Меняю свадьбу на неприятности!

Глава 7.2. О тяпках, тряпках и Темном Властелине

В первом же коридоре нас чуть не сбила с ног улепётывающая от тройки гаргулий мавка. Я вежливо посторонилась и чуть менее воспитанно пожелала ей пять домашних заданий на вечер и пару лап переломать.

Запыхавшаяся болотница споткнулась, не вписалась в поворот и дальше полетела уже кубарем. Не иначе, как у меня магические способности проснулись. Или мавку домашние задания сильнее бегущих за ней каменных монстров напугали.

Гаргульи меня своим вниманием не обделили (а жаль!). Остановились рядом и привычно заныли, что я их совсем не люблю и не с ними первыми поздоровалась. Вот ведь у некоторых существ на пустом месте трагедии, мне б такие.

Пришлось и этим вечно обездоленным бедолагам пару теплых пожеланий высказать. Чтоб не напрасно, по поводу, печалились.

Потом за нами увязался жалующийся на сквозняк и Ольгу кобольд, спешащий поделиться свежими сплетнями лепрекон, непонятно о чем воющее умертвие. Оркам мяса в кашу не доложили, личи требуют свежие полотенца и хоть какую-нибудь войну, огры попробовали самогон из шия гнать и слегка сиреневыми стали…

Здравствуй дом, любимый дом! И все его дорогие сердцу и до печенок доставшие обитатели. Осталось только Рыську с ними поближе познакомить. Если она еще до того не сбежит.

Но пока девчонка нормально держится и с искренним любопытством всех столпившихся вокруг рассматривает. Некоторых еще и потрогать норовит. И ладно бы только потрогать!

Три года комендантом была и не знала, что волколаки щекотки боятся. А у троллей в карманах конфеты с пряниками припрятаны. Вкусные, кстати, медовые, с орешками.

Кот тоже зря времени не терял, во всех по очереди носом потыкался. Об одного скелетона даже потерся – удобная чесалка вышла. Тот растерялся, размяк, попытался пушистую спинку погладить, но Тиш увернулся.

Не заслужил пока!

Первая встреча Рыськи с моими (уже бывшими?) подопечными прошла хоть и неожиданно, но почти хорошо. Если не считать того, что один из волколаков от смеха язык прикусил. И огры с горгульями немножко подрались – выясняли, кто из них самая быстрая и удобная лошадка для ребенка. Ну что ж, теперь пора и групповое знакомство организовать.

Согнанные в большой зал постояльцы тоскливо переминались со своей ноги на чужую лапу. И с печальной обреченностью косились на заблокированную троллями дверь. Ничего хорошего ни от меня, ни от ближайшего будущего они не ждали. И правильно делали!

Попусту дергать подопечных я не любила и, если уж собирала, то обязательно старалась сообщить им принеприятнейшее известие. О предстоящем трудовом (и учебном) подвиге или вызванными их поведением проблемах.

Поэтому одна половина обитателей сейчас судорожно перебирала все свои недавние нарушения режима и особо тяжкие преступления. А вторая прозорливо вспоминала, когда была последняя генеральная уборка и не пора ли снова картошку окучивать. Эти, самые догадливые, ненавидели меня с намного большей силой и энтузиазмом.

Воспоминания о неминуемых тяпках и тряпках изрядно подтачивали радость от встречи с любимой комендантшей. Еще бы! Даже Темный Властелин не был настолько жесток, чтобы подданных на сельхозработы выгонять. Старыми добрыми пытками и массовыми убийствами ограничивался!

Эх, закончились недолгие вольные денечки. Снова режим и террор начинаются. И дежурства по мытью коридоров.

Я не стала испытывать ни свое, ни чужое терпение (за три года совместной жизни его запасы заметно поистратились) и сразу перешла к делу:

-- Это Рыська. А это кот. Обоих нельзя ни жрать, ни обижать, иначе…

Подробно расписывать все грозящие за котообижание кары я не стала. Зачем? У большинства постояльцев жизненный опыт намного богаче моей фантазии. Если им не мешать, сами себе ужасы напридумывают.

Я еще немного потянула красноречивую паузу и веско закончила:

-- А потом еще заставлю ведьму каждый вечер дух нарушителя вызывать! Чтоб он стихи Пушкина слушал и по памяти переписывал. Ни от меня, ни от уроков нигде, даже на том свете, не спрячетесь!

Подруга радостно засияла, выражая полную готовность не только духам покоя не давать, но и их появлению поспособствовать. Мое не слишком своевременное возвращение помешало очередному магическому эксперименту (а заодно и вполне конкретному взрыву).

И теперь у Ольги не то, что руки чесались, – весь творческий организм зудел, требуя хоть какую-нибудь ворожбу устроить. С полного моего комендантского согласия.

Тревожную тишину в зале нарушил радостный голос Рыськи.

-- А нам можно? Их обижрать?

Что именно захотелось ребенку: поглодать ребрышки скелетона или поглумиться над вооруженным до зубов орком, я решила не уточнять. Для сохранения интриги и душевного здоровья (своего и общественного). Нервы у меня не казенные, новые в магистрате не выдадут.

-- Никому нельзя! Кроме меня. У нас в приюте всеобщее братство, справедливость и демократия!

-- Это честно! – Гулким раскатистым басом подтвердил тролль Грайн. Оконные стекла задрожали и согласно тренькнули в ответ. Даже они громкие лозунги любят.

Рыська сосредоточенно нахмурилась. То ли решала, как к моему запрету жрать постояльцев относиться, то ли незнакомое слово-ругательство пыталась запомнить.

Я задумчиво посмотрела на девчонку. Хлопот нам этот распускающийся (во всех смыслах) цветочек жизни доставит намного больше своего недокормленного пока веса. А уж когда откормим, обласкаем, отогреем… Лучше бы еще одного попаданца завели, они как-то привычнее.

А что подумали о столь своеобразно трактуемой демократии наши обитатели, никто так и не узнал. Потому что кулаки у троллей тяжелые, а характер -- очень справедливый.

____________________________

Радостные постояльцы сломя голову несутся встречать Веру.

Или... с ее уроков сбегают?