Мёртвые воды Ангары

Глава 9. Расплата

Холод обрушился на Данила, когда он выбрался из «Волги». Его ноги проваливались в черную жижу, которая с каждым шагом затягивала глубже. Жабры на шее судорожно раскрывались, но вместо воздуха в них проникал едкий туман, пахнущий гнилыми водорослями.

Маргарита оставалась в машине, ее пальцы сжали странную находку – старую царскую монету 1927 года с выгравированным знаком, похожим на волны Ангары.

– Возьми! – крикнула она, швыряя монету в сторону фигуры в плаще.

Тот поймал ее клешней. Под железным ковшом, скрывавшим лицо, раздался скрипучий смех.

– Мало… – прошипело существо. – Разве не знаешь? За душу нужно платить душой.

Мост из костей задрожал. Цепи заскрипели, звенья начали рассыпаться, превращаясь в фаланги пальцев. Внезапно ковш упал – под ним оказалось лицо… Маргариты. Но не ее. Глаза были черными, как глубины реки, а изо рта капала черная вода.

– Ты могла бы стать нашей королевой, – сказало существо ее голосом, но с сотней других оттенков. – Но выбрала предательство.

В этот момент Данил рванулся вперед. Его рука с кинжалом описала дугу, но существо лишь рассмеялось.

– Разве не понимаешь? – оно развело руками, и плащ распахнулся, открывая тело, сотканное из речных угрей и ржавых рыболовных крючков. – Ты уже наш.

Мост рухнул. Они падали в черноту, а последнее, что услышала Маргарита, был голос, смешавшийся с ревом воды:

– Выбор был сделан…

Их поглотила тьма.

Маргарита ожидала удара о воду, но приземлилась на что–то твёрдое и скользкое. Вокруг пахло плесенью, воском и мокрым камнем.

Они были в церкви. Затопленной, с перекошенными иконами, куполом, из которого свисали сотни рыбацких сетей с запутавшимися костями. Алтарь представлял собой огромную топляковую корягу, обмотанную цепями.

Данил поднялся, кашляя чёрной водой. Его жабры жадно раскрылись –воздух здесь был густым, но свежим и лёгким.

– Смотри, – хрипло прошептал он, указывая на стены.

Фрески оживали. Лера, стоящая по пояс в воде с короной из щупалец. Артём с жабрами, ведущий за собой вереницу утопленников. Они сами – Данил и Маргарита, лежащие на дне с открытыми ртами.

– Это не будущее, – раздался голос Леры из темноты. – Это то, что уже было.

Из–за алтаря показалась тень. Прадед. Но теперь он был прозрачным, как медуза.

Маргарита стояла перед чёрной гладью подземного озера. Вода была настолько неподвижна, что казалась зеркалом.

– Посмотри, – прошептал прадед. Она наклонилась ближе. Её отражение улыбнулось и изменилось. Теперь в глубине стояла девочка в белом платье с пустыми глазницами, заполненными чёрной водой.

– Это... я? – Маргарита отпрянула.

Отражение моргнуло, но на секунду позже, чем сама Маргарита.

– Разве ты не помнишь, как тонула? – прошептало Оно её голосом, и тогда она увидела – в глубине зрачков у девочки плавали крошечные рыбки, точь–в–точь как те, что её прадед ловил в детстве.

Прадед медленно снял маску. Под ней не было лица – только водоворот чёрной воды, в котором мелькали детские руки, рыбьи чешуйки и её собственные глаза.

– Ты всегда была частью реки, внучка. Я нашёл тебя на берегу в тот день. Ты была пустой, как кувшин… и река наполнила тебя.

Маргарита почувствовала, как воспоминание врезается в сознание. 1941 год. Ночь. Прадед бросает что–то маленькое и белое в воду. Утром – она, «чудом спасшаяся», с пустой головой и странными снами.

– Ты... украл меня, – её голос дрожал. – Украл и подменил.

Прадед заколебался, как отражение в воде.

– Я дал тебе жизнь. А теперь река хочет забрать своё назад.

За его спиной появилась Лера – но уже не человек, не монстр. Нечто третье.

– Выбор за тобой, –сказала она. – Остаться человеком или вспомнить, кто ты на самом деле.

Маргарита посмотрела на Данила, медленно превращающегося в нечто иное, на кинжал в своей руке, на озеро, где её истинное «я» протягивало к ней руки.

Решение нужно было принять сейчас.