Мертвый цветок

Глава 12. Заговор против холода

Морозное утро застало сад в хрустальном плену. Иней узором лежал на голых ветвях, на ржавой решётке беседки, на замёрзшей земле их вчерашних ям. Воздух звенел от холода, чистый и колкий, обжигающий лёгкие. Работы не предвиделось — земля спала под ледяным щитом. 

Изабель, проснувшаяся с незнакомым чувством внутренней тишины после вчерашнего разговора, нашла Сильвану в оранжерее. Та не работала, а стояла посреди запустения, глядя на стеклянную крышу, по которой скатывались первые капли тающего инея. 

— Он просыпается, — сказала она, не оборачиваясь, услышав шаги, — Мороз сковывает, но под ним уже идёт своя работа. Как под старый шрамом — новая кожа. 

Изабель молча встала рядом. Они смотрели, как солнечные лучи пробиваются сквозь грязные стёкла, освещая мёртвые, высохшие стебли в горшках. 

— Здесь тоже можно было бы что-то вырастить, — тихо заметила Изабель, — Если починить стёкла, протопить…

Сильвана медленно покачала головой.

—Слишком сложно. Слишком много работы. Иногда лучше начать с чистого листа. Снаружи, — она повернулась к Изабель, задумчиво сощурившись, — Но кое-что отсюда можно спасти. 

Она дернула подбородком в сторону угла, где в старом ящике плесневела земля. Вдвоём они аккуратно разгребли её пальцами. Из-под слоя гнили и прошлогодних листьев Сильвана извлекла несколько сморщенных, похожих на камушки луковиц. 

— Луковицы гиацинтов, — пояснила она, счищая с них грязь, — Они спят, но жизнь в них ещё есть. Их нужно отогреть, пробудить. 

Она протянула одну Изабель. Та взяла луковицу — холодную и шершавую на ощупь. 

— Что с ними делать? 

— Взять горшки. Найти в доме самое тёплое, самое солнечное место. Посадить. И ждать, — Сильвана улыбнулась, и в её улыбке проскользнуло почти детское, невинное озорство, — Это будет наш маленький секрет от зимы. Наш тайный протест. 

Идея показалась Изабель неожиданной и прекрасной. Вырастить что-то прямо сейчас, в этом ледяном доме, пока за окном царствовал остаток зимнего холода. Это было вызовом. Маленьким чудом. 

Они нашли на кухне несколько глиняных горшков с отбитыми краями, натаскали земли из оранжереи — ту, что казалась посуше. Сильвана показала, как правильно посадить луковицы, чтобы их макушки выглядывали из земли, как полить их экономно, лишь слегка смочив почву. 

— Теперь — самое главное, — сказала Сильвана, ставя первый горшок на подоконник в библиотеке, куда падало больше всего солнца, — Теперь мы разговариваем с ними. 

Изабель фыркнула: 

—Вы серьёзно? 

— Абсолютно, — в голосе Сильваны не было и тени иронии, — Не обязательно словами. Можно — вниманием. Можно — тихой музыкой. Можно просто сидеть рядом и думать о чём-то хорошем. Растения всё чувствуют. Они же живые. 

В дверях показалась Лина с тряпкой для пыли. Увидев их занятие, она замерла с раскрытым ртом. 

— Сударыня, это что же, цветы зимой? — прошептала она, не веря своим глазам. 

— Это наша маленькая тайна, Лина, — улыбнулась Изабель, сама удивившись своей готовности играть в эти «детские» игры, и шепотом, уже полным серьёзности, добавила, — Ни слова Марте, а то подумает, что мы совсем обезумили. 

Лина энергично закивала, глаза её засияли восторгом. Она тут же забыла про пыль и уселась на пол рядом, наблюдая, как они расставляют горшки.