Мертвые земли. Хроники волшебного мира

Глава 11

Дни складывались в недели, недели – в месяцы. Так прошло два года. Рождественские скорлупки никуда не исчезли, как не исчезла с запястья и лунная нить.

Я ходила в школу, работала в кузнице, но так и не выбросила из головы Земли. Возможно ли это, когда каждое полнолуние на руке светится их крошечная часть?

Постепенно случившееся начало блекнуть в свете насущного, все больше походя на одно из моих странных сновидений.

О Землях я не рассказала никому. Не думаю, что кто-то готов поверить в мою безумную историю про фейри и Двор Ночи.

Частенько вспоминаю Альва, глядя на большой шрам на боку в зеркало ванной, глядя на рассеченную грудь, вспоминаю лицо упивающегося моей болью короля. И его сурового рыцаря.

Кроме шрамов, у меня нет ничего. Они – единственное доказательство моей истории.

Что насчет ответов? К разгадкам я так и не приблизилась. Бездействие, скрытое деятельностью. А ведь мне нужно совсем не это. Нет, не так. Сейчас мне нужно совсем не это.

Чувствую, что время сочится сквозь пальцы, а я не успеваю ловить падающие песчинки. Не поспеваю исполнить желанное. А, быть может, и исполнять нечего – я попросту выдумала сказку, оживила ее, прокручивая замыленный до дыр сюжет в голове.

И то, и другое скверно.

На мне вчерашняя одежда, плетусь в душ, чтобы освежиться, и наконец сбросить ее. Умываю лицо прохладной водой, смываю ежевичный гель для душа. Укутываюсь в мягкое махровое полотенце. Поднимаюсь к себе на чердак и накидываю первое попавшееся – черные джинсы и синюю выцветшую футболку с логотипом Старбакса. Пальцами расчесываю спутанные волосы, подходя к окну. Крупные хлопья падают с затянутого хмурыми облаками неба и бесследно исчезают, стоит лишь коснуться земли.

Включаю кофеварку и терпеливо постукиваю пальцами по столешнице, выжидая, пока машина выплюнет последние капли животворящего напитка.

– Куда это ты так рано, – оборачиваюсь на звук, разрывая над чашкой пакетик сахара. Вижу Вив впервые за последние…за последнюю неделю?

Сестра облокачивается на дверной проем, скрестив руки на груди. Стоит в своей ночной рубашке в клеточку и зевает, сонно наблюдая за моими движениями.

Непонимающе поднимаю бровь. Как это, куда я так рано?

– Сегодня суббота. Юху, – изображая радость, сестра издевательски хлопает в ладоши.

Судьбы. Точно. Надо завести маленький календарик и носить его с собой, ну или хотя бы зарядить мобильник. Пора вернуться в реальность, и перестать витать в облаках.

– Хочу сходить в кузницу. Вчера совсем не было времени, – браво, Эбигейл, как профессионально ты выкрутилась из этой неловкой ситуации.

Вив, хмыкает, недоверчиво щурясь, но я знаю, как ее отвлечь:

– Я сварила кофе на всех. Всех, кто входит в кухню с нормальной физиономией.

Сестра закатывает глаза, но на уловку ведется: достает с полки кружку и наливает себе порцию.

– В следующий раз придумай что-нибудь получше, – Вив усаживается за стол и бросает косой взгляд на мои руки.

Она про кузницу, но от колючего взгляда хочется поскорее спрятать шрамы рукавами. Я не знаю, слышала ли Вив, как я лгала бабушке, что полезла собирать ежевику в лесу и оцарапалась о кусты. Но про кузницу я сказала правду. Почти. Я действительно собиралась зайти к дядюшке, только не сейчас.

Опрокидываю кружку с кофе залпом и поднимаюсь с места: компания сестры не доставляет удовольствия, особенно утром.

– В восемнадцать пора бы научиться. – Летит в спину, но я больше не оборачиваюсь.

К черту. Я не знаю, что ей сделала. Но, кажется, расплачиваюсь за это всю жизнь.

Недавно я и правда отметила восемнадцатилетие, собравшись вместе с Итаном в парке и съев по паре пирожных из пекарни, что рядом со школой. Пожалуй, это был лучший день рождения за последний десяток лет.

Мы с Итаном успели сдружиться. Я помогаю ему с домашними работами и терпеливо выслушиваю сотню историй, иногда повторяющихся по второму кругу, а он, похоже, не против моей немногословности и язвительности.

Раздражения. Усталости. Неидеальности. И это подкупает. Жаль, дома не так.

Пойду в кузницу прямо сейчас, как и наплела Вив, иначе взорвусь. Уверена, Гия уже там, мастерит очередной смертельно красивый меч. И уж он то поможет выпустить пар.

Конец октября. Снова осень. Как тогда, когда я провалилась в яму и попала на волшебное празднество.

«Хватит, Эбигейл», – одергиваю себя, с силой распахиваю дверь. Злит. Меня злит мысль, что все это в прошлом, что все это закончилось. И теперь я обречена проживать разные дни, но абсолютно одинаково, как тот автобус, подбрасывающий меня до школы, уже много лет работает по одному и тому же расписанию, пожелтевшему от времени и покрытому сотней объявлений.

Вдалеке виднеется крыша кузницы. На улице особенно пахнет гнилью, опавшие листья почернели и истлели от капризной погоды.

Трижды стучу в дверь и терпеливо жду, пока мне откроют.

– Кого занесло? – Гия открывает, смиряя мрачным взглядом. – Ах, Эби, чего же ты так рано? Проходи скорей, замерзнешь.