Менеджер по-советски

Часть 9 Школа рабкоров

Урал

Ох и день был сегодня. Шустрый. Напряжённый. с утра оперативка необычная, у заместителя директора. Учил нас жизни. Реально, на деле показал, что может за пять минут решить опытный управленец. Что значит всю жизнь в снабжении. Вот у кого надо учиться.

Затем сгонял на металлобазу. Ошибочно из Кольчугино латунную проволоку на 3,5 мм отгрузили. Вагон, наверное, комплектовали, вот и бахнули туда. У них, в Горьком, в цветмете, такое бывает. Ладно, хоть отгрузили. Съездил. Привёз.

Начальник цеха, Иван Иванович очень доволен. Получить похвалу от такого зубра престижно.

Вечером уже дома, в газете прочитал.

"Областной театр кукол объявил набор в молодёжный артсостав. На 17 февраля назначен конкурс. В 11 часов. В театре на К. Маркса 73. И телефоны: 4-28-34, 4-28-43. Для участия надо рассказать: стихотворение, басню, отрывок прозы и спеть песню."

Надо сделать заявку.

И подготовиться.

Лишь бы в срочную командировку не отправили.

Конечно, как назло, отправили.

Вчера еле устроился в гостиницу. Три раза подходил к администратору. Но все очень строго. Официально. Не глядя:

- Мест нет. И не будет.

Но я не уходил. Сидел в кресле и терпеливо ждал, вдруг, кто выедет при мне, тогда она не отвертится, что мест нет. Сидел и ждал Крохина. Володя Крохин - мой новый знакомый командировочный с соседнего завода.

Сидел и ждал. Судьба такая у командировочных - ждать.

Ждать, когда производственный отдел включит в график производства нужный тебе сорт проката, ждать, когда начальник цеха придумает перенастроить прокатный стан или вытяжной станок на нужную тебе толщину листа или размер профиля или шины, ждать, когда ОТК придумает все это проверить, ждать, когда отдел сбыта закажет вагоны в нужном тебе направлении, ждать пока кладовщик на склады и грузчик соизволят загрузить так нужную тебе партию в вагон. Ждать. Такова судьба командировочного. Сидел и ждал. Судьба выдрессировала. Сидел и ждал.

Вдруг вспомнил, что этого строгого и неприступного администратора за чистым строгим с холодным блеском стеклом зовут Мария Яковлевна и что она чуть ли не родственными узами связана с нашим краем.

Может сама оттуда. Может родители из наших мест, может родня, какая живёт у нас.

Здесь на Урале, много бывших вятских. В годы войны, после войны многие семьи уехали сюда за длинным рублём. Тут и остались. Но корни есть корни. И, если повезёт с такими встретиться, то считай, что ты лучших друзей нашёл.

- У меня родители из Вятки, - с гордостью произнесут они, обнимая тебя как старого знакомого.

Посидел ещё. Хотел стихотворение дописать. Но только несколько скупых слов нашлось в моем сердце. Спрятал свой красный блокнотик. Встал. Иду.

- Мария Яковлевна, - мне показалось даже, что мой голос как у воркующего голубя, кругами ходящего вокруг голубки. Ну и подхалим же я!

- Мария Яковлевна, - она спокойно смотрит сквозь меня своим черными глазами, как будто меня не существует.

- Да, слушаю вас, - как диктор из радио отпечатала она.

- Авы не помните, меня Крохин не спрашивал?

- Крохин? Нет, не был он.

Пауза. Я делаю печальное лицо. Ох, и артист же я!

- Он хотел подойти. Вот я и жду его.

- А вы разве из Вятки? - она поднимает брови и искренне улыбается.

- Да.

- Так что ж вы мне сразу не сказали?

- Господи, думаю, - да передо мной оказывается живой человек, а не граммофон заржавленный. Я улыбаюсь, предвкушая и место, и номер, и горячий чай перед сном. Уж одно то место у неё для меня, ее земляка, найдётся, - радуюсь я в душе.

- Я думал, вы знаете.

- Я знаю вас, - строго сказала она, - а в голосе ее мне почудились извиняющиеся нотки. Но это почудилось, наверное.

- Я знаю Вас, но я же не могу всех запомнить.

- Да, да, - радостно киваю, - и неподдельно радуясь так удачно разрешившейся, казалось безвыходной ситуации.

- Мария Яковлевна, - совсем наглею я (Эх, была - не была!), - Пряхин тоже хотел устроиться здесь, у вас, очень ему нравится ваша гостиница. Вы знаете, и Скопин приезжает. А Скопин по его рассказам как-то даже роман с ней крутил. Но может врёт.

Командировочные как рыбаки, так любят свои успехи приукрасить!

- Да, - она, наконец, улыбнулась. - И когда же?

- В четверг. Так мы хотели бы вместе поселиться. Старые знакомые, знаете ли, оба с Вятки. Можно нас в один номерочек?

- Я понимаю, но это очень трудно.

Я достаю свой последний аргумент. Шоколад «Российский» экстра-класса. Большущий. И говорю так небрежно:

- Что вы, что вы, это не обязательно.

- Знаете, - роется она в карточках, - есть одно место в двухместном номере. Это пока. Но там мужчина храпит. Будете заселяться? Я вам потом подеру номер на ваших друзей.