Мертвые говорят молча

Глава 14

Вероника увидела свой автобус, когда до остановки оставалось двадцать метров. Девушка, что есть мочи, припустила к нему навстречу и, запыхавшись, зашла внутрь. Не успела она как следует оглядеться и заплатить за проезд, как услышала, что её окликнули. Оглянувшись, Ника увидела Симонова Юру, рядом с которым было свободное место.

Ника поздоровалась и села рядом. Ещё не отдышавшись, девушка поинтересовалась, что он делал в городе. Юра спокойно рассказал, что приезжал в Ярославль, чтобы устроиться на работу. Сидеть и ждать, когда Грач разрешит приступить к занятиям с лучниками, не было смысла, потому что убийцу ещё не нашли, да если и найдут, то он ни за что не станет брать в руки арбалет, из которого застрелили Катю.

— И чем ты теперь будешь заниматься? — участливо спросила Вероника.

— Вставлять окна, — ответил он с усмешкой. — Только контора «Окна и двери» дала добро на моё трудоустройство. Но это всё равно лучше, чем сидеть дома на шее у матери. Она до сих пор не может прийти в себя после случившегося. Я, кстати, заходил к следователю Лопахину. Он сказал, что пока ничем не может порадовать. Я несколько раз ловил себя на мысли, что человек, не оставивший никаких следов на месте преступления, должен был тщательно готовиться к нему и следить за Катей. Ты не знаешь, говорила ли Катерина, что за ней кто-то следил в последнее время?

Вероника, услушав Юрино предположение, настолько опешила от дерзкой наглости предполагаемого преступника, что даже ничего не могла ответить. Она только отрицательно помотала головой.

«Если за Катей действительно кто-то следил, то она наверняка написала об этом в своём дневнике», — подумала девушка, крепко прижимая к себе рюкзак с драгоценной тетрадью.

Когда они приехали в Элитный, Юрий взял Веронику за локоть и сказал:

— Слушай, приходи через час на наше место на берегу. С тобой даже молчать интересно. Придёшь?

Ника растерянно кивнула и, не прощаясь, направилась в сторону дома. Подойдя к калитке, она увидела маму, возвращающуюся с работы.

— Доча, это ты только сейчас из города вернулась? — удивилась Наталья. — А я не звоню, думаю, ты отдыхаешь после экзамена. Ну что там у Катюшки? Сильно залили?

— Я взяла с собой акт осмотра, который составила техник. Там всё чуть ли не в сантиметрах расписано. А так, конечно, ужас. Потолок и обои пострадали больше всего. Когда просохнет пол, там видно будет что с ним делать. Пока непонятно, отклеился линолеум или нет.

— Так ты же голодная была весь день, — вдруг всполошилась Наталья. — Пойдём, буду тебя кормить.

Пока мама разогревала ужин, Вероника поднялась к себе и, закрыв дверь, достала из рюкзака дневник.

Даже здесь Катерина превзошла всех. Записи в дневнике были сделаны аккуратным учительским почерком, кое где были вклеены вырезки из местных газет. Ника остановилась на одной из них и прочитала: «Педагогическое мастерство Екатерины Геннадьевны Масленниковой невозможно оценить разрядами и квалификациями. Таких педагогов просто называют — Учитель с большой буквы. Ведь талантливый человек — талантлив во всём. Одарённый педагог, творческая натура, заботливая дочь, интересный друг, замечательная хозяйка — таковым, по словам коллег, будет полный портрет этого учителя, с которым им посчастливилось работать».

Ника слегка поморщилась от приторных слов и перевернула страницу. Там лежала фотография, наверное, с какой-то педагогической конференции, потому что Катя стояла на трибуне и что-то говорила.

Она настолько увлеклась просмотром тетради, что не слышала, как мама несколько раз звала её ужинать.

Когда Вероника открыла последнюю запись, она не удержалась и прочитала то, что там было написано.

∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞ ∞

30 апреля, пятница

Сегодня я решила поехать в посёлок. Михаил на майские праздники уезжает к родственникам и сообщать эту новость по телефону было бы оскорбительно для нашего будущего малыша.

Поэтому я подожду. Впереди у меня целых восемь месяцев ожидания. Ожидания моего счастья!

Не знаю, говорить ли Юрке про мою тайну. Ведь кроме меня об этом пока никто не знает. Юра хороший человек, но для меня он так и остался ребёнком.

С Михаилом же всё по-другому. Я чувствую в нём огромную силу и с каждым днём влюбляюсь всё больше и больше. Жаль его жену. Но я уверена, что Миша не оставит без средств своего старшего сына.

Интересно я написала, будто, знаю, что у нас с Михаилом тоже родится сын. А мне всё-таки хотелось бы дочку. Вероятно, я так привыкла водиться с маленькой Вероникой, что даже не представляю, что делать с маленьким «мужчиной».

Как хорошо, что кто-то сверху распорядился и изменил мою жизнь. Я жутко устала.

Мне нравится моя работа, но постоянно доказывать свою уникальность — это утомительно. А видеть завистливые глаза коллег, которые говорят одно, а думают другое, это очень неприятно.

Если бы не Миша, меня давно бы, наверно, задвинули и не дали бы даже слова сказать в своё оправдание. (Что-то я себя совсем обесценила, даже жалко стало. Хорошо, что об этом самоедстве никто не знает).

Ну всё! Надо бежать на автобус. Потом напишу, как отнёсся к нашему расставанию Юра, и как отреагировал на мою новость будущий отец.

Запись заканчивалась рисунком, сделанным ручкой. Слева была рожица весёлого мальчугана с торчащими вихрами, а справа — девочки с бантиками в косичках. Посредине стоял жирный вопросительный знак.

Прочитав откровения сестры, Вероника перестала на некоторое время дышать. «Кто такой Михаил? — первое что пришло ей ум. — Значит, сестра знала, что беременна и, судя по записи, собиралась замуж за женатого мужчину».

В это время Наталья, уставшая звать дочку, поднялась на второй этаж и постучалась в её комнату. Вероника быстро спрятала дневник под подушку и пошла ужинать.

Она рассеянно ела «макароны по-флотски» и даже забывала откусывать от малосольного огурчика, которые очень любила. Мать заметила изменившееся настроение Ники и поинтересовалась, не поссорилась ли она с Кириллом. Увидев безразличие в её глазах, она посетовала, что зря дочка бросается такими кавалерами, потому что по юноше видно, что он из интеллигентной семьи.