Меня не догонишь

Глава 34.2

Ворон примчался через десять минут после моего звонка.

Я сидела на скамейке, мяла в руках ремешок сумки. Когда увидела на горизонте его высокую фигуру — оранжевое пламя футболки, вытертые свободные джинсы — сразу вскочила на ноги:

— Наконец-то!

Он обхватил меня большими теплыми руками и прижался губами к виску. Я замерла, не говоря ни слова. Его сердце быстро стучало, дыхание было горячим и прерывистым — так ко мне бежал, что запыхался.

Спустя долгую минуту Ворон спросил:

— Похоже, все прошло не очень, да?

Прикусив губу, я кивнула. Он погладил меня по голове:

— Что бы он тебе ни сказал, знай, что ты — невероятная. Самая лучшая. Интересная. Ценная. Я так счастлив, что тогда чуть в тебя не врезался. Даже если бы ты не согласилась быть со мной, я бы все равно был счастлив, что тебя узнал. Что такие люди, как ты, живут на свете.

Я подняла лицо. Его глаза сверкали и переливались, как море на рассвете. В них была и ночная тоска, и утренняя надежда, и глубина, и волнение, и покой. Негромко и очень четко, не моргая и не отводя взгляда, я сказала:

— Я. Тебя. Люблю.

Он выдохнул и испуганно улыбнулся, как будто к нему на плечо села редкая птица, которую видели только в «Красной книге». И прошептал:

— Я люблю тебя.

— Ты такой красивый, — я только сейчас заметила, что у Ворона изменилась прическа, и коснулась его пальцами. — Гель, серьезно? Что это с тобой? Неужели ты так уложил волосы, чтобы примчаться сюда и утирать мои слезы?

— Нет, — он хмыкнул и взъерошил себя пятерней. Я ойкнула:

— Ну зачем! Было красиво.

— Не могу, это не я. Я в парикмахерскую ходил, чтобы нормально сделали… У меня же через полчаса встреча с Раминым. Понял, что не смогу рассказать ему о «Зоике» по телефону. Черт, всю ночь сегодня не спал, пытался все-таки отреставрировать, но только испортил окончательно. Теперь нужно принять удар, лицом к лицу, — Ворон нервно потер шею. — Сильно по-дурацки выгляжу?

— Нет, правда, очень хорошо, — я безуспешно попыталась вернуть укладке первозданный вид. — Ты еще и подстригся?

— Ага, какую-то там красоту навели… — он шумно выдохнул, надув щеки, и развел руками. — Так и не решил, что ему скажу.

— Тогда я пойду с тобой, — заявила я.

— Это еще зачем?

— Затем, что я тоже — «Зоика».

— Это не аргумент.

— А можно, пожалуйста, тебя просто поддержать? — я невинно хлопнула глазами.

Ворон хмыкнул:

— Бьешь моим же оружием? Нет, Зоюш, ни к чему. Я буду только сильнее нервничать от того, что ты рядом. А если я буду жалко выглядеть?

— Значит, я буду тебя жалеть, — я пожала плечами.

— Нет, категорическое нет. Это мое последнее слово.

— Здравствуйте, Геннадий Михайлович! — Ворон протянул Рамину руку. Тот отвлекся от том-яма и привстал, чтобы ее пожать.

— Привет-привет, гений! Я вот пораньше заскочил, пообедать решил. О, ты вместе со своей музой?

Я улыбнулась и прибегла к проверенной тактике — хлопнула глазами:

— Здравствуйте!

— Добро пожаловать! Присаживайтесь. Будете что-нибудь, молодые люди? Я угощаю!

— Я нет. А ты… Зоя? — Ворон подвинул для меня стул. Я вымученно улыбнулась:

— Нет, спасибо…

Живот предательски заурчал, и Рамин тут же замахал руками:

— Нет, это никуда не годится. Не могу есть, когда на меня смотрят люди без тарелок, — он подозвал официантку, заказал пиццу и лимонады, потом снова повернулся к нам и успокаивающе кивнул: — Сколько съедите, не переживайте.

— Спасибо, — на выдохе сказал Ворон и побарабанил пальцами по столу. Рамин продолжил увлеченно вылавливать креветок из супа, потом замер и поднял на Ворона взгляд:

— Так зачем ты захотел увидеться, Ворон? Хочешь подержать у себя «Зоику» еще пару дней?

Колено Ворона дернулось, и я тут же накрыла его ладонью. Он благодарно сжал мои пальцы под столом и медленно заговорил:

— Понимаете, Геннадий Михайлович… Дело в том, что… Произошел форс-мажор…

— Так, — Рамин отложил ложку, сцепил руки замком и положил на них подбородок. — Интересно.

Ворон шумно сглотнул:

— «Зоику» уничтожили.

Рамин вскинул брови и опустил голову:

— Та-а-ак. Кто?

— Это неважно. Это… Это чрезвычайное происшествие. Дело в том, что я не могу ее отреставрировать, и…

— Кто ее испортил? — повторил Рамин вопрос. — Кто посмел трогать мою собственность?

Я бросила испуганный взгляд на Ворона. Он упрямо нахмурился:

— Я не могу вам сказать. Но дело в том, что…

— А может быть, уважаемый Владлен, с ней все в порядке?