Мертвые земли. Хроники волшебного мира

Глава 1

Открываю глаза, тело ломит, будто всю ночь таскала мешки с мукой.

Солнце едва тронуло макушку Большого холма, роняя золотые лучи на ржаное поле. Сонно потягиваюсь, пора вставать. Вздыхаю и наконец усаживаюсь на постели.

Выпускать пуховое одеяло из пальцев не хочется, но время позднее, а дел много. Сползаю с кровати. Пол ледяной. А плечо ноет после вчерашней тренировки. Я могла бы остаться. Выдумать, что приболела. Зарыться в одеяло и украсть у этого дня еще хоть пару часов сна, но тогда Вив придется улыбаться не тем людям на одну смену больше.

К черту все. Следует собираться в кузницу.

Осень законно и полноправно вступает в права, высасывая тепло из стен. Подернув плечами, пытаюсь прогнать неприятные мурашки. Делаю пару шагов, стараясь ступать по «правильным» доскам, чтобы никого не разбудить скрипом тлеющего от времени дерева.

Моя «комната» располагается на втором этаже. В реальности это просто чердак, поросший паутиной и мхом в углах оконной рамы, промерзающий с наступлением холодов, пахнущий сыростью, точно подвал.

Всюду множество древних вещей – они уже пылились тут, когда мы с Виви приехали. Сестре, кстати говоря, повезло больше.

Ее комната когда-то была подобием гардеробной. Но после приезда все вещи оттуда выгребли. Теперь стены там выкрашены в нежно-розовый, а на резной кровати расставлена сотня пудровых подушек. Аромат можжевельника от дерева мебели и целая полка с фарфоровыми пышноволосыми куклами, которые мама дарила Вив каждый день рождения. Тусклый свет единственной теплой лампы на потолке и лампады, что бабушка иногда зажигает, ставя на небольшую тумбу, где всегда лежит сказка про прекрасного принца и принцессу.

Виви перечитала ее не меньше тысячи раз. И иногда я думаю, что она выучила каждое предложение, каждое слово, написанное в старенькой книжонке.

Пальцы касаются холодного замка, распахивая сундук с потертыми джинсами, футболками и кофтами.

Я никогда не завидовала сестре. Да, пусть ее комната чуть лучше, но везде свои плюсы. У меня чуть больше свободного места, и игрушки тоже имеются. Точнее, игрушка – тоже кукла, что вручили на мое пятилетие. Черноволосая красавица с изумрудными глазами. Только она не улыбается, как все куклы Вив. Платье из струящегося шелка, длинный подол и широкие рукава цвета дождливой ночи украшают черные сапфиры.

Пусть моя кровать – дырявый матрас с торчащими пружинами, прикрытыми парой поеденных молью простыней и одеялом с ромашками, я никогда не жаловалась. Лампадка у меня тоже есть, я зажигаю ее сама, и стоит она на полу.

Книга с того базара и мне досталась. Сборник рассказов и историй про фей и фейри «Тайны дождливого леса» оказался под елкой одним рождественским утром.

Очень дорогой подарок, когда денег в семье и без того не водится.

Несмотря на всю любовь к картинкам и сказкам на этих страницах, я множество раз предлагала продать книгу, но бабушка уверяла: беспокоиться не стоит.

Слова бабули, пускай и такие искренние, не сняли чувства вины и долга. Совесть мучила, так что уже в десять лет я начать работать. Кем? Неважно. Главное – помочь.

Пусть Вив – старшая, но только на бумаге. В реальности все иначе. Ее никогда не касались настоящие проблемы. Не потому что их нет – просто они каким-то образом всегда проходят мимо нее.

Пара смен в трактире, улыбки, чужая симпатия – этого хватало, чтобы ее любили. Но не чтобы платить по счетам.

Платить приходится мне и бабуле.

Отбрасываю вспыхнувшее внутри раздражение вместе с капюшоном натянутой поверх рубахи кофты: и без этой дури тошно. Выхожу из комнаты, подавляя желание хорошенько хлопнуть дверью.

Пока Вив мечтает о принцах, балах и замках – о чем-то красивом, легком, чужом, – я не мечтаю ни о чем. Ни о спасении. Ни о любви. Я не мечтаю даже о другой жизни. Потому что на это нет ни времени, ни права.

Только считаю дни до следующей недели. Сколько нужно отработать. Сколько еще выдержу, прежде чем сломаюсь под гнетом взваленных на свои плечи обязанностей.

Однажды я позволила себе задуматься – всего на мгновенье – а что, если бы я тоже верила в принцев? Но мысль тут же отправилась в топку. Кто-то должен держать все на плаву. И уж лучше это буду я.

Заливаю тарелку с хлопьями молоком. Похоже, все и правда еще дремлют. Даже бабуля, которая привыкла вставать раньше, чтобы приготовить завтрак к нашему с сестрой пробуждению.

Отправляю ложку в рот, едва ли задумываясь о вкусе. Взгляд скользит по коробке – самые обычные, дешевые. Вив больше любит шоколадные, но их бабуля покупает совсем редко.

Поднимаюсь из-за стола. И плетусь к раковине. Почему я вообще выбрала кузницу?

Небольшой городок в Кентукки – место, где эпоху определить кажется почти невозможно: до того тесно переплетаются старые ремесла с изобретениями вроде телевизора или электричества.

Вариантов профессий в этом забытом богом месте немного – так было шесть лет назад, так остается и по сей день. После долгих поисков взять меня согласились лишь в кузнице – местный мастер, старый дядюшка Гия.

Я стала подмастерьем – носила воду, подавала инструменты, прибиралась, занималась розжигом и топкой горна. Платили мало, но лучше, чем ничего. С самого утра и до позднего вечера маленькая Эбигейл ежедневно наблюдала за изготовлением мечей и клинков (лучших в округе). Они славились прочностью и красотой.