Мерцание моей жизни

23 глава. Забытая 2.

Мы с Агатой и Сильвией затаились, с трудом сдерживая хихиканье. В палате было тихо, только тиканье настенных часов и лёгкое жужжание кондиционера разбавляли напряжённое ожидание. Я лежала на кровати, на вид будто бы мирно читала, Сильвия сидела у окна, делая вид, что рисует, а Агата устроилась в кресле, уткнувшись в журнал — каждая играла свою роль. А тем временем ловушка уже была готова.

На один из деревянных стульев, что стояли у моей кровати, мы положили старую медицинскую перчатку, набитую воздухом, и сверху аккуратно прикрыли подушкой. Получилось довольно крепко, и когда кто-нибудь сядет — пшшш-фррррт! Звук как из мультиков.

— Сестра Роузи! — позвала я самым невинным голосом. — Можете подойти? У меня вопрос.

— Да, Эбби? — Роузи подошла, улыбаясь, как обычно. Она всегда была добрая, даже когда ругалась.

— Мне кажется, что у меня снова поднялась температура… — я состроила обеспокоенное лицо и легонько похлопала по стулу рядом. — Садитесь, пожалуйста...

— Ох, ну давай посмотрим... — она села, и в ту же секунду:

ПШШШ-ФРРРРРРРРТ!

Раздался громкий, звонкий пердежный звук, будто под ней взорвался воздушный шарик в туалете. На секунду повисла абсолютная тишина. Даже часы будто остановились.

Роузи замерла, глаза у неё распахнулись, а мы с Сильвией и Агатой взорвались от смеха.

— Что это было?! — воскликнула она, вскакивая, а Сильвия едва не упала со стула, заливаясь смехом.

— Это... это только воздух, честно! — выдавила Агата сквозь хохот. — Перчатка... под подушкой!

Я уже каталась по кровати, прижимая подушку к лицу, чтобы не орать слишком громко.

Роузи, всё ещё ошеломлённая, посмотрела на подушку, потом на нас. Лицо её было одновременно суровым… и пытающимся сдержать улыбку.

— Вы трое… — начала она, надув щёки. — Вас точно вместе отпускать нельзя. Вы что, сговорились, а?

— Это всё Агата придумала! — сказала Сильвия, указывая на подругу, всё ещё скрюченной от смеха.

— А ты исполнила! — возразила Агата, хихикая.

— Я… только позвала! — вздохнула я.

Роузи покачала головой, всё-таки не выдержала и рассмеялась.

— Вот уж попалась, так попалась… Ну, девочки, теперь я вас отчитываю. Серьёзно. Ставить ловушки на медперсонал? Нехорошо!

Мы слушали, кивая с серьёзными лицами, но всё равно исподтишка улыбались.

— Но… — добавила она уже тише, — надо признать… очень креативно. Только обещайте — не на заведующего, ладно? Он не оценит.

— Обещаем! — хором ответили мы, и снова разразились смехом.

После розыгрыша с Роузи, мы втроём — я, Сильвия и Агата — отправились в палату Агаты. В последние дни она стала нашим местом встречи, маленьким островком тепла и уюта.

Агата устроилась на своей кровати, обложенной мягкими подушками, с книгой в руках — она дочитывала «Путешествие Бетти», всё ещё под впечатлением от концовки. А мы с Сильвией развалились рядом, уткнувшись в её смартфон, на котором крутились короткие видео из интернета. Мы смотрели ролики с глупыми танцами животных, котами, застрявшими в шторах, и одним мальчиком, который случайно пукнул в микрофон во время школьного собрания по Zoom.

— Смотри, смотри! — Сильвия ткнула пальцем в экран. — Сейчас он подскользнётся на собственном торте!

Я захихикала, прикрывая рот рукой, а Сильвия уже каталась по подушке от смеха. Агата оторвалась от книги, заинтересованно покосилась на экран.

— Что вы там такое смотрите, что я вас даже не слышу от хихиканья?

— Это надо видеть! — усмехнулась я и махнула ей рукой.

Агата перелезла поближе, заглянула в экран и сразу же прыснула со смеху, когда увидела, как маленький пёс в шляпе бежит по скользкому полу, а за ним летит пицца.

— Ну это… это просто гениально, — выдохнула она, смеясь.

— Круто, да? — гордо сказала Сильвия. — У меня тут ещё целая коллекция, специально для хмурых больничных дней!

Я почувствовала лёгкое урчание в животе — захотелось перекусить. На тумбочке рядом с кроватью Агаты стояло настоящее богатство: корзинка с фруктами, аккуратно расставленные коробочки с печеньем, мягкие батончики и баночки с соками.

— Ммм… — протянула я, глядя на наливное зелёное яблоко. — Можно одно?

— Конечно, угощайся. — Агата кивнула. — Это всё Линетт принесла. Каждый день таскает мне вкусняшки, говорит: „Раз организм борется, надо подкармливать его вкусным“.

Я взяла яблоко, оно было прохладное и приятно тяжёлое. Подбросила его в руке, наслаждаясь блеском кожуры, а потом, заметив завистливые взгляды, кинула по яблоку Сильвии и Агате. Те с радостным визгом поймали.

— Меткость как у шерифа, — сказала Сильвия, делая вид, что прицеливается яблоком в меня. — Осторожно, я вооружена.

Мы снова сблизились, поджав ноги и сгруппировавшись у экрана. Лёгкий аромат яблок смешивался с запахом клубничных конфет, а в окно проникал тёплый свет, делая палату уютной и почти домашней.

И вот, когда видео сменяли друг друга, в комнату вошла Линетт.

— Привет, дорогая, — сказала она, её голос был мягким, почти певучим, и на лице играла вежливая улыбка. Она посмотрела на Агату с теплотой, но когда её взгляд упал на нас с Сильвией — особенно на Сильвию — выражение стало сдержанно-каменным. — А… вы здесь.

— Конечно, мы здесь. — Сильвия скрестила руки на груди, слегка приподняв подбородок. — Мы же подруги Агаты.

Тон был нейтральный, но в голосе явно слышалась нотка вызова. Она как будто специально любила проверять нервы Линетт на прочность.

Я почувствовала, как в комнате стало чуть прохладнее, словно кто-то приоткрыл окно. Но Линетт не поддалась, просто кивнула и подошла к тумбочке. Мы знали её — это была та самая женщина, которую мы видели в день первой встречи с Агатой. Элегантная, строгая, ухоженная — волосы цвета пшеницы, высокий воротник, точёные движения, будто она вышла из глянцевого журнала.

— Да, подруги… — тихо произнесла она, выложила на тумбочку очередную партию фруктов, шоколадные батончики и бутылочки с соком. — Агата, как ты себя чувствуешь? Всё в порядке? Тебе всё ещё… нравится здесь?