Меняющий судьбы. Лесной вояж.

Глава 3. Два брата акробата.

- ...но есть же и плюсы: посмотрел красивый лес, послушал пение птиц, свежим воздухом подышал, - успокаивал я себя.

Подготовка обряда шла полным ходом. Сетку спустили вниз, почти до самой земли. Там меня ждали двое лысых с деревянной табличкой, на которой было криво изображено существо из семейства кошачьих. Они прикрепили к гамаку свои художества, после чего поспешили удалиться. Тем временем другие организаторы мероприятия занимались установкой "сцены". На полянку принесли четыре деревянных"пьедестала",  размером с маленькую табуретку, и один бочонок авия. Самый большой и красивый пьедестал поставили в центре полянки, а три других  и бочонок расставили вокруг него, словно указатели сторон света. К месту сходки потихоньку стягивались охотники. Одетые как на парад: в перьях, сережках, с луками и копьями они усаживались в круг. “Мужики” обсуждали, как покончат с монстром. Некоторые из них продолжали подготовку к охоте - с помощью пары камней они выдалбливали знаки на наконечниках стрел. Вскоре пришла пятерка самых влиятельных "людей" племени: еще сильнее украшенный вождь, мопс-алкоголик верхом на преданном "скакуне"  и трое других шаманов. При виде элиты все охотники замолчали. Ведущие мероприятие устроились каждый на своем месте. Церемония в честь открытия сезона охоты началась.

- Братья мои! - торжественно сказал вождь. - Настал тот день, которого все так долго ждали! Сегодня мы идем на большую охоту!

- У! - в один голос прокричали охотники.

- Пришло время отомстить за наших братьев и сестер!

- У!

- И освободить наших детей от страха и гнева!  

- У!

- Сегодня мы покажем Богам нашу силу и смелость!

- У!

 - Так убьем же зверя и освободим наш дом! 

- У!

- Да помогут нам Боги охоты Аумма и Аммуа.

Закончив пламенную речь, "Звезда" лысого племени швырнул свою палицу в табличку с нарисованным хищником. После меткого попадания прокатилось восторженное “у-у-у”. Избранникам народа раздали по лесному хомячку. Они, вынув ножи, демонстративно вскрыли брюхо грызунам. Мопс отдал своего пушистика ручному громиле. Тот, без лишних вопросов, просто расплющил его. Охотники стали по очереди подходить к вождю, который рисовал им на лбу кровавый крестик. Когда охотники с чистыми лбами кончились, за дело принялись шаманы. Каждый из них рисовал свой уникальный символ в углу кровавого крестика. Мопс "краски" не жалел и мазал закарлюки от души. За каждую метку изюмный шаман черпал авия из рядом стоящего бочонка. 

" Наверное, входит в транс".

На последнем охотнике хомячок мопса “закончился”. Шаман потрусил сухую шкурку и отдал ее своему помощнику. "Ходячий шкаф" попытался выкрутить ее, но не выжал и капли. Тогда любитель авия стукнул его черпаком по голове. "Великан" надкусил себе палец и сам поставил метку. "Пропечатанный" охотник отлетел от силы "волшебного" знака. 

- Засчитан, - сказал шаман и выпил последний черпак авия.

Посвященные охотники устроили состязание в меткости - каждый из них по очереди пустил стрелу в нарисованного корта. Мне несказанно повезло - все участники оказались меткими стрелками.

"Не хотелось бы приобрести дополнительные отверстия".

После интересных конкурсов "тамада" с палицей созвал охотников в круг. Все они взялись за ручки. Под пение шаманов и бой барабанов лысый хоровод начал движение. Все крутились и дрыгались как умели, но круче всех отжигал вождь, танцуя как в последний раз. 

- Братья мои, мы идем на тропу корта! - закончил ритуал вождь.

Подо мной разложили плетеные носилки и канат, на котором висела ловушка, обрубили. Я рухнул на землю им каждая моя косточка “произнесла” хрустящее “ой”. Двенадцать бравых охотников подхватили носилки и понесли меня на свидание с кортом.

" Ну хоть не по земле тащат", - “благодарил” я.

Меня несли... Я находился в скрюченном, скорченном, согнутом и свернутом положении. Ноги, руки, шея, а также иные, не менее важные части тела, онемели. Зато было время подумать о вечном. Я погрузился в философские рассуждения “Что же лучше: стать обедом саблезубого кота или разбиться насмерть, сорвавшись с дерева”. Глубокомысленные размышления прервал утробный РЫК... Его издал мой живот, урчащий от голода. Носильщики интуитивно бросили носилки на землю и приняли боевую готовность.

- Ребята, ваш корт любит отбивные? - процедил я сквозь зубы, потирая затылок.

Мужики шутку не оценили.

- Может пристрелим его? Так надежней будет, - предложил один из них.

- Понял, понял. Молчу.

Прошло еще какое-то время, прежде чем мы остановились. Лысые рывком перевернули носилки и я очередной раз упал на землю. 

- ДА СКОЛЬКО МОЖНО! - взвыл я.

На мое возмущение никто не ответил - охотники готовились к засаде.

Место жертвоприношения выбрали со вкусом - это была небольшая полянка, окруженная "стеной" кустов и укрытая травянистым "ковром". 

Возникло стойкое ощущение что, я здесь уже был. И хотя полянок-близняшек за время пути повстречалось немало, чувство дежавю deja vu только усиливалось. Я перевернулся на спину и недалеко от себя увидел вырытую нору под деревом. 

Пока я любовался красотами леса, прискакали разведчики лысых.

- Корт на тропе! Идет вдоль реки, - доложили они.

- Отлично! - сказал вождь.

Услышав, что корт скоро будет здесь, я предпринял отчаянную попытку сбежать. Но неуклюжие перекатывания с боку на бок и ползание гусеничкой только повеселили охотники, наблюдавших за мной сверху.

- Ха-ха-ха. Оборжаться можно, - ответил я, пытаясь перелезть через корень.

Внезапно по лесу прокатился душераздирающий вопль. Охотники сорвались с насиженных мест, бросив меня в гордом одиночестве. 

“ Это мой шанс!”

Я снова принял решительную попытку освободиться, не оставляя надежды на спасение. Вдруг недалеко от меня послышался шелест кустов. Кто-то семенил маленькими шажками и насвистывал незамысловатую мелодию.