Мертвые земли. Хроники волшебного мира

Глава 15

В комнату возвращаюсь глубокой ночью: нужно вздремнуть хоть пару часов перед дорогой. Выдвигаться же решено ранним утром, чтобы не встречать пытливые взгляды жителей Благого Двора.

Теперь на мне нет безупречного платья и маски, скрывающей черты лица. В старой одежде кровавая таинственная дама, рассекающая белый бал своим дерзким нарядом, превратилась в Эбигейл. В Эби. Но магия все еще не рассеялась. Должно быть, флер будет преследовать меня, пока его не снимут.

У Волшебного народа с этим проблем нет. Захотел – изменил внешность, а как надоест – сбросил подобно пиджаку, и дело с концом. Думаю, небольшая маскировка сейчас даже на руку, разберусь с ее устранением позже.

Стоит солнцу проснуться, и веселье утихает. Я уже говорила, что в Мертвых землях другие порядки. Вот и сейчас, одевшись в свои потрепанные вещи, захватив спрятанный меч, любезно принесенную прислугой карту, и выскользнув из покоев, то и дело натыкаюсь на спящих и пьяных гостей.

Крошечные спрайты с перепончатыми крылышками, похожие на яркие цветы в своих забавных шляпках, дремлют тут и там, уцепившись пальцами-веточками за канделябры, развалившись на столах рядом с опустошенными блюдами. Эльфы, лежащие на холодном каменном полу, усложняют путь, раскинув свои худощавые руки. Некоторые до сих пор крепко прижимают к себе допитые бутылки из-под вина.

Крадусь по длинным коридорам в легком полумраке. Впервые чувствую такую глубокую тишину.

Путь к центральному входу я выучила прекрасно, чего не скажешь об остальных залах, в которых мне так и не посчастливилось побывать. Высоченная дверь открывается в тронный зал. Через него проходит каждый, попадающий во дворец. Подобно парадной огромное помещение встречает подданных и просителей.

Сейчас «приемная» пустует. Трон одиноко возвышается на пьедестале без своего хозяина, свечи в люстрах и канделябрах больше не горят, словно спящие гости потушили их своим размеренным дыханием. Скатерть кое-где украшают пятна пролитых напитков, а на полу валяются виноградины и другие ягоды.

Только покинув дворец, решаю рассмотреть небольшой клочок ткани с выведенной черной тушью картой.

Дорога предстоит небыстрая: преодолеть лес, озеро Заблудшего и пройти мимо Вороньей горы. За ней, как гласит карта, покажется дворец Неблагого Дворца.

Рядом с замком находится конюшня – в этом тоже помогает карта. И правда, пара поворотов и передо мной небольшая деревянная постройка с резными дверцами, откуда доносится громкое ржание.

Отправляться в непредсказуемое путешествие пешком – ужасная затея. На лошади можно добраться до воды. К тому же, кто знает, как много времени Шарон решит выделить на мою миссию. Надеюсь, исчезновение одного жеребца не расстроит Его Величество.

Распахиваю скрипучие дверцы, касаясь пальцами гладких завитков. Под ногами шелестит сено, помещение освещают лампы со светлячками. Теплые бегающие огоньки падают на шелковистые гривы десятка лошадей, беспрестанно копошащихся в сухой траве и бьющих копытами о землю. Медленно прохожу в глубь, осматривая каждую из буйных голов.

В углу замечаю вороного коня, спокойно пьющего воду из небольшого деревянного бочонка. Блестящая шерсть переливается даже в тусклом свете, длинная грива спадает, едва касаясь воды.

Аккуратно подбираюсь ближе, словно боясь напугать животное. Заслышав шаги, конь резко поднимает голову, раздраженно фыркнув. Большие черные, как смоль, глаза осматривают меня.

Ограда, отделяющая от скакуна, с каждой секундой становится менее надежной. Животное не отрывается от меня, не желает вернуться к своему безмятежному занятию. Медленно протягиваю руку в сторону жарко дышащего коня. Тот, едва заметив движение, отступает, трясет головой из стороны в сторону. Не сдаюсь, подхожу еще ближе.

– Ну же, не упрямься, – зачем-то говорю вслух, надеясь на понимание. И это срабатывает. Животное перестает пятиться. Осторожно поворачиваю стальную задвижку, открываю дверцу.

Седло висит рядом с вальтрапом и оголовьем на крючке, прибитом к стене. Мягкая кожа, а крылья украшает золотая роспись. Стремена из черненого металла кажутся только что начищенными.

Сбрасываю увесистую экипировку и с большим усилием надеваю на коня, попутно пытаясь понять, как затягивать все эти ремешки. Время от времени расшатываю седло из стороны в сторону под насмешливое ржание, чтобы проверить надежность конструкции. Громко хмыкнув после очередного раза, возмущенно смотрю на животное:

– Сам бы попробовал, – недовольно бросаю, складывая руки на груди.

В нашем мире, если у тебя, конечно, нет фермы и личного коня, верховая езда и все, что к ней прилагается, – вещь редкая. Раньше мне не доводилось одевать лошадь в амуницию, да и каталась я всего пару раз, поэтому, что говорить о навыках.

Но однажды мне удалось побывать на ежегодном Зимнем конном фестивале в Веллингтоне. Пришлось проехать больше восемьсот шестьдесят миль в душном салоне машины, чтобы из Кентукки добраться до Флориды.

Покончив наконец с экипировкой, вскарабкиваюсь на высокого жеребца, про себя молясь, чтобы животное не сорвалось с места или не сбросило меня. Облегченно вздыхаю, когда оказываюсь в седле. Беру поводья и аккуратно бью ногами по бокам скакуна. На удивление, тот послушно двигается к выходу, иногда пожевывая железную перекладину во рту.