажал на газ. Машина резко рванула с места, лихо развернулась и полетела в сторону проспекта. Внимательно наблюдая за ехавшими сзади машинами, Сарычев успевал аккуратно лавировать, меняя полосы дороги. Когда майор убедился, что нас, скорее всего, никто не преследовал, он сбавил скорость.

— Что там было? — неопределённо бросил Сарычев, имея в виду, скорее всего, ситуацию с преследователем Бурята.

— Тип какой-то из соседнего подъезда направился за мной, когда я уже выходил со двора. Чтобы оторваться от него, пришлось уйти чуть дальше, перейти улицу в другом месте, поплутать во дворах домов на той стороне и, сделав круг, вернуться к универсаму, — объяснил Бурят.

— Будем надеяться, что ушли… Что с почтовым ящиком?

— Всё как надо. Вскрыл, там ворох рекламы и бесплатных газет, нашёл письмо.

Сарычев усмехнулся:

— Рисковый ты парень, Руслан. А что если твои соседи приехали бы раньше? Или кто-нибудь из их знакомых и родственников проверил бы их почту?

— На конверте мой адрес, подумали бы, что почтальон ошибся, и переложили в мой почтовый ящик.

— Но твой-то почтовый ящик наверняка под наблюдением.

— Риск, конечно, был. Но тут можно было надеяться на то, что, проверив его однажды, все могли о нём забыть.