Меня зовут Салих

Дворец

Рано утром на рассвете, мы свернули последний лагерь и двинулись в путь. По расчетам Хасана, мы должны были прибыть в город к полудню. Чем ближе мы подходили к городу, тем чаще встречались большие и малые караваны.

Внутри меня нарастало волнение. Весь поглощенный своими переживаниями, я и не сразу заметил, что вдалеке показались высокие каменные стены с башнями. Не знаю, что я ожидал увидеть, но врубился я не сразу.

В рядах воинов прошла волна радостных возгласов. В этот момент мне стало так тоскливо, я почувствовал зависть к простым людям. Хоть они и были из обычных семей, но ведь они возвращались к своим родным и близким, матерям и женам – любимым людям, которые их ждали и по которым они скучали. Они были счастливы возвращению домой. Эти люди, эта жизнь была для них настоящая. Я же возвращался в неизвестность, к людям которых в жизни не видел, я был чужим на этом празднике. И сейчас, сидя на коне, во главе войска, я ощутил себя одиноким как никогда.

Я решил попробовать абстрагироваться и быть сторонним наблюдателем насколько это возможно. Пока не пойму обстановку буду вести себя максимально нейтрально. Скоро мы подошли к стенам города. В близи они были очень высокие, укрепленные, выглядели надежно.

Наша процессия вошла в открытые ворота. Люди приветствовали и скандировали нам:

«Да здравствует Ас-Салих Исмаил!» «Да здравствует Ас-Салих Исмаил!» Да здравствует Ас-Салих Исмаил!»

Я, кажется, услышал «Салих». Вероятно, они выкрикивали мое имя. Значит меня и здесь зовут Салих.

Мы прошли через несколько арочных ворот, продвигаясь внутрь. Народ расступался, крики не прекращались.

Вскоре, кажется, войско осталось позади, я не оборачивался. Небольшой процессией из четырех всадников: меня, Хасана и двух воинов-охранников и отдельно повозкой, мы прошли еще через одни ворота, у которых стояли стражники и попали в небольшой прямоугольный двор. Здесь было тихо и не так жарко, как за воротами. Часть двора была в тени. Слышно было только как лошади цокают по брусчатке. Я не сразу сообразил, что мы уже внутри дворца.

Никто не выбежал нас встречать. Не было никакой суеты. Прислуга встретила нас с поклоном, помогла спешиться и занялась лошадьми. Я огляделся: очевидно мы находились во внутреннем дворе дворца. П-образное двухэтажное здание, с одной стороны плотно примыкало к стене образуя правильный прямоугольник. По всему периметру здания – длинный балкон с многочисленными арочными проемами, снизу балкон подпирали колонны, создавая открытый коридор, из которого внутрь помещения вели несколько двустворчатых дверей на расстоянии друг от друга. Судя по размеру, это могло быть одним крылом дворца.

В центре двора стоял небольшой фонтан с крошечным садом из тропических растений. Арки второго этажа были украшены мозаичным орнаментом и древней арабской вязью.

Хасан стоял ждал пока я разглядываю дворец. Очевидно, он понял это по-своему: что я соскучился по дому.

Что дальше делать? Я не знал.

Хасан, и двое слуг терпеливо ожидали. По тому, как они выстроились, было понятно в какую сторону мне идти.

Потоптавшись, я подошел к ним и смело шагнул влево по коридору. Мы прошли несколько метров, и я увидел открытую дверь, туда и вошел. Это был небольшой холл с окном. Справа – закрытая дверь, слева – лестница ведущая на второй этаж. Окно было закрыто деревянной решеткой с орнаментом. Я поднялся по лестнице и оказался на небольшой площадке. Прямо напротив лестницы был тот самый балкон, выходящий во внутренний двор, и две двери слева и справа. По бокам одной из дверей стояли слуги. Я остановился перед ней. Хасан остался чуть позади.

Не успел я придумать что сказать, он сам спросил:

– Господин, что прикажете делать?

­Я не знал, что на это ответить, и сказал:

– Ты можешь идти, Хасан, – и шагнул внутрь. Двери за мной закрылись. Я выдохнул. Наконец-то я один. Сердце в груди бешено колотилось, ладони вспотели. Я прикрыл глаза и постоял, прислонившись к двери.

Не дав мне опомниться в дверь постучали.

От неожиданности я чуть не подскочил на месте, но быстро нашелся и крикнул:

– Позже! Я Занят!

И сам же чуть не прыснул от смеха, едва прикрыл рот рукой.

Занят?? А так можно говорить? Вдруг что-то важное? А может у них не принято так реагировать на стук.

Я отдышался и быстро оглядел свою комнату. Это было довольно просторное помещение, навскидку квадратов тридцать. С одной стороны окна с закрытыми деревянными решетками с таким же восточным орнаментом. С другой стороны двери, ведущие на балкон. Двери были приоткрыты и на них развевалась легкая занавеска.

Под окнами стояла огромная деревянная резная кровать с балдахином, каменный пол весь был застелен шикарными коврами. Так же был камин, ширма в углу и деревянная подставка, на которой лежал Коран.

Я подошел и открыл его. Это был шикарный оригинальный образец своего времени в кожаном переплете с золотыми буквами на обложке. Я открыл и пробежался по нему глазами. Вдруг я осознал, что понимаю, что там написано, и только сейчас до меня дошло, что я говорю все это время на другом языке.

Снова постучали в дверь. Я положил Коран на место.

– Войдите!

Дверь открылась и вошел один из слуг, а за ним тот самый парнишка, который помогал мне одеваться в походе.

– Господин, Великий Эмир ждет вас сегодня вечером на праздничном ужине в честь вашего возвращения. А до этого велел отдыхать и привести себя в порядок. Хамам готов.