Меня зовут Алика, и я – Темная Ведьма

Глава 6.

На самом верхнем ярусе был расположен огромный балкон, где уже стояла темная фигура в длинном балахоне, ее было сложно разглядеть в ночи. Несмотря на то что балкон был довольно вместительной площадкой, помещалась на нем всего одна птицы, учитывая размах крыльев грозовых орлов.

Стае пришлось по очереди высаживать своего седока и тут же срываться с парапета, покидая башню светлых. Орлы вместе с поклажей были последними. Их нужно было разгружать.

Как только главный самец орлов скрылся в ночи, с руки фигуры закутанной в синий балахон сорвался небольшой переливающийся золотой светлячок, который в спешке удалился вслед за величавыми пернатыми.

Нас встречал сам лидер ордена – служитель самому Пресветлому. Он, по всей видимости, передавал питомцу послание, а может, и благодарность за верную службу.

Но заострять на этом внимание у меня не было сил и желания. Я еле стояла на трясущихся ногах, мне хотелось есть, в уборную и спать. Я даже не смогла определиться, какое из желаний ведущее. Я сразу нашла глазами свою спящую дочь. Она трогательно и доверчиво лежала на руках у белого командира Лияра.

И я заново осмотрела всех серокожих воинов. Немногословного и простоватого великана Гиура, который снова меня удивил тем, что так и не вернул маску, но шлем прикрывал его очаровательную лысину. Оглядела с ног до головы не без удовольствия такого притягательного и поразительного мужчину Харна, к которому меня тянуло с необъяснимой силой. Темные кудряшки небрежно путались у него на голове, и их так и хотелось подергать, а лучше запутаться пальцами и ласково перебирать. Конечно же, не обошелся без моего внимания и командир – гордый, но справедливый, суровый, но надежный, Лияр. Кажется, я даже прониклась к этим ненормальным светлым теплыми чувствами, которые могли бы стать дружбой, а одного, так вообще, готова была забрать себе.

Наконец, на свет вышел старик. Я чуть не упала, когда узнала в нем старца из мутных видений. Седые волосы до самого пола, такая же длинная темно – синяя мантия с капюшоном, деревянный посох в левой руке. Кожа его была настолько бледной и тонкой, что выпирали темно – серые извилистые вены, а глаза были уставшие и выцветшие, огонь Пресветлого в них еле-еле теплился.

– Рад приветствовать Вас и добро пожаловать в обитель света, дитя темного порождения! – раздался голос старца. – Я давно уже ждал вашего появления.

Глава переключился на командира боевого отряда и приказал:

– Лияр, распорядись проводить кого-нибудь, помочь девочкам добраться до комнат. Сам загляни ко мне.

Под кем-нибудь он явно имел ввиду Харна. Лияр скупо кивнул и бережно и очень аккуратно передал со своих рук на руки Харна мою дочь. Гиур махнул всем и, не оборачиваясь, удалился. А мы все, не сговариваясь, неторопливо двинулись в шаг служителя самому Пресветлому к двери, ведущую на лестницу.

– Стар я уже, – проговорил он, – И осталось еще не долго. А где четвертую потеряли?

– Доложу позднее, – черство ответил Лияр.

Очень долго и нудно мы все спускались по бесконечной круглой лестнице с отвратительными неудобными ступеньками. Молча шли по анфиладам с высокими потолками, по открытым террасным переходам, продуваемыми всеми ледяными ветрами этого мира. Никаких украшений, ваз, цветов – ничего, один сплошной серый скучный камень и холод.

Спуск давался старцу сложнее всего. Я обратила внимание, что, не заметно для самого лидера ордена, Лияр помогал ему ниткой золотой и сияющей силой, совсем не много, чтобы старец не почувствовал. На каком-то из ярусов мы разошлись: я последовала за Харном, а командир со служителем самому Пресветлому продолжили спускаться.

Повезло, что мы не встретили по пути ни одного служителя. Не хотелось даже думать, что было бы, если кто-то из светлых встретил темную в обители света, праздно разгуливающую… непозволительно живую.

В пустом коридоре было обилие закрытых дверей. Перед одной из них Харн остановился и слегка замялся, то ли он не хотел нас туда впускать, то ли еще была какая-то причина. Не хотелось терять время, и я тихо спросила:

– Что такое?

– Это комната закреплена за мной. Боюсь, она не придется тебе по вкусу, – ответил он.

– А разве орден предоставляет выбор? – спросила я, полушутя. Мне представлялось, что здесь все для всех одинаковое и не очень удобное.

– Есть комнаты для гостей, их всего две. Но мне хочется показать тебе свою, – заключил Харн.

– Открывай. Обещаю не пугаться разбросанных носков, – с тихим смехом ответила я.

Конечно, я не ожидала и намека на беспорядок. Светлые слишком дисциплинированные и строгие ко всему, даже к себе. Наверняка в отсутствие хозяина комнаты кто-то следил за чистотой. Иначе все бы пылью поросло. А служитель мог вернуться в свое логово в любой момент, и ему требовался отдых, прежде, чем вернуться обратно к войне против темных.

И Харн, наконец, открыл дверь в «святая святых» – свою комнату. Что ж, как я и ожидала, обстановка скромная и скудная. Но что-то все равно неуловимо соответствовало именно моему мужчине. Может, это была карта земель, которая висела над одноместной заправленной кроватью, или яркий озорной ковер с фигурным узором, или невысокий платяной шкаф, одна дверца которого слегка покосилась, или окно, откуда было видно разлитое зеленое поле. Такие мелочи не бросались в глаза сразу, но говорили о противоречивой натуре самого Харна – решительный балагур, быстрый убийца и надежный спутник.