Меня зовут Викки!

16

Профессор Зик

Я вижу внизу Нэйтона. Он машет мне рукой. Рядом с ним Викки. Я снижаю ТУ 150, но не сажу его, потому что кругом болота и не хочу утопить, судя по всему, наш единственный корабль, ведь ребята передо мной пешие! Одной клавишей на панели открываю шлюз и молодежь запрыгивает в него. Корабль то и дело шатает из стороны в сторону, поэтому Викки и Нэйтон неровной походкой проходят во внутрь ТУ 150. Нэйтон то и дело держится за бок и я понимаю, что он ранен. Капли крови ложатся дорожкой на решетчатом полу шаттла. Моя характерная дочь старается не смотреть на меня и мнется как нашкодивший ребенок, переступая с ноги на ногу. Я знаю, что ей стыдно. Я уже совсем не сержусь на нее, да и как долго родитель может злиться на своего единственного ребенка?

- Профессор, - пожимает Нэйтон мою руку и она остается в крови. – Как неожиданно, - радуется солдат.

Викки смущенно прячется за его спиной и когда она выходит на свет, дочка еще долго не решается поднять на меня свои голубые глаза.

- Папа, можно мы потом поговорим, - пищит Викки. – Нэйтон ранен, надо его осмотреть, - говорит она, рассматривая под собой решетчатый пол.

- Конечно, милая, - спокойно соглашаюсь я. – Идите в каюту. Там есть аптечка.

Викки, так и не посмотрев на меня, торопливо сбегает, даже позабыв о раненом Нэйтоне, который не спеша тащится за ней следом.

****

Викки

- Здорово ты прикрылась мной, - смеется Нэйтон.

- Ты можешь идти быстрее! - бурчу я на него и начинаю метаться по небольшой комнате. Мои щеки горят от стыда.

- Не волнуйся, он тебя уже простил, - говорит Нэйтон, закрывая за собой плотно дверь и продолжая держаться за бок.

- Твоя рана, - вспоминаю я. – Дай посмотрю.

- Я сам!

- Не говори глупостей! – начинаю сдирать с него куртку. Она вся в крови. Я не ожидаю этого и почему-то бледнею.

- Не замечал, что ты боишься крови, - пытается напарник шутить, имея ввиду недавно вышибленные мозги Майэрса.

- Я и не боюсь…., - хочу рассмотреть, что там у него под футболкой в месте ранения, но Нэйтон нарочно отодвигается. – Снимай! – распоряжаюсь я и он нехотя подчиняется. Я никогда не видела его без одежды и сначала неосознанно начинаю смущаться, но потом беру себя в руки и начинаю изучать его рану. – Ты много крови потерял.

- Ерунда, сквозная. Ее надо зашить просто.

- Ложись, - указываю на одноместную койку. Нэйтон плетется к кровати и я исподтишка пялюсь на его фигуру. Одни сплошные мышцы. Есть небольшие шрамы. Но они его совсем не портят. Я достаю из аптечки антисептик.

- Будет больно! – предупреждаю его.

- Не так, как тебе, когда ты выйдешь из этого помещения и твой отец наконец устроит тебе долгожданную трепку, - продолжает шутить он и от этих слов я замираю. А потом обильно лью Нэйтону на рану шипящую жидкость.

- Ай! – возмущается он.

- Мало тебе! – злюсь я.

- Можно я сам все сделаю, - просит он. – Твои навыки швеи как-то вызывают у меня опасения.

- Ты прав, таковых навыков у меня нет, - не спорю я с ним. – Но пару стежков сделать смогу.

- Может, лучше задуешь меня? – предлагает он и кивает на пистолет с медицинской пеной внутри. Ее используют только медики, потому что необходима высокая точность, но, думаю, я с ней справлюсь без труда.

- Хочется, чтобы больно было не только мне, - дразню его и все-таки беру пистолет-пену. Аккуратно наношу на рану необходимое количество, не выдавливая ни одного лишнего миллиметра, потому что это недопустимо. Нэйтон все это время молча наблюдает за мной. Когда я заканчиваю он уже очень серьезный и продолжает на меня смотреть.

- Почему ты вернулся за мной? – спрашиваю я. – Ты мог бы устроить пожар!

- А как я мог не вернуться? – отвечает он вопросом на вопрос и убирает прядь волос с моего лица. Внутри у меня предательски повышается пульс, а зрачки расширяются. Нэйтон все это видит. Я до сих пор нахожусь в спортивном топе полураздетая. Нэйтон начинает притягивать меня за затылок своей сильной рукой к себе на грудь и я, почти оказавшись на нем сверху, так пугаюсь очевидности этого поступка, что подскакиваю с него, будто только что легла на ежа.

- Тебе нужно отдохнуть, - выскакиваю из каюты и бегу к отцу. Даже его я сейчас боюсь меньше, чем того, что только что не сделал Нэйтон.

****

- Все нормально? – спрашивает у меня отец, когда я раскрасневшаяся влетаю в кабину управления.

- Да, - отвечаю и наконец встречаюсь с ученым глазами. Мой отец, как обычно, стоит в своих больших толстых очках, но не в белом халате, а в серой форме пилота.

- Тебе идет, - улыбаюсь я.

- О, - удивляется профессор. – Пришлось маскироваться, - он так же улыбается мне и вокруг его глаз появляются глубокие морщинки. А я так люблю их.

- На тебе кровь, - замечает он.

- Не переживай, это Нэйтона.

- Только его? – задает еще один вопрос профессор.