Меня не догонишь

Глава 31

Мы ввалились в дом Ворона, груженые банками с краской, смывками, растворителями и валиками. Сколько я ни выспрашивала, зачем ему понадобилось скупить половину строительного магазина, Ворон так и не признался. Только в такси не выдержал и неожиданно высоким голосом выпалил:

— Ты точно будешь в восторге! — а потом захлопнул рот и больше не открыл его, сколько я ни угрожала щекоткой, укусами и вечный бойкотом. Впрочем, в последнее я и сама ни капельки не верила.

— Ну? Теперь-то, наконец, мне можно узнать Великую Тайну? — поинтересовалась я, обессиленно осматривая стройные ряды безумных покупок. И неожиданно догадалась: — Будешь красить еще одну скульптуру?!

— Конечно, нет, — он улыбнулся. — Давай, мой руки. Сейчас покажу.

Когда я вышла из ванной, стряхивая с рук капли воды, Ворон торжествующе улыбался. Он стоял, скрестив руки на груди и прислонившись спиной к узкой двери, за которой я до этого не бывала.

— Что там? — я дернула уголком губ. — Красная комната?

— Зоя! — Ворон ахнул и картинно прижал руку к груди. — Откуда ты нахваталась эдакой гадости?! Рязанов и Гайдай не снимали ни про какого мистера Грея!

— Все, что я о нем знаю, я знаю против своей воли. Интернет беспощаден, — и я нетерпеливо подпрыгнула на месте: — Давай уже, показывай!

— Хорошо, — Ворон резко выдохнул, как перед прыжком в прорубь с обрыва. — Смотри! Только сначала снова обуйся.

Я покорно сунула ноги в сандалии. Дверь со скрипом распахнулась, и я подошла ближе. Неуверенно обернулась на Ворона, повела плечом и перешагнула порог. Это была длинная узкая веранда, где, кажется, не убирались примерно тысячу лет. Совет обуться оказался совсем не лишним — под ногами лежал сизый слой пыли, в которой оставались мои следы. По стене тянулся длинный ряд окон — кажется, когда-то комната была создана, как альтернатива уличной беседке. Наверняка эти створки распахивали, чтобы впустить сюда ветерок, аромат садовых роз или стук летнего дождя…

— Ты хочешь сделать тут ремонт? — я снова обернулась на Ворона, бездумно ощупывая ручку одного из окон: металлическую, с облезшей краской, чуть прохладную.

— Да, — он кивнул. Я кашлянула:

— Я, конечно, тебе помогу… Если надо… Но, если честно, я не понимаю, почему это должно было меня так уж невероятно обрадовать, — с губ сорвался нервный смешок. Ворон быстро подошел ко мне — пол под его ногами скрипуче запел — и положил обе руки на плечи.

— Это будет твоя мастерская, Зоя, — четко и очень торжественно проговорил он. Я открыла рот и моргнула. Сверкающие глаза Ворона дрогнули, как будто он безуспешно попытался найти в моем лице хотя бы крохи разума, и он легонько встряхнул меня: — Слышишь? Ты сможешь рисовать здесь столько, сколько хочешь, и тогда, когда захочешь. Ты же говорила мне, что мечтаешь о мастерской! Ты сможешь позволить себе здесь все, что угодно. Здесь, — он ткнул рукой в угол, — мы сделаем стеллаж для хранения готовых работ. А здесь…

— Подожди, — я облизнула губы. — Подожди-подожди-подожди. Ты…

— Ну, посмотри! — почти жалобно сказал он: — Это же место тебе идеально подходит! Тут будет куча света. Бабуля построила эту веранду, чтобы наслаждаться природой даже зимой. Ты только посмотри, какой тут вид! — Ворон метнулся к окну, но тут же отмахнулся сам от себя. — Ладно, потом. И…

— Подожди, — повторила я и прижала к горлу ладонь. Сердце грохотало, как бешеное. Здесь будет моя… Что?

— Тебе не нравится? — упавшим голосом поинтересовался он. Я присела на корточки.

— Ворон, это просто очешуительно.

Он захохотал, подпрыгнул и, кажется, выдал какое-то коленце:

— Я знал! Я знал, что ты обрадуешься!

Я вскинула лицо:

— То есть ты хочешь сказать, что выделишь мне в своем доме целую КОМНАТУ? Любимую комнату твоей бабушки?

— Да. Конечно, да, — он взъерошил себе волосы, крутнулся вокруг своей оси, закусил губу. — Блин… Ух. Оказывается, я сильно волновался. Да… Просто я подумал, она же зря стоит без дела… Мне сюда было как-то тяжело заходить без бабушки. А она последние несколько лет почти не покидала спальню. Веранда только напоминала о детстве. Здесь мы с ней любили сидеть весной и осенью, когда было холодно, шел дождь, но зато… Зато так уютно. Она заваривала травяной чай из своего сада. Мне кажется, именно здесь я был по-настоящему счастлив. Может быть, только здесь. Без нее все сломалось… Я больше не хотел сюда приходить один. Но с тобой… С тобой все иначе.

Я смотрела на него, сидя на корточках, снизу вверх, и чувствовала, как немилосердно жжет глаза. Шмыгнула носом и обеими ладонями вытерла щеки.

— Спасибо… Влад.

Он коротко улыбнулся, как будто по лицу пробежала вспышка, и уткнулся взглядом в стену. Вдруг просветлел:

— Боже, только сейчас вспомнил. Смотри! Подойди-подойди сюда.

Я покорно встала и приблизилась. Ворон смахнул ладонью слой пыли с обоев — стал отчетливее виден детский рисунок, большая черная птица, которая закрывала крыльями маленького мальчика.

— Что это? — я провела пальцем по рисунку и, приглядевшись, заметила, что вокруг него еще множество бледных набросков и надписей, выцветших от времени: птицы, цветы, звезды, рыбы, улитки, зайчик…