Мертвое озеро.

6.

6.

В избе было чисто убрано, печь отбелена, а на полу, откуда-то появились цветные половики. На лавке сидел худой, безбородый человек, в красной рясе и, периодически, заглядывая за сундук, спорил с обиженным голосом хохлика.

- Ты не прав, бес. И я это тебе легко доказал бы, если бы хотел. Но, тебе же известно, что я должен уничтожить тебя.

- Ну известно, чего тянешь тогда? Делай, пока хозяин не вернулся. Так и знал, что он с вашими снюхался, никому верить нельзя.

- И тут ты не прав, «Орден» с колдунами дружбы не водит. Все давно в монастырских тюрьмах сидят, а самые ярые – в земле.

- Так ты и меня в землю уложишь, краснорясый? - Спросил Хельг.

- Тебя, пока, не велено, не поворачиваясь ответил монах. Но келья твоя, в дальней башне - свободна, ждет тебя.

Хохлик, за сундуком, пискнул и замолк. Хозяин дома притворил дверь, поставил корзину в угол и подошел к окну.

- Один пришёл? - Спросил он, выглядывая на двор.

- Один, один. Не тревожься.

Краснорясый встал и подошел к Хельгу, росту в нем было едва- едва по плечо обычному человеку. Хворая худоба и бледно – серые, впалые глаза делали его облик совсем беспомощным. Но обманываться внешностью монаха «Святого Ордена» было большой ошибкой, коих даже деревенские дурачки давно не совершали. Мужчины резко обнялись.

- Здравствуй, Олег. Сколько лет сколько зим.

- Здравствуй, брат. С позапрошлых святок не виделись.

- Как ты? По здорову ли? – Монах поморщился и не стал отвечать. За сундуком заметно оживились и расслаблено выдохнули.

- У тебя есть нечего, - сказал хохлик вылезая из сена.

- В сарай сходи, там ледник в подполе. Собери на стол. Только не долго. Не светись на дворе. Бес шустро юркнул в дверь через мгновение загрохотал крышкой погреба.

- Ты никак не успокоишься, а если с проверкой не меня пришлют?

- Отбрешусь как-то, не тревожься. Если что – схороню.

- А чего сегодня не схоронил?

- Ночь не задалась, местные бузят. Уже и на меня руку поднять ума хватило.

Монах посмотрел на его разбитую голову и стал доставать порошки из своей сумы.

- Иди на двор, умойся. Я снадобье, пока, сготовлю.

Прихватив рушник, он вышел на двор, на встречу уже бежал нагруженный снедью бес.

- Посторонись – пискнул тот протискиваясь в избу.

Хельг подошел к бочке, снял бахтерец и рубаху, и стал обливаться, фыркая и отплевываясь.

Вытерся насухо и немного постоял, вдыхая осенний воздух. Совсем скоро зима. Будет спокойнее, нечисть зиму не любит. У деревенских есть сказка о том, как однажды под Рождество черт луну скрал, а местный кузнец наказал охальника. Он усмехнулся и представил себе, как нечисть светило с неба тащит. Такой балаган дорогого стоит. А вот кузнец этот, в их деле был бы полезен.

В доме кипела работа. Бес метался от печи к столу, расставляя плошки и раскладывая еду. А монах смешивал в горшочке какую-то мазь на травах и рассказывал ему байку, про попа, который не хотел платить своему работнику положенное, а тот, в отместку, натравил на него местных чертей. Мелкий покатывался со смеху, на ходу роняя всё из рук.

- И чем всё кончилось? - Спросил Хельг с порога.

- А кончилось всё печально, у старика ум вышибло, а работника того в яму посадили, чтобы с нечистью не якшался. Садись голову врачевать будем.

Хохлик, подавившись смехом, стал тих и серьёзен. Он хорошо знал, чем кончаются встречи с «Орденом». Накрыв на стол, бесёныш ушел в угол и начал с аппетитом поедать свою порцию. Закончив с головой Хельга, мужчины сели за стол.