Мертвые земли. Хроники волшебного мира

Глава 31

– Как только мы войдем во дворец, ты должна раствориться, Эбигейл. Стань призраком.

То, с каким спокойствием Кассиан держится сейчас и с какой легкой руки раздает указания, приводит меня в нервное расстройство.

Но куда больше страшит, что Шарон узнает меня. И капкан захлопнется.

– Объясни мне, что происходит, – времени на отпирательства у Кассиана больше нет. Я требую, компромисс невозможен.

Совсем недавно нам пришлось сменить одежду в каких-то кустах, а теперь Его уверенное Величество предлагает прогуляться, пока он продолжит готовить какую-то гадость. Именно гадость, потому что ничем хорошим в плане Кассиана и не пахнет.

Фейри, на свое счастье, отвечает сразу:

– Ты станешь моими глазами и ушами. Не лезь на рожон: просто слушай, смотри и будь паинькой.

Паинькой. Наперекор вспыхнувшему негодованию лишь ускоряю шаг. А Кассиану не говорю ни слова. Стоило бы припомнить фейри выходку в таверне, чтобы помалкивал. Он не желает вводить меня в курс дела даже сейчас, когда по меркам ситуации это оказалось бы опозданием.

Возле высоких белых дверей гостей встречает рыцарь. Стоит неподвижно, сложив одну руку на потёртые серебристые ножны. Когда мы подходим ближе, могу разобрать черты его лица: бронзовая кожа, маленькие карие лукавые глаза, которые кажутся совсем крошечными в полумраке.

– Мы прибыли на аудиенцию с королём Светлого Двора. Лорд Ночи желает сообщить важные новости, – Кассиан говорит уверенно, будто успел отрепетировать вступительную речь. Однако уступить дорогу рыцарь не торопится.

– Приём назначен после празднества, – грубо и безучастно отвечает он.

Этого достаточно, чтобы едва заметно подорвать невозмутимость Кассиана. И, если Судьбы дарят мне возможность вдоволь позлорадствовать, то это чертовски неподходящий момент.

Нужно что-то делать, пока колебание Кассиана не заметил кто-то ещё. Даже одна осечка может дорого стоить нам обоим.

– Верно. Об этом мы прекрасно осведомлены. Ваш король любезно позволил нам посетить пиршество. Посла должны принимать с распростертыми объятиями.

Сегодня мы с невероятно раздражающим и, по его собственному мнению, самодостаточным фейри в одной упряжке. Я не дам ему попасться. План не должен провалиться на старте. Не для того мы так долго шли.

– Я всё ещё помню, что мы – какая-никакая команда, – тихо шепчу Кассиану, замечая косой взгляд. – Но если я умру сегодня, ты не сможешь отблагодарить меня.

«А ты не сможешь предать его. Как не сможешь признать, что не желаешь этого».

– Даже если кто-то умрет, я обещаю: это будешь не ты, – также шепотом отвечает Кассиан. Но слова его не даруют спокойствия.

– В таком случае мне нужно уточнить, – начинает было стражник, все еще глядя на нас и висящий у меня на поясе меч с ноткой недоверия.

Но закончить он не успевает: Кассиан резким движением ударяет его в переносицу. Стражник несколько секунд, пошатываясь, смотрит на нас туманными глазами, а затем с грохотом падает. Фейри лишь тяжело вздыхает.

– Ноги или руки? – оглянувшись, с нажимом спрашивает Кассиан, когда я открываю было рот. – Быстрее.

Он осматривается, к великому счастью, рядом – никого. Кассиан знает, что делать, но в голосе все равно мелькает тревога.

Киваю в сторону головы стражника. Кассиан молча обходит тело и также тихо подхватывает разбросанные на траве ноги.

Сердце в груди колотится все чаще. Судьбы, биться на мечах и отпускать колкости в адрес Шарона было и того легче!

– Отнесем за дворец.

Послушно двигаюсь за Кассианом, засунув волнение поглубже. Туша стражника так и норовит выскользнуть. Каждые десять шагов покрепче перехватываю тело. Еще и тяжелый из-за доспехов, зараза. Из носа льется тоненькая струйка крови, стараюсь не запачкать белое платье.

– Клади.

Послушно следую всем инструкциям фейри и опускаю голову на траву. Кассиан подтаскивает тело ближе к стене, усаживая стражника. Нырнув рукой в карман фрака, достает моток светящихся ниток, больше похожих на леску. «Золотая нить», – соображаю, вспоминая, как меня связали такой же у дома Альва.

– Помоги мне раздеть его.

Не задаю вопросов, присаживаюсь на корточки и принимаюсь стягивать с стражника наручи, нагрудник и все остальное. Мысли заняты надеждой, чтобы карие глаза сейчас не распахнулись.

С железной стружкой, – добавляет Кассиан, когда стражник остается в одном зипуне, и методично обматывает туловище сидящего. – Чем больше пытаешься выбраться, тем больнее становится.

Закончив, из того же кармана он извлекает шелковый платок и, скомкав, засовывает в рот стражнику.

– Выходит, ты был готов к радикальным мерам. Почему не сказал? – я уставилась на Кассиана. – Это могло плохо кончиться.

Фейри отряхивает ладони, но на меня не смотрит.

– Я был готов к переговорам, – поправляет он. – Это план «б» на случай, если «а» провалится. Как видишь, так и вышло. А теперь тебе пора, Эбигейл. Помни, что я сказал. Слушай, смотри и будь паинькой.