Мёртвый лес. Хранительница.

Глава 21.

И вот, спустя три месяца с начала нашего путешествия, мы въехали в Столицу Империи. Это была долгая дорога, и она преодолена. На первых порах нам приходилось скрываться под капюшонами, благо осень и сезон дождей поспособствовали этому. И слишком уж мы не выделялись среди путников. После нападения на караван и моего эпического выступления, его хозяин стал зазывать к себе Ротмира. О чём они общались, отец не рассказывал, но и нам польза от этого была. Унран порекомендовал постоялый двор с хорошими комнатами и кухней и рассказал, как до него добраться. Ведь караваны в город не пускали. Для них были стоянки за чертой. Попрощавшись с нашими попутчиками, мы без лишних приключений добрались до постоялого двора «Счастливый Соул». Каменный забор, железные ворота, аккуратное двухэтажное здание и чистый двор. Слева виднелись конюшни. Едва мы въехали в гостеприимно распахнутые ворота, как к нам подбежал парнишка. Значит, на них стоит заклинание, подающее сигнал.

- Проходите Господа, у нас Вы можете оставить свои повозки, ни один гвоздик из них не пропадёт, - распинался малец, направляя нас вправо. – И лошадки будут обихожены, а для Вашей красавицы можно и отдельное стойло заказать.

«Конечно, не пропадёт, зря что ли мы розочек в фургонах оставили? Пусть стерегут наше имущество» - послала я мысль сестре. Та только улыбнулась в ответ.

Мы шли за отцом, ведя под уздцы Ночку, и крутили головами как заведённые. Ивар восседал на её спине, как царь, обводя взглядом окрестности, которые на некоторое время могли стать нашим домом. Карл примостился на козлах первого фургона и тоже гордился своей работой. Все были счастливы. Оставив животных и повозки на парнишку, получив от него очередное заверение, что всё будет в наилучшем виде, направились в основное здание.

Отворив дверь, не разочаровались, атмосфера в зале была тёплой и домашней. Трещали поленья в камине, на каменных стенах висели портреты, массивные столы добавляли брутальности. За стойкой возвышался здоровый детина, способный посоревноваться с отцом в габаритах. Да, с таким хозяином не забалуешь, на вышибалах можно смело сэкономить.

Народу было маловато, они сидели, общались, попивали.

 - Жаль приехали мы поздновато, наверное, уже и ужин прошёл, - со вздохом протянула я, не подумав.

На нас все обернулись, и разговоры смолкли, люди стали наблюдать, оценивать, строить предположения. Отец прошел к стойке, мы за ним, как хвостики. Сравнение меня повеселило, а Даша, почувствовав изменение, спросила мысленно: «Что тебя рассмешило?» Рассказав ей шутку, теперь обе сверкали белыми зубами, не забывая оглядывать зал. Мы сняли капюшоны, отец вообще не любил в нём ходить, а мать так и осталась закутана. Её можно понять, боится, что возникнут проблемы. Но нам то, что нервничать? Чёрные банданы стали неотъемлемой частью одежды, без них создавалось ощущение «голого тела», когда на тебя все пялятся и рассматривают. А так, мужская одежда и три месяца в дороге, где было раздолье наблюдать, сравнивать и копировать жесты, мимику, походку мужчин не прошли даром. На Земле нас можно было бы назвать пацанками, но тут, не то, что определения такого не существует, девушки в принципе не переодеваются в парней. А нам это и на руку. Поэтому, откинув капюшоны, разглядывали зал и хозяина заведения.

Пока отец договаривался по поводу комнат и сроков проживания, сестра обнаружила пустующий столик возле камина, который так звал, присесть и отдохнуть после дороги. И не важно, что основная часть пути проделана сидя.

- Папа, а на ужин мы уже опоздали? – выглянула я из-за мужчины.

- Кушать очень хочется, - повторила мой жест Даша.

Любим мы шокировать людей. Хозяин прервался на полуслове, перевёл взгляд на меня, затем на сестру.

- Мальчики не балуйтесь – не дал поиграться нам отец. – Это мои сыновья, - уточнил он для Соула.

- Еда? Да, да. Конечно, сейчас всё подогреем для вас Господа, - залепетал он.

Блин. А так всё хорошо начиналось. Они говорили на равных, пока не влезли мы, и опять «Господа, что будет изволено?» Да что ж это такое?

- Не обращайте внимание на наши глаза, - махнула я рукой. – Все мы люди, и Господ здесь нет. Правда, папа?

- Конечно, Мар, правильно всё говоришь.

- Мы займём столик у камина? – спросила Даша.

- Любой свободный в вашем распоряжении.

Сестра повела мать с мальчиками к столу, а я осталась с отцом. Стояла и, молча, слушала. Они договорились на неделю проживания с трёхразовым питанием. Конечно, я сильно сомневалась, что за это время мы что-нибудь найдём, но, даже если нам подфартит, то купля-продажа, ремонтные работы, переезд. Всё требует времени. Но не хотелось, чтобы мама сидела всё время одна в комнате. Может Ротмир всё же успеет, ради спокойствия жены.

- Пап, а помыться будет где? Есть ванная в наших комнатах? – кто о чем, а вшивый о бане.

- Комнат отдельных для купания нет, но есть общая душевая в конце коридора. И мы можем наполнить ванну по желанию, но только в ваших номерах, - объяснял хозяин заведения.

- Тогда нам, если возможно, ванну после ужина в нашу комнату. Можно папа? – соблюдаю субординацию, как могу.

Взрослая женщина так и лезет, поучить, указать, направить. Приходится душить инстинкты на корню. И вести себя как примерная девочка – мальчик. Жизнь-игра, а люди в ней – актёры. Эта фраза из прошлого полностью передаёт моё настоящее.