Мёртвая авеню

Глава 3. «Четырнадцать»

Следом за Оливией пальбу по зомби открыли и мы. Кто-то просто бездумно стрелял куда попало, как Зед, например, кто-то целился и спускал курок, как я и Сьюзан, но у толстяка Боба мужества хватало только на то, чтобы спрятаться за спиной сорокалетнего Патрика.

Справа от меня — Мия. В боях мы всегда бились плечом к плечу, когда обнаружили, что работать на пару гораздо эффективнее. Она стала для меня верным другом и хорошим союзником. Эта девчонка становилась настоящим солдатом, когда от нее требовалась храбрость, стойкость и безжалостность, — всегда шла вперед. Но не сейчас. 

Мия стояла неподвижно, точно дерево, и смотрела на мужчину, который, шатаясь, двигался прямо на нее. Что же она медлит?

— Стреляй! — громко скомандовал я, но девушка не обратила на меня должного внимания. Её глаза были широко открыты, рот изогнут в немом изумлении. Такое выражение лица сложно описать, но самое уместное слово сейчас, наверное, — шок.

Долго думать на войне не приходится, особенно если войну ведешь с безмозглыми: зомби вообще не думают, они просто делают. Я поднял свою винтовку и направил её на мужчину, целясь в голову, но Мия не дала мне выстрелить: она молча взялась за ствол моей винтовки и медленно направила дуло в землю. Такая медлительность в самом эпицентре «бури» выглядела крайне нелепо. 

Бледное лицо мужчины было покрыто язвами, руки – струпьями, а ковбойская шляпа – пылью. Я замер. Мой желудок сжался в тугой комок, когда я узнал его.

Отец Мии не погиб, как и те двое, что пошли на разведку вместе с ним. Теперь они – одни из Них.

Я должен был выстрелить. Обязан был. Но ведь это Клейтон. Добрый мужчина, заботящийся о своей дочурке. По выражению её лица я понял, что Мия думала о том же самом. Она не сможет выстрелить. Это должен сделать я. Она будет ненавидеть меня, да и я себя, наверное, тоже, но, по крайней мере, хотя бы будет жива.

Я собирался поднять винтовку снова, когда со стороны Мии возник «К». Он грубо отодвинул девушку в сторону, и, не теряя ни секунды, выстрелил Клейтону в голову. 

Удивление на лице Мии моментально сменил гнев. Я знал, что она сделает, но когда та уронила винтовку и бросилась на несчастного «К», всё равно вздрогнул. Неожиданно для самого себя я схватил Мию за талию и дернул на себя. Доссон ослабила хватку и, потеряв равновесие, повалила меня на землю, придавив весом своего тела. Падая, я больно ударился затылком и сейчас слышал все так плохо, как если бы находился под водой, но шипение зомби прямо над нами сумел отличить. Это не Мия такая тяжёлая, а напавший на нас парень лет двадцати. Я нащупал свой пистолет в кармане и изловчился выстрелить ему прямо в голову, и вовремя — зомби, обнажив свои жёлтые зубы, замахнулся когтистой рукой, чтобы нанести Мие удар по шее.

Брызнувшая из его лба темно-красная кровь обагрила наши лица, и Мия, перекатившись на землю, встала на четвереньки, а уже в следующее мгновение её вывернуло наизнанку. Я выплюнул кровь зомби, но от её металлического привкуса во рту не избавился. Я помог Мие подняться на ноги. 

Я смотрел, как наши добивают последних зомби и двигаются к воде. В бою мы и не заметили, что уже достигли Гудзона. Мы с Мией стояли посреди кучи трупов: среди них были и наши и зомби с простреленными или отрубленными головами. Я дышал девушке в волосы, а она молчала, спрятав лицо ладонями. Переодически её передергивало в моих руках, а колени подгибались, и я понимал, что сейчас являюсь единственным, что не даёт ей упасть рядом с обезображенным телом отца. 

К нам подбежала запыхавшаяся Сьюзан с порезом поперёк живота, но насколько я понял, испортилась лишь одежда. 

— Вы должны сесть в лодку. Их всего три, каждая рассчитана на пять человек, поэтому нам всем хватит места.

— Но ведь нас было двадцать девять, — возразил я, все ещё не выпуская Мию из рук. Я заранее знал её ответ.

— Было, Феникс, — в голосе Сьюзан сквозила бесконечная печаль. Она опустила взгляд в землю и, поджав губы, сглотнула. — Было.

— Как мы могли потерять четырнадцать человек за одно нападение? — изумился я.

— Количественный перевес. Она напали внезапно. Победа на их стороне, пусть мы и перебили их всех.

Мия покачала головой и самостоятельно двинулась к воде. Она молча залезла в пустую лодку, после к ней присоединился Боб и ещё три человека. Ни с кем из них она не разговаривала. 

Я и Сьюзан сели последними. Пока мы плыли, я с досадой заметил, что Оливии с нами нет. Значит, она пала в бою. Зед ободряюще улыбнулся мне и похлопал по плечу, но за всю переправу никто из нас не проронил ни слова. Даже Боб перестал жрать. 

Когда мы оказались на другом берегу, перед нами возвышалась высоченная стена из проводов. По огонькам, бегающим по ним, и непрерывному звуку, что сверлил мозг, я догадался, что стена находится под напряжением. Я знал это с самого начала, но увидев все собственными глазами, убедился окончательно, что это не миф.

Чтобы добраться до ворот, через которые нас впустили в город, нам пришлось пройти ещё пару километров вдоль стены. По правде говоря, я не видел никакой логики их действий. Чем они вообще руководствовались когда приняли решение впускать за ограду всех и только потом проверять их на наличие вируса? 

Разместили нас, как и ожидалось, в аэропорту, где ютились все остальные беженцы, ждущие проверки. 

Едва нас встретив, женщина по имени Нора, что отвечала за перепись, — дамочка лет тридцати пяти, с аккуратным пучком светлых волос на голове, в очках и деловом синем костюме, — и спросила, кто был нашим лидером. Лидером нашей группы была Оливия, не дожившая до чертовой переправы, а выбирать другого не было времени, да и смысла тоже, поэтому решение пришлось принять быстро.