Меня похоронили заживо.

Глава 8.

– Не надо! Уходи! – мой голос еще был слаб и казался мне чужим.

– Дорогая, все будет хорошо! Вот смотри, сколько я тебе гостинцев принес.

Он стал выкладывать на тумбочку пакет с бананами, печеньем, шоколадными конфетами с начинкой, баночкой вишневого варенья и суп с курицей.

– Сам готовил.

– Мне и за неделю столько не съесть. А где мама?

– Не знаю. Я с ней давно не общался, что-то она на меня в последнее время стала злиться.

– Значит, есть за что.

– А ты кушай, суп еще не остыл, тебе ведь надо поправляться. – Он подошел ко мне, присел на кровать, взял мою тонкую кисть в руки, и глядя мне в глаза произнес:

– Прости меня, Вита, за все прости! Я дурак. Я больше не буду тебя обижать!

Вдруг за дверью поднялся шум, какие-то крики, и в палату ворвалась моя мама. Она уставилась на отчима округлившимися от негодования глазами, а затем стала на него кидаться, обвиняя его во всех смертных грехах. Затем вытолкнула его за дверь, крича, что с ним разводится, и немного успокоившись, спросила меня:

– Доченька, ты как?

– Ничего. Жива.

– Ну и хорошо. Я тебе тут принесла бананы, печенье, конфеты, вишневое варенье и суп из курицы.

– В квадрате.

– Что? – спросила мама, – я не поняла, в каком квадрате?

– Федя принес тоже самое.

– Вот, гаденыш, я же ему сказала, чтобы забирал вещи и убирался по- добру-поздорову, а он у меня в холодильнике рылся, тебе передачку собирал.

– Да ну его, давай больше не будем о нем, – слабо улыбнулась я.

– Давай, доченька, давай. Я тоже не хочу о нем ничего больше слышать.

Голова еще болит?

– Нет, мама, просто хочется отлежаться, отоспаться.

– Это хорошо. Что тебе принести завтра?

– Ничего не надо, мама. Можешь принести книжку, которая у меня в комнате на столе осталась лежать.

– Хорошо, доченька. Ты кушай, деточка, поешь супа, он тебе придаст силы.

– Спасибо, мама, не хочу, ты иди домой, а я посплю немного.

– Хорошо, Вита, я пойду, – и она поцеловала меня в лоб и ушла, тихо закрыв за собой дверь.

Я закрыла глаза и задремала, и снился мне сон, что некто очень заботился обо мне. Он был молод, но его лица я никак не могла разглядеть. Он вел меня по цветущему саду и срывал цветы, из которых вскоре сплел венок и одел мне на голову. Солнце запуталось у меня в волосах, и он произнес:

– Ты Вита, что в переводе с итальянского языка обозначает жизнь. В твоих волосах горит солнце, и с ним ты обвенчана.

Я удивилась и спросила:

– Стас – это ты? – Но он исчез, так и не явив мне своего лица.

Я проснулась. В окнах бегали солнечные зайчики, щебетали невидимые птахи, а ветер-забияка щекотал мне нос. Я чихнула, и тут кто –то тихо постучался в дверь.

– Да, да, войдите! – пригласила я войти неизвестного гостя.

В дверь прощимился гость моего сна. Он сел напротив меня и улыбался так чисто и светло. На тумбочку поставил пакетик без комментариев:

– Как ты себя чувствуешь?

– Уже лучше. А где Настена?

– В институте.

– А ты прогуливаешь?

Он, молча, кивнул головой.

– Почему ты здесь?

– Потому что в твоих волосах горит солнце. Ты Вита, ты жизнь, и нет другой такой как ты!

Я почему-то смутилась и поблагодарила за звучный комплимент:

– Спасибо, мне очень приятно.

Он посидел еще немного, встал молча, и ушел.

- Мог и не приходить. - Вдруг услышала я за спиной.

Я обернулась:

- Влад, я устала, прийди в следующий раз и лучше в день моей выписки. Я более, чем уверена, что огромную сумку несъединых припасов я буду тянуть домой как вседа одна.

- Оставь ее тут. Я уверен, что эти продукты уйдут бездомным животным.

- Может ты и прав, оставлю здесь.

На обход пришел молодой доктор и выписал много направлений на обследование. Затем сощурился и спросил:

– Что-то ваше лицо мне знакомо, где я вас мог видеть?

Я пожала плечами.

– Подождите-ка, я припоминаю, что видел ваше фото на первой странице местной газеты. Это не вы ли спасли сына миллионера?

Мне ужасно захотелось солгать, и я ответила:

– Вы меня с кем-то спутали.

– Ну надо же, как вы похожи! Нет, это все-таки определенно были вы. Но не скромничайте, вам это не идет.

– Я просто устала и хочу побыть одна.

– Я ухожу, Власова, но не забудьте пройти обследование полностью. Сами понимаете, все-таки голова.

– Угу, – промычала я и легла в кровать. Не люблю быть в центре внимания. Ну помогла парню, и что тут такого, ведь на моем месте поступил бы так каждый, или не каждый. Это уже не важно.

Больше за последние сутки посетителей не было. В больнице провела несколько дней и смогла хорошо отдохнуть, только был один момент, который меня смутил: когда меня не было в палате, на тумбочке появлялся каждый день новый букет из нежных роз. Кто это мог быть, я могу только догадываться, и все равно приятно и спасибо этому человеку.