Меня зовут Рина.

Глава 6. Сказочный «хеппи енд»..

Назад вернулись так же — через «зал переходов». Провожал нас лорд Би Нарт. Когда на его безмолвный вопрос Лилиан ответила: «Пока не могу», он лишь махнул рукой в центр зала. Там тут же сформировалась чёрная воронка, и тётушка, схватив меня за руку, без слов повела к ней.

Снова минут пять нас кружило. Лилиан крепко держала меня за руку. В этот раз тошноты почти не было — привыкаю?

Дома было тихо. Дядюшка Крог, наверное, возился со своей живностью. Тётушка велела привести себя в порядок и помочь с ужином. Я не спеша переоделась и повязала другой платок.

В кухне уже что-то жарилось и варилось, наполняя дом привычными ароматами. Непривычной была женщина у плиты — будто нечто инородное.

— Я готовлю, а ты, милочка, хватит притворяться немой! Выкладывай, кто ты, откуда и что с тобой приключилось, Р-р-рина, — тётушка говорила отрывисто, сердито, но её можно понять. Я жила с ней и с дядюшкой девять с лишним месяцев, а сама даже имени своего не сказала. Что говорить? Потеряла память? Сбежала из дома? Какую правдивую сказку рассказать?

— Северный клан оборотней всегда был сильным, да и молодой Альфа, жестокий, но справедливый, повысил статус клана среди себе подобных. Оборотни — это такие существа: у них есть два облика — человеческий и волчий, — от волнения я чуть было не пересказала теорию появления оборотней. — Так вот… о чём это я? Свободные волчицы всех кланов хотели заполучить Альфу себе в пару, но он медлил. Говорят, он ждал свою «истинную»…

С каждым новым словом говорить становилось легче.

Так долго я хранила секрет своего пребывания здесь, что теперь будто неподъёмный груз упал с плеч. Тётушка уже заканчивала готовку, а я — свою сказку.

— Подставив малышку под свет луны…

— Он громко сказал: «Дарина. Ты дарована нам самим Создателем. Тебя зовут Дарина», — наклонившись к самому уху малышки, нежно прошептал: — «Тебя зовут Рина».

Тётушка повернулась ко мне. На её моложавом лице — слёзы, а в глазах — надежда.

— Тебя зовут Рина…

Я сидела и хлопала глазами, не понимая, откуда тётушка знает эту сказку, почему плачет, обнимает меня и целует моё лицо. Словно через вату я услышала:

— Рина… Риночка… доченька моя… Дариночка… Как же я рада… ты здесь…

Медленно, но верно до меня дошёл смысл её слов. Мама. Теперь и я плакала, цепляясь за худые плечи, спрашивала, почему она бросила нас. Слёзы всё не заканчивались, даже когда пришёл дядюшка Крог. Наверное, он понял, что мы не в состоянии что-то сегодня объяснить, поэтому, поужинав, ушёл к себе.

А я ещё долго рассказывала: как жила, как оказалась в этом мире, как была частью стаи — абсолютно всё, без утайки. Мама тоже рассказала очень много интересного.

Как оказалось, она, тогда ещё молодая магиня, решила провести эксперимент по перемещению в пространстве на больших скоростях. Какие-то расчёты подвели — и она оказалась в другом мире. Перемещение отняло все силы, поэтому очнулась она без капли магии.

Незнакомый язык, необыкновенные существа — полузвери, полулюди. Но слов оказалось не нужно, когда дело дошло до любви и замужества. Она была счастлива и не собиралась возвращаться в свой мир: изучала язык, научилась готовить, вести хозяйство. Потом родилась я.

Постепенно магия начала накапливаться, но маму это не волновало — в новом мире магия ни к чему. И вот, когда её резерв окончательно восстановился, её выбросило обратно в родной мир — прямо от кроватки годовалой дочери.

Маме понадобилось около десяти лет, чтобы восстановить записи и подготовиться к новому эксперименту. Ей пришлось скрываться в лесной избушке подальше от столицы и Ковена. Живя в лесу, она познакомилась с молодым магом. Он был любознательным и смышлёным.

И вот почти восемь лет назад мама попыталась открыть портал в наш мир. К сожалению, он не открылся. Магия выжгла территорию на несколько километров вокруг и вернулась к источнику. В такие моменты выпущенная нить силы сначала вытягивает весь резерв мага, а затем опутывает его тело и начинает развеивать.

Мамин юный друг появился именно в этот момент. Он оказался не только умным, но и храбрым. Он ухватился за нить чужой силы — и полностью её впитал.

— Ты ещё мало понимаешь в магии, но поверь — это было очень опасно. Сириан рискнул жизнью и спас меня, — теперь стало понятно, почему мама так относится к лорду.

Но у меня оставались вопросы.

— Мам… а почему ты была старой, а теперь помолодела? — мы сидели на диване, я положила голову ей на плечо и перебирала рыжую прядь с сединой.

— Возраст мага зависит от количества магии в нём. Говорят, Могучий Торц прожил около семисот лет. Но это исключение — обычно маги живут около двухсот–двухсот пятидесяти, — мама привычно погладила меня по голове.

— И я столько проживу?

— Да. А может, и больше. Ты ведь очень талантливая, — мама мягко перевела тему, говорить о своем преображении она не захотела, и я не стала настаивать.

Утро наступило слишком быстро. Я проснулась на диване в столовой: моя голова лежала у мамы на коленях. Значит, она либо спала сидя, либо не спала вовсе. Тёплые руки на плечах и мягкий поцелуй в лоб. Замечательное утро.

Маленькая девочка Рина мечтала об этом: проснуться и увидеть маму, услышать: «Доброе утро, солнышко». Мечтала — и не поверила бы, если бы ей сказали, что это случится.

— Моя маленькая соня, поднимайся. Дядюшку завтраком не накормили, — нарочито строгий голос. А у меня в груди — тепло, в горле — ком слёз. Слёз счастья.

Сегодня мы не пошли к наставнику — говорили целый день. Вспоминали папу. Я снова плакала.

Мама рассказала, что и в этом мире у магов есть истинные пары — они чувствуют друг друга на расстоянии. Жаль, что не сквозь миры.

— Я знаю, почему тогда произошёл взрыв… — мама нервно теребила фартук. — У меня всё получилось. Я открыла портал… но первое, что почувствовала — это утрата. Я поняла, что твоего отца больше нет… и не смогла удержать магию.