Меня звали Гамли

Глава 8

На утро моросил дождь, наполняя воздух ароматом мокрой листвы и прибитой пыли. В такую погоду Гамли не любил покидать дом, однако, отчего-то именно в такие дни ему выпадали неотложные дела вне его стен. Сегодняшний день не стал исключением. Может быть к знатным семьям он и мог отложить поездку, но вот к мэру города и портному - никак!

Предстоящий визит врача держал Гамли в напряжении с самого утра. Он и не представлял, что его беспечное согласие отдать человека, который еще вчера был его добрым гостем, словно какого-то заключенного, принесет ему столько терзаний. Как ни старался он убедить себя, что поступает так с Люто во благо, ничего не получилось, даже кончики пальцев стали сильнее зудеть.

Еще не видя Перегрина, он хорошо представил, как того проводят мимо него в смирительной рубашке, а по его полному презрения взгляду читается  - «Предатель! За что?».

Мысли об этом лишили Гамли покоя, пока окончательно не появилось отвращение к самому себе за свой легкомысленный поступок. Полный решимости рассказать Люто о планах доктора, молодой человек поднялся наверх и громко постучал в дверь.

- Не мне решать здесь судьбы людей, - думал он. Если Питеру Моррису  нужно, пусть находит другой способ, чтобы моего гостя в психушку упечь. Как я мог дать на это согласие ..?

Однако ответа не последовало - за дверью было тихо. Подтоклнув дверь плечом, старые петли скрипнули и дверь приоткрылась. Гамли из приличия предупредил о намерении войти и, не дожидаясь ответа, сделал шаг в небольшую комнату. Тут же заставив раскачивавшиеся от ветра шторы протянуться по подоконнику.

Прикрыв за собой дверь, юноша окинул комнату взглядом. Окно было открыто, отчего комната наполнилась уличной прохладой. Смятая постель с лежавшей на ней скомканным одеялом и пара подушек, валявшихся на полу, давали понять, что не только у Гамли выдалась тяжелая ночь... Самого Перегрина в комнате не было... Да, уйти не попрощавшись было весьма модно, но к Люто это вряд ли относилось. Гамли прошелся по комнате и заметил на тумбочке, возле кровати белый свернутый лист, закрепленный сургучной печатью. Он был не подписан, но было понятно, что предназначался ему. Сломав бордовый овал, он развернул перед собой белый лист. На нем угловатым размашистым почерком было написано:

Мистер Гамли, Вам следует уехать из Уллингсдорфа. Оставаясь более семи ночей здесь, вы станете видны нежити. До сей поры она Вас не тронет. Местные жители это знают. Мое доказательство — деревня «Тонкая ветвь». Оттуда -все началось... Но не оставайтесь в ней после заката.

П. Л.

- П. Л. Перегрин Люто... Все началось? Он действительно думает, что мне это интересно?

Молодой Уиллингсдорф машинально сунул лист в нагрудный карман и услышав внизу голоса, поспешил к визитерам.

***

- Мистер Гамли, доброе утро! - сдержанно поприветствовал доктор Моррис Гамли.- Как Перегрин Люто? Спит?

- Боюсь, Вашим санитарам не найдется работа в этом доме, - махнул он на высоких парней в белых халатах, стоявших позади врача. Сегодня утром обнаружил комнату пустой.

Возникла пауза. Непонимание отразилось только на лице Питера Морриса, в то время как его спутники, ожидая дальнейших приказаний, совершенно безучастно рассматривали убранство дома.

- Его здесь нет, он ушел, - уточнил Гамли намекая, что пора бы и им последовать примеру Люто.

- Вы... мы... как же?- пролепетал озадаченный доктор. -Вчера я дал ему сильное снотворное, он должен был спать до обеда как минимум. Как же он ушел?!

- Понятия не имею, - развел руками молодой аристократ, - может быть он слышал наш разговор, может быть у него было важное дело, может быть … может быть... может быть..! Остается только догадываться, почему рано утром мы стоим друг напротив друга и строим гипотезы насчет, нарушившего наши планы Перегрина Люто.

Обескураженному врачу не нашлось что ответить, он пару раз хотел что-то сказать, но так и не смог. Немая сцена продолжалась до тех пор, пока Гамли не приказал Бертрану принести врачу выписанный чек за его услуги. Моррис еще несколько секунд вопросительно и неуверенно смотрел на хозяина дома, будто пытаясь добиться иного исхода ситуации или угадать, что на самом деле случилось с охотником. Неловко уводя взгляд в сторону, доктор взял конверт, поблагодарил молодого Уиллингсдорфа, а затем, одним кивком головы дал понять своим подчиненным, что им пора иди. В итоге, отвесив поклон, он раздосадовано покинул дом, оставив за собой запах анисовой настойки, шалфея и горьких микстур.

Гамли вышел на крыльцо, чтобы проводить, так тревожащих его душу и совесть, гостей. Он наблюдал за тем, как за врачом сомкнулись широкие спины санитаров и как они тяжелой походкой последовали за своим начальником. Стоявшая у лестницы карета скорой помощи накренилась от забравшихся в нее пассажиров, отчего у молодого Уиллингсдорфа сложилось впечатление, что она вот-вот треснет. Доктор заходил в повозку последним, и держась одной рукой за дверцу, вдруг повернулся к дому. С хитрым, изучающим, и явно не предвещающим ничего хорошего прищуром, он посмотрел на окна гостевой комнаты, в которой был Люто. Моррис почему-то не заметил, что за его действиями продолжает наблюдать хозяин поместья, а потому позволил себе еще немного постоять и осмыслить свою неудачу. Как только дверь громко хлопнула, они сразу же тронулись.

Бертран, стоявший как всегда чуть поодаль от хозяина, кашлянул, переключая внимание того с уезжающей кареты  на себя.

- Да, слушаю, что ты хотел сказать? - задумчиво, не поворачиваясь на камердинера спросил Гамли, продолжая смотреть в след уезжавшему трансторту,  пока тот не скрылся.

- Мистер Гамли у  Вас сегодня запланированы встречи...

- Видел как доктор расстроился, словно у него свой интерес к Перегрину.

- Даа, было весьма заметно.

- Отмени все встречи на сегодня, едем только к мэру и портному, и подготовь повозку, запряженную лошадьми, поедем в деревню Тонкая ветвь. Ах, да... еще мне нужен список всех, кто живет в поместье. Меня интересуют женщины. Возраст до 20. Займись лично. Ступай.