Месть Цена Измены

Глава 9

Понедельник начался с цветов. Огромный букет белых роз лежал на кухонном столе, когда я спустилась завтракать. Рядом – записка почерком Андрея: "Для самой лучшей жены на свете. Прости меня. А."

Самой лучшей жены... которая вчера до двух ночи сидела за компьютером и составляла список его инвесторов с пометками "уязвим к слухам", "параноик", "легко поддаётся панике". Ирония ситуации ударила так сильно, что я чуть не рассмеялась вслух.

– Ого, какие красивые! – Вика вбежала на кухню, всё ещё в пижаме с единорогами. – От папы?

– От папы, – я наклонилась к букету, сделала вид, что наслаждаюсь ароматом. Пахли дорого, свежо, вероятно заказывал в том месте на Тверской, где букет стоит как мой костюм.

А ещё пахли виной. Острой, липкой виной, которую пытаются замаскировать красотой.

– А почему он дарит цветы? Сегодня какой-то праздник?

Праздник! Да, в некотором роде. Праздник мужской совести, внезапно проснувшейся после разоблачения. Андрей запустил классическую программу "заглаживания вины" – фаза номер три после отрицания и гнева. Сейчас начнётся торг. Подарки, обещания, клятвы в вечной любви.

Я знаю этот алгоритм как дважды два. Изучала его в рамках кризисного PR – так ведут себя все попавшиеся клиенты. Пытаются купить молчание, лояльность, прощение.

Только Андрей не знает, что продаёт совесть профессионалу по управлению информацией.

– Просто так, солнышко. Папа любит делать сюрпризы.

Сюрпризы... как же я раньше на это покупалась??? Каждый букет после его загулов, каждое украшение после подозрительных задержек на работе, каждый романтический ужин после запаха чужих духов на его рубашке. Всё это были взятки моей совести. Плата за молчание.

Но теперь я играю по другим правилам. Приму его розы с благодарной улыбкой. Буду изображать тронутую, прощающую супругу.

В офисе меня ждал второй акт спектакля заботливого мужа. Катя встретила у лифта с загадочной улыбкой:

– Лена, вам сегодня доставили подарок!

На моём столе красовалась плетёная корзина с экзотическими фруктами – манго, маракуйя, что-то фиолетовое и покрытое шипами. Рядом бутылка шампанского с этикеткой на французском. Карточка: "Моей единственной и неповторимой. Жду встречи сегодня вечером. А."

Единственной и неповторимой!!! Пока он параллельно водит в отели секретаршу! У мужчин поразительная способность существовать в нескольких реальностях одновременно, не замечая противоречий.

– Романтично, – заметила Катя, с любопытством разглядывая фрукты. – Годовщина?

– Что-то вроде того, – я убрала карточку в ящик стола, к остальным доказательствам его измен.

Весь день я работала в режиме автопилота – планёрки, переговоры, утверждение медиаплана для нового клиента. Но внутри пульсировала одна мысль: сегодня начинается активная фаза операции. Первый информационный вброс.

Я использую профессиональные навыки против собственного мужа. Моральности в этом ноль, но эффективность будет стопроцентной. Кто лучше специалиста по кризисному PR знает, как создать этот самый кризис?

В половине седьмого я сидела в одном заведении на Пречистенке, куда ходят только по рекомендациям и где стоимость ужина равна месячной зарплате среднего москвича. Темные панели, приглушённое освещение, столики расставлены так, что соседи не слышат разговоров. Идеальное место для конфиденциальных бесед и деликатных намёков.

Встреча была оформлена как консультация по репутационным рискам для группы частных инвесторов. Пятеро мужчин за сорок, каждый стоит несколько сотен миллионов. Все они в разное время вкладывали деньги в проекты Андрея или рассматривали такую возможность.

– Господа, – начала я, когда подали кофе и коньяк, – сегодня мы обсуждаем не конкретные случаи, а общие принципы оценки репутационных рисков.

Дальше была виртуозная игра. Я рассказывала о ситуациях, когда компании попадают в скандалы из-за сомнительных схем финансирования. Приводила примеры того, как фиктивные инвесторы и офшорные махинации разрушают даже крупные фирмы.

– Елена Николаевна, – вмешался Игорь Самойлов, который конкурирует с Андреем за участки в Подмосковье. – Вы намекаете на какие-то нарушения?

– Я не намекаю, – ответила я с невинной улыбкой. – Я просто рассказываю о потенциальных рисках, которые стоит учитывать при анализе проектов. Любых проектов.

Но семена сомнений уже посеяны. Вижу по их лицам – каждый мысленно перебирает свои связи с мужем, вспоминает детали сделок, оценивает риски.

Один-ноль в мою пользу.

Домой я ехала с чувством профессионального удовлетворения. Первая атака проведена безукоризненно! К завтрашнему утру слухи о проблемах мужа разойдутся по московской бизнес-тусовке. Андрей получит первые тревожные звонки от партнёров. Начнётся цепная реакция недоверия.

А я буду дома, изображать любящую жену, которая благодарна за цветы.

Андрей ждал меня в столовой. На столе – свечи, дорогая посуда, бутылка вина, которое стоит как подержанная машина. Он был в домашнем костюме, свежевыбритый, пах моим любимым парфюмом.

– Как дела, дорогая? – он встал, чтобы помочь снять пальто. Поцеловал в щёку. Его губы были тёплыми, мягкими. Те самые губы, которые две недели назад целовали Алису Войтюк.

Меня чуть не стошнило от этой мысли.

– Спасибо за цветы, – сказала я, садясь за стол. – Они прекрасны.

– Ты заслуживаешь лучшего, – он налил мне вина. – Лена, я понимаю, как тебе сейчас тяжело. И я хочу всё исправить.

Исправить! Как мило! Он хочет исправить два месяца систематической лжи и предательства. Наверное, думает, что достаточно принести цветы и сказать "прости".

– Я ценю твои усилия, – ответила осторожно. – Но понимаешь... доверие не восстанавливается за один день.

– Знаю. Поэтому у меня есть предложение.

Он достал из кармана конверт. Билеты. На Мальдивы. На следующую неделю.

– Две недели только для нас. Без работы, без телефонов, без всего, что нас отвлекает... Время подумать, поговорить, вспомнить, почему мы полюбили друг друга.!