Мертвые звезды

Глава пятая. Прошлое

– Не терпится поболтать с кем-нибудь из старых знакомых? – спрашивает Жакс, когда перед нами открываются двери шлюза. На станцию мы отправляемся вместе, на корабле остался только Кай, у которого, как обычно, куча возни с текущим ремонтом.

Дориан морщится, словно прикусил язык.

– Надеюсь никого из них не встретить, – негромко произносит он, делая первый шаг в переходный модуль станции.

В доках на удивление пусто. Большая часть причальных модулей пустует, в соседнем с нами молчаливые люди в темно-синей форме разгружают ящики с каким-то оборудованием. Вероятно, доставленные с крейсера.

Пока мы идем через доки, я успеваю заметить в двух местах стены, обожженные выстрелами из излучателей. Именно множественными – здесь определенно была долгая перестрелка. А в одном месте даже не успели смыть со стены и пола кровь. Только тела утащили – следы этого тоже видны на полу.

– Здесь всегда так? – спрашиваю я негромко Пикси.

– Неа, – моя соседка по комнате выглядит подавленной. – Здесь обычно тихо. Станция маленькая, все друг друга знают. Не представляю, что тут случилось.

О том, что именно случилось, мы узнаем, когда добираемся до офиса местного снабженца. Хозяин поднимается нам навстречу из-за массивного стола. Поднимается в буквальном смысле: у него нет ног, а вместо них присобачен левитирующий диск. Сам он толстый и рыхлый, с красным лицом и двумя подбородками, а облачен в рубашку с закатанными рукавами. Ему определенно жарко, и он сильно вспотел.

Увидев в дверях Дориана, хозяин кабинета летит к нему на своей слегка жужжащей тарелке, стискивает ему руку, принимается расспрашивать о том, как прошел полет, но во всей этой суете чувствуется нечто фальшивое. Словно он боится какого-то разговора и в то же время понимает, что тот состоится неизбежно.

– Что тут у вас происходит? – спрашивает Дориан.

– Дор, ты извини, но контракт наш с тобой отменяется, – произносит толстяк с таким выражением лица, словно у него насквозь прогнил зуб. – По форс-мажору.

– По какому еще форс-мажору?! – лоб Дориана перечеркивает морщинка. – Гес, я не вижу, чтобы станцию разнесло на куски или чтобы тебя взяли в плен чужие. Может, объяснишь?

– Да эти вояки сраные из Союза… – хозяин опасливо оглядывается на дверь понижает голос. – Я сам не понимаю, что тут творится в последние дни. Сначала корабль стоял тут на мелком ремонте, потом они вели переговоры с Айзеком, администратором станции. Мне он велел кое-что из припасов им отгрузить, ну, я отправил. Потом начались у них какие-то терки, а на днях вовсе пошла стрельба. Теперь никто ничего не знает, вояки оцепили административный модуль, а кошельки на станции не работают. Дор, я бы и рад, но я ни одного астракоина не могу сейчас тебе перечислить, честное слово.

– Хреново, – Дориан потирает небритую щеку. – Если ты не врешь…

– Да когда я врал-то, Дор?! Здесь тебе не Тортуга! У нас станция маленькая, все друг друга знают, и торговцы наперечет. Я бы с радостью тебе заплатил, у меня и деньги есть. И ребята мои твой груз уже проверили: есть порча, но некритичная, процентов пять.

– А если бартером? – спрашивает Рена. – Есть у вас что-нибудь нормальное?

– Да нормальное, в основном, эти ребята в мундирах опечатали, – мнется Гес. – Но есть партия вастола. С разными добавками. Ну, ты понимаешь, не совсем разрешенными. Да и сам вастол на территории Союза запрещен, так что я даже не знаю.

– Ну, мы-то не на территории Союза, – отвечает Дориан. – Чего ж ты ссышься-то?

– Да уж я и не знаю, на чьей мы сейчас территории…

– Ладно, хватит сопли жевать, – Дориан хлопает ладонью по столу. – Давай к делу. Что за партия? Какие конкретно добавки. В какую сумму ты ее хочешь зачесть?

Начинается торговля. Гес давит на то, что обстоятельства экстраординарные, и он имеет право на скидку. Дориан, в свою очередь, напирает на то, что летел на Ольбию с риском для жизни, сильно повредил корабль, и несмотря на это поставил товар в срок и в должном качестве, а это по кодексу считается основанием для премии.

Из разговоров экипажа во время полета я узнала, что так просто кинуть контрагента в космосе нельзя. Хотя, казалось бы, давно уже нет имперской полиции и судов, так что, вроде бы, обеспечивать исполнение договоров силой некому.

Есть черные списки, в которые вносятся все злостные неплательщики, нарушители сроков и прочие жулики. Попасть в такой список – страшный сон любого, кто занимается межзвездной торговлей, будь то капитан корабля или бизнесмен с планеты. Потому что с человеком из этого списка никто не будет иметь дел, чтобы самому в список не угодить. А построена система списков на блокчейне, узлы которого находятся на всех торговых кораблях, так что вымарать оттуда информацию практически невозможно. Вот поэтому-то Гес и не послал нас в задницу, а сделал все, чтобы вывернуться наизнанку, но заставить Дориана считать договор исполненным.

Через полчаса препирательств стороны бьют по рукам, Гес отправляет сообщение в доки, чтобы нам грузили ящики с вастолом, а мы покидаем его офис. Но прямо на его пороге мы встречаем пятерых крепких мужчина в синей форме, один из которых, смуглый, высокий, в алом берете, заломленном на ухо, направляется прямо к Дориану.

– Привет, старина! – произносит он настолько ровным голосом, что в нем невозможно распознать ни искренней радости, ни угрозы. – Давно не виделись!