Мертвая Царевна с Запретного Острова. Семь повестей о Эльге

повесть первая ч.13

- Будет, ещё много чего будет. Говори , не вечно же он в поклоне стоять должен, - зашептала женщина.

- Сейчас, - тихо сказала целительница, - Я принимаю твою службу, и награжу твою верность, - проговорила твердо и громко Эльга.

Садок выпрямился, и, улыбаясь вернулся к своим мореходам. Эльга тоже встала, и ее лицо чуть покраснело от волнения. И она заметила что у Катвара тоже со здоровьем не все ладно. Темная полоса на груди, и видна еще лучше, когда она закрывала глаза. И сейчас тоже смежила очи, и так все и было, она не ошиблась. Она только вздохнула, готовясь к неизбежному.

-Катвар, ты тоже болен. Если тебя не излечить, через полгода ты умрешь. Если не боишься, я тебя излечу, - твердо произнесла она, и смотрела, как изменилось лицо кормщика.

- Я видел, как ты страдаешь, дева. Я не хочу причинять тебе боль, - жестко ответил Катвар.

- Ты хочешь умереть?- удивилась девушка.

– Я не боюсь умереть, но и приближать Смерть не хочу, Госпожа.

- Хорошо, - ответила Эльга,- садись на лавку, это будет быстро.

Все находившиеся в покое отошли, не желая мешать целительнице. Она подвернула рукава платья, что бы свисая, не мешали, обнажив золотые витые браслеты, села рядом, и положила ладони на лоб кормщику, и тот только вздрогнул. Послушница закрыла глаза, и всем показалось, будто в горнице стало темнее, словно масляные светильники перестали гореть. Лицо Эльги побледнело, а губы посинели, она раскрыла глаза, а они вместо голубых были черными. Девушка встала, шатаясь, но она видела, хотя и плохо. Встал и кормщик.

- И верно, дышится лучше, - заулыбался Катвар, ударив себя по груди, но улыбка сошла, когда он увидел лицо целительницы. – Что ж ты с собой делаешь… Спасибо, что себя ради нас не щадишь.

- Всё хорошо,- улыбнулась Эльга синими губами, и этой улыбки всех мороз по коже продрал, - скоро в себя приду, это пройдет скоро, - и она коснулась своего лица, – А так бы себя корила, что могла помочь тебе , а не помогла.

- Мудрено всё у вас, на Алатырь острове. Но надумаешь к нам прийти, после посвящения, - он низко поклонился Маре, как главной, - Будем мы тебе дом пока ставить в Гандвике. Чего тебе на Алтай или в Варту подаваться, вниз по реке? И к нам приедешь, может и Ликта, юродивого нашего излечишь.

- Спасибо, Катвар, за добрые слова. Это как старейшины ваши решат, да Семеро. Может, меня к себе, в Варту позовут, целительница им понадобится.

- Но да ничего. Можешь и у себя жить, и у нас гостить. Верно, Садок, - и Катвар ударил в бок племянника.

- Точно, - ответил тот, улыбнувшись.

Он один смотрел на девушку, и не отводил глаза. Другие, даже Катвар, который не боялся и на моржа с топором идти, не мог смотреть прямо на юную целительницу, избегал заглянуть в её глаза. Кормщик смотрел на Мару, которая была очень красива в этом наряде, на стены( на которых и не было ничего),на резные кресла, на стол , пол. Всё что угодно, только не глаза Эльги. Да другие вообще в пол уставились, будто пытались там свою судьбу усмотреть, или в доме полы резные оказались.

- И мед еще мы вам принесли, Избранные, - заметил Садок, и выставил на стол три большие корчаги, обвитые лозой.

Мара встала с кресла, и разлила мед по ковшам, и самый большой поднесла девушке, взявшей его в руку, и смотревшей на гостей. Те тоже замерли и переглядывались, замялись, никто не нал что сказать, наконец, Катвар поднял питье вверх: