Мертвые земли. Хроники волшебного мира

Глава 18

Арнольд, которого я встречаю прямо на полу, совершенно не смущенный ситуацией, сообщает, что Кассиан незамедлительно ожидает меня в ледяной комнате. На вопрос, что за ледяная комната такая, прислужник ничего не отвечает, лишь раздраженно выдыхает и покидает покои. По другую сторону приоткрытой двери раздается привычно бурчащее, но бескомпромиссное:

– Я вас проведу.

– Нет, – отвечаю я Арнольду в той же манере.

Я не хочу видеть лицо Кассиана, оно отвратительно в своем идеальном величии. Он весь отвратителен, как и его дружки.

– Он предвидел это, мисс, – так же из-за двери произносит прислужник бесстрастно. – Не заставляйте звать Браску, чтобы он волок вас силой.

Возможно, стоило бы попытать удачу своим упрямством, но что-то внутри подсказывает, что я проиграю, так что, обреченно вздохнув и бросив в адрес Кассиана несколько проклятий, все же сдаюсь:

– Дай мне пять минут.

Ответа не следует, но я знаю: Арнольд наверняка все еще ждет по ту сторону.

– Гнусные отродья, – шепчу, взболтнув перед лицом банку со снотворным и вспоминая свой недавний план.

Собираюсь с духом и надеваю первое, что попадается в волшебном шкафу. Перевязываю руку еще одним отрезанным куском от платья, которое все равно уже безвозвратно испорчено. Ловко прячу бутылек в декольте и, отряхнув одежду от невидимых соринок, покидаю спальню.

Мы с Арнольдом, минуя второй этаж и вестибюль первого этажа, спускаемся по витой лестнице, наподобие той, что ведет на кухню, еще ниже под землю.

Земляной пол, земляные стены с палками-факелами, пахнущими смолой. Запах ее смешивается с вонью сырости. Где-то вдалеке раздается монотонный звук ударов металла о металл.

Безропотное повиновение Кассиану разжигает в груди болезненную злобу. Я веду себя как бесхребетная. Даже после вчерашнего вечера. Как бы безрассудно не хотелось перечить этому жестокому мерзавцу, сейчас с каждым шагом сердце в груди бьется все быстрее, а шаги становятся все медленнее.

Истошный крик заставляет остановиться, когда мы проходим череду камер с толстыми железными прутьями, от которых Арнольд старается держаться подальше. Те самые камеры, в которых я представляла свое заточение после того, как проникла во дворец.

В конце тоннеля – массивная дверь с маленькой прямоугольной прорезью для глаз.

Повернув голову, вижу за решетками, в одной из камер, сидящего на кушетке старика в изодранной грязной одежде, босого. Свесив голову, он неподвижно смотрит куда-то в землю, а рукой, закованной в цепь, не переставая бьет по стене камеры. Звенья сталкиваются, порождая тот самый звук молотка о наковальню. Седая отросшая борода старика спуталась, а кожа приобрела болезненный оттенок плесени. Он не выглядит живым. Сглатываю и отхожу дальше от камеры.

Ослепляющий белый свет обливает две фигуры, когда после короткого стука в дверь мы с Арнольдом входим в таинственную комнату. В одном из силуэтов я сразу узнаю Кассиана.

Ледяная комната и впрямь оказалась ледяной – морозильная камера, где все вырезано изо льда.

– Повторю вопрос, – не повышая голоса, ровно произнес Кассиан, выдыхая клубы пара. – что вышибала Шарона забыл на моей территории?

Король собственноручно пытает своих пленных.

Стоящий на коленях незнакомец устало поднимает голову. Кассиан грубым движением обвивает пальцами подбородок несчастного.

– Я обязан был выполнять приказ, Ваше Величество.

– На твоем месте стоило бы дважды подумать, где умирать мучительнее. Я отпущу тебя лишь для того, чтобы ты передал папаше: если здесь поймают еще хотя бы одного подосланного, я лично начну разбирать этих солдатиков на детали и по одной отсылать обратно.

Вышибала нервно сглатывает и, словно не веря своему счастью, переводит взгляд на мрачное лицо нависающего над ним короля, как заведенный мотая головой вверх-вниз, чтобы показать, что усвоил все.

Стоит Кассиану едва заметно взмахнуть рукой и два привратника, смиренно ожидающие в тени, тут же хватают пленника под руки и поднимают, словно мешок с картошкой. Вышибалу волокут в полной тишине. Как наверняка волокли бы и меня за неповиновение.

Не произношу ни слова, ожидаю, пока Кассиан уделит внимание и мне. Тошнотворное ощущение минувшего давит сейчас так же сильно, как взгляд обернувшегося фейри. Кажется, теперь тело коченеет совсем не от стужи. Но гордость не позволяет отшатнуться, так что поднимаю подбородок выше. Надеюсь, я не стану следующей в жуткой очереди на эшафот.

Я смотрю на багровую лужицу на полу. На Кассиана, который только что пытал вышибалу, а теперь устало трет переносицу. И не знаю, что хуже: его жестокость или усталость от нее.

Поправляю подол платья, словно желая прикрыть синяки на коленях и трепещущий страх, который отдается в ушах приглушенным стуком, убираю руки за спину.

Холодные пепельные очи поблескивают, Кассиан продолжает буравить меня взглядом, а потом вновь взмахивает рукой, бросив громкое:

– Хочу выпить. Арнольд, подай мою флягу. Нечего стоять без дела.

Прислужник тут же вытаскивает фляжку из-за пазухи, словно заранее знал о прихоти фейри.