Merhaba, Турецкая земля! Gȕle gȕle, солёные грёзы…

Слушая сердце

Вдоволь наколлекционировав в галерее телефона новые красивые картинки, Лиза, наконец, примкнула к сидящим на скамеечке подругам. Обычно так же, как и Юля, на позитив настроенная Арина, вдруг словно ушла взглядом от окружающего мира с его разномастным гамом, молодежными селфи и прочей движухой.

- Ты что, Ариш, примолкла? От чего взгрустнула? – поинтересовалась Лиза. – и добавила: Как-то для этого не время. Смотри и наслаждайся, посреди какой красоты мы оказались!

Однако взглянув на ушедшую куда-то в себя от реальности Арину, Лиза подумала, наверное, дела сердечные окутали подружку. Ей самой подчас были близки подобные настроения, когда внешне она вроде здесь и со всеми, а мысленно путешествует по сердечным закоулкам внутреннего мироздания.

Вот и сейчас, подойдя к прозрачному бортику и глядя, как Москва-река торопит свои воды в отведенном русле, она представила, что также постоянно, словно следуя какому-то заранее определенному потоку, устремляет свои силы, куда требуют ее то жизнь с правилами социума, то девичья душа… В свои тридцать с хвостиком, она научилась с самоотдачей учиться и работать. Прежде пыталась самозабвенно любить, но ни первая любовь, ни в более сознательном возрасте избранник сердца не оценили такого подхода с растворением в их душе и жизни и попросту нивелировались из ее жизни. И все же Лиза хотела, наверное, того же, чего большинство людей – простого человеческого счастья. «Человек создан для счастья, как птица для полета» - нравилась ей фраза писателя Короленко, которую однажды выводила она в школьном сочинении за партой в классе, наверное, в восьмом.

Ощущение полета время от времени неоднократно посещало Лизу в достаточно однообразной жизни, условленной сначала рамками образовательной системы в школе, затем очерченной четкими линиями бытия в университете, синхронными зигзами, заостренными на сроках сдачи материалов в номера в журналисткой деятельности и особенными ограничениями, со словами «надо» и «должно», с которыми она столкнулась на вымоленной работе, воспринимаемой одновременно, как подарок свыше, и в то же время как испытание, а может быть и воспитание души.

И все же были мгновения, когда полет накрывал Лизку в самом своем вихре. Конечно, это и моменты, когда цель, к которой она упорно и прямо двигалась, увенчивалась успехом. Серебряная медаль в школе, красный диплом в вузе, защита диссертации в Московском  университете. Однако еще ближе ощущалось счастье, когда сопряжено оно было с делами сердечными. Ей не по книгам и стихам было известно чувство, когда два сердца бьются в унисон. Сначала это первая любовь, когда она готова была посещать все футбольные матчи района и просиживать в болельщиках, наблюдая за интересуемым объектом, не слишком разбираясь в правилах футбола, а затем с нетерпением и слезами раскрывать от того самого мальчика конверт, где он в письме к 8 Марта впервые сообщает ей о своих чувствах… Случайные встречи с ним и даже знакомство с его мамой на турслетах и  поездах… Все течет, все изменяется… Где сейчас эти девичьи грезы и тот судьбоносный конверт? Первый любимый мальчик, обзавевшись ворохом детей – за что ему честь и хвала (ну и что, что у них разные мамы, зато на каждой из своих избранниц он, как порядочный мужчина, официально успевал жениться, у каждого быть может своя, подчас весьма ветвистая дорога к счастью) спустя годы, зачем-то к Лизе он причалил в друзья «В контакте». Лиза, конечно, добавила, теперь ей и не тепло, и не холодно от такого соседства, ведь нет больше боли в его сторону, нет никаких  сомнений и надежд… Говорят, человек прощает другого, если готов просто с ним попить на кухне чай. Так, Лиза посчитала, что ни к чему не обязывающее обе стороны «онлайн соседство» как раз-таки заменит эту кружку чаю. И похоже что была права. Вскоре соседство стало совсем формальным, «стороны» не удосуживались даже поздравлять друг друга с Днем рождения, несмотря на заботливые напоминания соцсети. Лиза размышляла – вот и хорошо. Прошлому – прошлое. Настоящему – настоящее.  

Сквозь годы девичье сердце снова оживало. Но почему-то вновь и вновь намечавшимся романам с тем, к кому Лиза начинала прикипать душой и сердцем, не суждено было раскрываться и цвести. Возлюбленные вдруг незаметно пропадали, оказывалось, один привез с родной земли подругу, а другой сам женился сначала раз, ну а разведясь, не прошло и года, почти сразу же успел жениться дважды. Поплакав вечерок-другой, Лиза унималась, значит, скатертью дорожка, коль любовь не настоящая, значит, впереди единственный, друг верный и родной. Нет, были еще ухажеры… достойные, честные, открытые, с намерениями ясными, прямыми. Но кроме дружбы к ним ничего не трепетало в девичьей душе. И никакие уговоры  родителей и повидавших жизнь друзей, ни какие книги, пропитанные мудрыми советами, не могли начать властвовать над девичьим сердцем. Вопреки которому Лиза не умела и не хотела поступать. И, как говорила ее бабушка, чтобы поставить в теме точку – только так и ни каких гвоздей!

И однажды ее сердце потянулось к нежной дружбе. То ли придуманной, то ли настоящей… - сквозь туманы лет и грезы снов сложно разобрать. Одно Лиза знала точно – она чувствовала его на расстоянии. Похоже, что он ее также. Однажды в поезде, отправляясь на семинары в Москву по работе, она повелась на рассказы проводницы о чудодейственных алтайских сиропах, несмотря на добавочную в сумку тяжесть, в первую дорогу купила себе и маме «витаминный» и зачем-то третий, «гармонизирующий» в салатной упаковке. На недоумение коллег – зачем же столько? – промолчала, на подсознании понимая, третий прихватила «для него». Конечно, она не собиралась вручать этот презент молодому человеку в реале. Ведь возлюбленный не встретит ее из столицы. И неизвестно, когда вообще ей позвонит… И вдруг на этих ее мыслях в сумке зазвонил телефон. «Дербенёв!» - округлились глаза Лизы, при взгляде в мобильник. «Привет, я в поезде». «Домой поехала на выходные?». «Нет, в  Москву».  «Как же в Москву…», - произнес досадно голос в трубке. Судя по озадаченному вопросу, прозвучавшему в мобильнике, Лиза ощутила, что нежданный (долгожданный!) собеседник несколько напрягся. Ведь месяцами раньше между ними случилась недомолвка, где он парировал, что женится, а она в ответ написала про Москву, где ее якобы ухажер поджидает. Но почему ж «якобы»? Отправляя сообщение про загадочного знакомого, Лиза даже не сочиняла, просто малость сделала акценты. Но в том-то и весь  ребус, расправь она крылышки, и слетай раз-другой в столицу на свидание к редактору и учредителю бизнес-журнала, неизвестно чем могла бы кончиться «лав-стори». В этот журнал она однажды написала статью об итальянском бизнесе в провинции (городе, в котором сама проживает). Видимо, одинокий мужчина ощутил в лав-стори про взрослого итальянца и его русскую жену, исполненную достоинства, душевную, мудрую спутницу и по факту хозяйку ресторана – их семейного бизнеса всю неистраченную девичью нежность, а может даже провел параллель – так или иначе, пытался вывести журналистку из фриланс-заданий на более жизненный контакт. Поначалу новыми заданиями, приглашением в скайп, затем поздравлениями с романтичными сюрпризами на расстоянии. Оставаясь спокойной, Лиза отчего «не велась» на все его онлайн-эксперименты. И в том же сентябре судьба после паломничества с подругой в Муром, на свадьбе, куда Лиза попала совершеннейше случайно, подарила ей знакомство. Это был тот самый ее звонивший друг. Один взгляд, и один танец. И ей казалось – вот он, – тот, которого ждала.