Меня не догонишь

Глава 6.3

— Ну… ладно, — я наклонилась, подняла стаканчик и пончик. — Я, правда, там никогда не была…

— Вот и отлично!

Ворон закинул себе на плечо мой этюдник, с хрустом скомкал пустую пачку от чипсов, и мы пошли в парк аттракционов. Войдя в арку в виде двух мороженых, я невольно вытаращила глаза:

— Как же тут… чудовищно! — почти восхищенно прокомментировала я. Кажется, дизайном парка занимался человек с ампутированным чувством прекрасного. Между аттракционов теснились чудаковатые арт-объекты: крашеные бронзовой краской «копии» древнегреческих богов, мультяшки в психоделических узорах, странные существа, видовую принадлежность которых было не определить…

— Почему? — полюбопытствовал Ворон. Я обвела парк рукой:

— Разве не очевидно? Просто жесть.

— Нет, расскажи, — настаивал он.

— Слишком яркая палитра. Несочетаемые персонажи. Вообще не прослеживается логика и композиция, — перечислила я. — Этого достаточно?

— Вполне, — Ворон улыбнулся и потрогал забор из дутого пластика рукой. — А что, если я скажу тебе, что это… Ну, например, слепок нашей эпохи?

— Это еще почему? — я вскинула брови.

— Да посмотри, как круто это сделано, — Ворон щелкнул по носу бегемота, в пасть которого создатели предлагали кидать мусор. — Настолько плохо, что уже хорошо! Отсутствие гармонии — новая эстетика. Кого удивишь выверенным балансом и симметрией? Зрителю нужно удивление! Шок! Именно за этим мы бесконечно листаем короткие видосики в соцсетях, правда? Вот, пожалуйста, здесь тебе с горочкой. Нейросеть в реальной жизни. Где еще можно представить Астерикса, у которого лицо на затылке? — он указал на фигурку, у которой, и правда, лицо было нарисовано на обратной стороне: то ли брак, то ли безумный эксперимент художника. — Это же воплощение цифрового перенасыщения. Постмодернистский коллаж! Слышала про безумные кроссоверы? «Чужой против Хищника», «Фредди против Джейсона», «Годзилла против Конга»… А это чем хуже? Тут важна не история, а знак, у-зна-ва-ни-е, вспышка. Никакого сюжета, просто привлечение внимания. Ги Дебор еще в шестьдесят седьмом году писал, что реальность заменяется зрелищем. Вот, пожалуйста. Это место — квинтэссенция эмоций, а не чувств. Того, чего в обычной жизни быть не может. Тебя крутят вниз головой, ты смотришь на Шрека с узором вместо лица, тут же — на Посейдона… Такое уже не забудешь.

Ворон замолчал и торжествующе на меня посмотрел. Я моргнула и медленно закрыла рот.

— Эм-м… Пф… Хм… Ну… Впечатляет, — наконец, выдавила я. — Стесняюсь спросить, ты это только что все придумал?

— Ага, — он улыбнулся уголком рта. — Я так долго могу. Это же моя специальность: современное искусство, культурные коды.

— Поня-атненько, — протянула я, хотя понятно ничего, конечно же, не было. Быстро облизнула губы и расправила плечи, попыталась выдать что-нибудь умное: — Но все-таки согласись, традиционная эстетика никогда не потеряет своей привлекательности!

— Эстетика постоянно меняется, — Ворону явно нравилось меня поддразнивать. Не дав мне закончить спор, он пошел к кассам в виде пряничных домиков с пузатыми чайниками на крыше. — Но я знаю кое-кого, кто никогда не потеряет своей привлекательности! —он выразительно подвигал бровями. Я фыркнула:

— Эти намеки ни к чему!

Он не ответил, заговорил с кассиром. Пока я изучала вывешенный перечень аттракционов, Ворон уже закончил и торжествующе помахал перед моим носом пестрой пластиковой карточкой:

— Два билета наши!

— Предлагаешь прокатиться на лошадках по кругу? — я пальцем показала на соответствую строчку, но тут сзади подошла семья с щекастым малышом, и мне пришлось отодвинуться.

— Нет, я придумал кое-что получше, — Ворон мне подмигнул. — Пойдем, не пожалеешь.

— Надеюсь, ничего экстремального? — я с досадой заметила, что голос дрогнул. Здесь, конечно, не Диснейленд, но и я не супервумен. Высота и скорость легко выбивают меня из колеи.

— Да брось, детские забавы, — парень подбородком указал направление, и мы пошли в другой конец парка. Чудесно! Я так и думала!

«Башня падения».

Здоровенный столб, вокруг которого крутится «тарелка» с людьми и то и дело срывается в свободное падение, а потом снова набирает высоту. За что?!

Конечно, нужно было остановиться. Закапризничать, топнуть ножкой и потребовать, чтобы меня катали на паровозике с ограничением возраста 3+! Но… Я промолчала. И так уже наговорила сегодня слишком много глупостей. Эстетики ей, видите ли, мало. Тоже мне, будущий дизайнер…

Контролер открыл нам проход, я уселась. Ворон оставил мой этюдник у входа и приземлился рядом. Весело повернулся ко мне:

— Не боишься?

Я закатила глаза. Надеюсь, Ворон считывал это как «Конечно же, нет», а не как мое предобморочное состояние (хотя это было именно оно). Контролер подошел, молча и деловито опустил на нас фиксаторы и быстро удалился. Я тут же зашипела Ворону на ухо:

— Он не застегнул! Он не застегнул!

— Да все он застегнул, не переживай, — Ворон повернул голову и посмотрел на меня умиленно, как на ребенка, который испугался гусеницу.