Меня звали Миа Сатори...

Хочу слышать тебя

Демону показалось, что в мире не осталось звуков кроме его сердцебиения.

«Вот как она это делает?» — все это время рычала и ворчала из-за любого прикосновения, а теперь мгновение — и она уже «подающая» в его собственной игре.

— Злость делает с вами удивительные вещи, Леди Каррас, — ошарашено выдохнул Рэм, когда она отпустила его. — Сделай так еще разок, и я утащу тебя в спальню, и больше не приму никаких отговорок.

— Обойдешься…

— Ты разбиваешь мне сердце, малышка, — он театрально прижал руку к груди и изобразил страдание. — Что ж, игра так игра. Пойдем танцевать.

— Я не танцую… — попыталась она его осадить.

— Что? Девочка из благородной семьи не умеет танцевать? Мне-то хоть не ври.

— Я не говорила, что не умею, я сказала, что не буду… — Миа сложила руки на груди, и выразительно посмотрела ему в глаза, намекая, что он может даже не пытаться уговорить ее.

— Поздно, ты уже в игре.

— Черт… — Миа последовала за ним почти без сопротивления.

Рэм шепнул что-то одному из официантов, и через минуту по залу разлилась чарующая мелодия, похожая на вальс. На помост для музыкантов вышла светловолосая эльфийка, к ней присоединился парень, кажется из демонов. Их пение завораживало, голоса сливались в единую мелодию, проникая в самое сердце, нежно, словно прикосновение мотылька.

Миа никогда не любила танцевать, но в этот раз не могла скрыть удовольствия. Рэм легко и непринуждённо вел ее в танце, они скользили по залу, едва касаясь пола, и не было в мире ничего кроме его сильных рук и выжигающего нутро взгляда. Лишь спустя какое-то время ведьма заметила, что они стали центром внимания — на лицах недавних ухажеров читалось разочарование, соперничать с генералом шести легионов никто не решился бы, дамы не скрывали восхищения, на глазах Телари даже выступили слезы умиления.

Остаток вечера Рэм не отходил от нее ни на шаг, кормил из рук, тихонько язвил на ухо, оставляя легкие поцелуи на открытых плечах, так, чтобы со стороны казалось, что он нашептыаает ей что-нибудь нежное, и вел себя настолько сладко и приторно, что если бы не она сама предложила эту игру, Мию бы уже стошнило.

— Ты перестарался, — сказала она, когда Рэм провожал ее до комнаты после бала.

— Не думаю, ты видела лица тех горе-ухажеров? У них прям руки чесались тебя украсть, только никто не осмелится выступить против меня.

— Грозный генерал Тенебрис…

— Ты не веришь? Покажу как-нибудь свою армию, и ты поймешь, с кем имеешь дело.

— Уже боюсь…

Миа так расслабилась в его обществе, что не придала значения тому, что Рэм вошел в комнату вслед за ней, снял пиджак и опустился в одно из кресел, развязывая галстук и продолжая разговор.

— Как спалось, пока меня не было?

— Нормально.

— Потому что в моей кровати? — самодовольно ухмыльнулся он.

— Откуда ты узнал? — Миа села у туалетного столика и принялась освобождать волосы от шпилек.

— Твой запах на моих подушках. Если хочешь, чтобы никто не догадался, научись заметать следы.

— И не собиралась, ты ведь спал в моей кровати, и разрешения не спрашивал. Как ты там говорил? Надо кормить демона — делать все, что хочется. А нет, это Рин сказала. — Когда ее волосы рассыпались шелковыми волнами по плечам, она подошла к Рэму и наклонилась к нему, опираясь на подлокотники. — Это моя демоническая природа, поэтому все претензии к родителям, ах да, они же давно мертвы… Останешься без компенсации. — Ее губ коснулась дерзкая улыбка.

— Тьма в тебе становится сильнее, — ответил Рэм, пристально глядя в ее глаза.

— Разве не этого вы хотели? Я не могу вытравить это из себя, остается только привыкать. — Она выпрямилась и повернулась к нему спиной. — Поможешь?

Рэм машинально развязал ленты и расстегнул крошечные пуговицы на ее платье, все еще думая изменилась ли действительно эта ведьма или за такое ее поведение следует благодарить алкоголь.

Платье неслышно скользнуло на пол, и Миа осталась лишь в корсете и кружевных трусиках, все еще стоя на высоких каблуках, Рэм забыл, как дышать.

— Сатори, ты смерти моей хочешь? — не без удовольствия скользя взглядом по ее телу.

— Ты о чем? — она, будто в облаках витала.

— Об этом, — он указал на ее внешний вид. — Или это твое «да» на мое недавнее предложение?

Миа, казалось, только сейчас осознала, что без малейшего стеснения разделась в присутствии мужчины:

— Прости, — пискнула она и мигом скрылась в ванной.

— Ты меня точно доконаешь, ведьма…

Рэм сделал несколько глубоких вздохов, чтобы успокоиться и обвел глазами комнату, пытаясь отвлечься. Его взгляд упал на мольберт, накрытый полотном.

«Что там Рин про картины сказала?» — Ткань скользнула на пол, и он замер в изумлении.

— Миа! — позвал он с явной угрозой.

Снова забыв, что кроме белья на ней ничего нет, она вышла из ванной, вытирая умытое лицо полотенцем.