Мэри Поппинс для квартета. Свадьба

глава девятая

Черновик) будет редактура

- Вчера был самый скучный девичник в моей жизни, - печально заметила Роза, всматриваясь в окно.

- А в твоей жизни было много девичников? – поинтересовалась я. Происходящее на пафосной лужайке, больше подобающей какому-нибудь Версалю, чем «загородному домику», как охарактеризивал это место Томбасов, было любопытно. А вот то, что девичник в понимании миледи не такой… Ну, это же проблемы миледи?

- … руки выдрать! По самые… - доносился оттуда звучный, поставленный, особенно хорошо слышный по тихой безмятежной заре голос Аделаилы Святославовны. – Аккуратнее, ироды.

А как он разносился по воде! Душа просто летела вслед за ним.

И снова обреченное, звучное бря-я-ямс белого рояля, который видимо, не хотел погибать в безжалостных руках грузчиков. Но… судьба – штука коварная.

- Девичников было мало. Но представляла все равно не так. Где стриптизеры, выпрыгивающие из торта. Где охренительные торсы, в конце концов. Где шампанское рекой. И… драка какая-нибудь?

- Ну, драка сейчас будет, - кивнула она на лужайку, где мама Левы на чем свет стоить костерила безруких грузчиков, поднявших всех с утра пораньше стоном умирающего рояля, который уронили. И еще раз уронили. Уже под ее чутким руководством.

Шесть утра. Ну, не прелесть же?

- Разве ж это драка. Это избиение, - к нам присоединилась Ирина. –  А по поводу девичника. Вот что ты хотела, Роза? Три девицы – беременны. К ним присоединились две дамы весьма почтенного возраста.

- Но мы вечно молодые, - откликнулась ее бабушка, вечная участница посиделок спитого и спетого женского коллектива.

- И вечно пьяные, - рассмеялась я, вспомнив мероприятие накануне Нового года. Я. Дамы и коньяк. Соответствующее настроение. Получилось более чем неплохо. Но по причине беременности повторить вчера не получилось. А ведь очень хотелось!

- Вся надежда была на Аню, - не сдавалась Роза, вечный мальчиш-Плохиш. И подстрекатель.

- Аня – только что помирилась с Артуром. – Сообщила Аня, подходя к женской томной компании. - И я точно палиться не буду. Так. Ладно напиться. А вот мужской стриптиз плохо сочетается с мужем. Даже и с бывшим.

- Аня-я-я-я-я! – застонали мы хором. Потому как эта сладкая парочка своими примирениями довела всех до истерики. И поженить их было делом принципа.

- Ха! – ответила дива оперетты.

- Но петь «Напилася я пьяна, не дойду я до дома», - скривилась Роза. – Накануне свадьбы. Да еще и по-трезвому…

Аня рассмеялась, а мы с Антониной Георгиевной и Ириной недоуменно переглянулись. А что такого-то? Классная песня же? И душевная.

Тяжелый вздох был нам ответом.

Рояль водрузили на место – помост около озера, где, собственно, и планировали провести мероприятие, именуемое в народе свадьбой. «Гостей будет немного, Олесечка, - преданно заглядывал мне в глаза Томбасов. – Небольшой загородный домик – подарок тебе на свадьбу. Рядом с репетиционной базой, чтобы удобно добираться было до работы. И свежий воздух. И озерцо. Только свои, так, по минимуму…»

ТРИСТА человек. Триста, Карл. И домик типа Версаля. У Томбасова, должно быть, тоже свое представление о домике мечты. Спасибо, обошлись без золотых унитазов и геральдических лилий.

Аделина Святославовна пробежалась по клавишам белоснежного страдальца, рояль отозвался жалобами – и разразилась тирадой. Насчет ее больших сомнениях насчет того, что люди, сделавшие такое с хорошим инструментом, должны уйти невознагражденными. Люди в комбенизонах, с опаской посматривая на призывно блестевшее озеро, быстро и организованно отступали. Прочь. Подальше от разъяренной пианистки.

- Хорошо утро начинается, - вздохнула я. – Живенько.

- Хоть не тошнит, - хором откликнулись и Ирина, и Роза.

Вот интересно, что и меня не тошнило. Вот с того момента, как я покаталось на вертолете – туда и особенно обратно… Как отрезало. Организм, должно быть, решил с такой ненормальной как я не связываться.

Вот и правильно решил!

Подготовка к свадьбе прошла как-то отдельно от меня. Нанятый менеджер попыталась постонать, но я ей сообщила, что мне некогда – истинная правда, между прочим. Думаю, что-то такое до нее донес и Олег. Который единственно сам решил вопрос с кольцами. Тиффани. Платина. Бриллианты. Кто б сомневался. Скромное очарование буржуазии.

На меня легло самое тяжелое и ответственное. Платье. Спорили, правда, мы со Славой до кошачьих воплей. И результат! Оно – не белое! И на ногах у меня будут балетки. И да – мне все равно, как юбка будет смотреться и разлетаться без каблуков.

- Ну, еще бы, - проворчал гений, модельер и фанат квартета «Крещендо». – Это ж просто свадьба. Вот если бы речь шла о мероприятии, важном для ребят, ты б и на лабутены встала.

- Да она бы кого хочешь на лабутены поставила. Ради продвижения-то, - проворчал мирно дремлющий до этого момента Сергей. Олег включил барина, решив вдруг, что бас на меня влияет благотворно и поэтому Сергей меня сопровождал во время вылазок. Кстати, вот коварен Томбасов. Я прекрасно понимала, какие нагрузки у парней. И концерты, и мюзикл. И репетиции. Поэтому старалась лишний раз парней не дергать. Так выгуливались мы как попугайчики-неразлучники. Но очень умеренно.