Месть истинной. Искры восстания

Глава 4

Я пришла в себя от тупой, ноющей боли, разливающейся по всей левой стороне лица. Казалось, каждое движение отзывается тысячей иголок, впивающихся в кожу. Мир вокруг был размыт, пока я не моргнула несколько раз, пытаясь сфокусироваться.

Я лежала в своей комнате. Всё вокруг казалось обычным, но присутствие чужого человека сразу насторожило меня. Рядом стояла женщина. Её вид был обманчиво скромным — чёрное платье, аккуратно уложенные волосы, безупречная осанка. Но в её взгляде читалось не сочувствие, а холодное безразличие.

— Вы... кто? — с трудом выдавила я, чувствуя, как слова причиняют боль. Лицо горело, а левая щека пульсировала.

— Я Мегги, — ответила она спокойно, без тени улыбки. — Господин Ричард велел присмотреть за вами.

— Присмотреть? — я попыталась приподняться на локтях, но тело тут же пронзила резкая боль. — Мне больно... Пожалуйста, помогите мне.

Женщина даже не шелохнулась. Её взгляд остался таким же холодным.

— Господин запретил вас лечить, — отчеканила она. — Он считает, что вы должны ощутить последствия своих... действий.

Я замерла, не веря своим ушам.

— Что? — прошептала я. — Он... запретил? Но ведь я... я...

— Вам разрешено лишь холодную воду и полотенца, — добавила она с той же ледяной ровностью. — Если хотите, я принесу.

— Но мне нужна помощь! — выкрикнула я, не выдержав. Тут же пожалела о своём порыве: резкая боль пронзила челюсть. Слёзы выступили на глазах.

— Это всё, что вам позволено, — отрезала она. — Больше ничего.

Я чувствовала, как гнев и унижение смешиваются в коктейль, который готов был разорвать меня изнутри. Служанка развернулась и вышла, оставив меня одну.

Я собрала последние силы, чтобы сесть на кровати. Взгляд упал на зеркало у противоположной стены. Сделав пару неуверенных шагов, я подошла к нему, держась за спинку стула, чтобы не упасть. То, что я увидела, заставило меня зажмуриться.

Моя левая щека распухла, покрытая огромным синяком, который простирался от виска до подбородка. Глаз почти заплыл, челюсть двигалась с трудом.

Каждый раз, как я смотрела в своё отражение, меня охватывал невыразимый ужас. Это была я, но в то же время не я. В этом отражении я видела не только боль, но и своё унижение. Как я дошла до такого? Как позволила этому случиться? Еще утром я была счастливая, не знающая бед любимая дракона, а сейчас... Мой мозг отказывался поверить в то чт опроисходит на самом деле.

За спиной снова раздались шаги. Служанка вернулась, неся в руках кувшин с водой и несколько полотенец. Она поставила их на стол, даже не взглянув на меня.

— Передайте Ричарду, что я хочу его видеть, — выдохнула я, чувствуя, как голос дрожит.

Она остановилась, медленно повернув голову.

— Его светлость улетел с супругой, — ответила она ровным голосом.

Мир снова закружился вокруг меня. Улетел? С ней?

— Когда я смогу его увидеть? — спросила я, пытаясь сохранить хоть каплю достоинства.

Служанка посмотрела на меня с лёгкой насмешкой, которую даже не пыталась скрыть.

— Тогда, когда господин этого захочет, — сказала она и вышла, оставив меня одну в комнате, полном боли и пустоты.

Я упала на кровать, зарываясь лицом в подушку, и слёзы хлынули неудержимым потоком. Это было больше, чем боль или унижение. Это была разрушающая изнутри пустота, как будто всё, что я когда-то ценила, отняли, не оставив даже права на протест.

Так и началась моя новая жизнь. Жизнь, где меня ломали, выжигая всё "лишнее", как они это называли. Мои мысли, чувства, надежды — всё становилось ненужным, лишним для моих владельцев.

Служанка оставалась рядом всё это время. Она не помогала, не поддерживала. Её роль была другой — она следила за мной, за каждым моим шагом, за каждым словом. Её ледяной взгляд постоянно напоминал, что здесь я — никто. Она говорила мало, только когда нужно было разъяснить очередное "правило".

— Вы не должны кричать, господин это не любит, — говорила она спокойно, когда я в гневе бросала полотенце в стену.

— Не забудьте, ваш завтрак должен быть съеден до конца, госпожа Оливия считает это признаком уважения.

— Глаза вниз. Никто не должен чувствовать ваш вызов.

Каждый её комментарий был как удар, каждый взгляд — как холодное лезвие. Я была словно птица, которой обрезали крылья, не позволяя даже мечтать о полёте.

Ричард появился только тогда, когда синяки полностью сошли. Его отсутствие все эти дни я воспринимала как нож в спине. Его уход с Оливией, его молчание — всё это было ясным сигналом, что я для него ничего не значу. И всё же я ждала. Ждала его возвращения, чтобы хоть как-то понять, что будет дальше.

Он вошёл в мою комнату, как будто ничего не случилось. Высокий, уверенный, с той же холодной отрешённостью в глазах. Я сидела на кровати, сжимающая свои руки, чтобы не дрожать.

— Ты хорошо выглядишь, — сказал он, словно у нас была обычная беседа.

Я хотела выкрикнуть ему в лицо всё, что накопилось за эти дни. О том, как я страдала, как его жена через свою надзирательницу довела меня до грани, как его удар стал финальной точкой. Но слова застряли где-то в горле.

— Что ты от меня хочешь? — только и смогла выдохнуть.

Он посмотрел на меня с лёгкой усмешкой, которая не доставила ни грамма облегчения.

— Чтобы ты научилась слушаться, — ответил он спокойно, как будто это было очевидно. — Мы драконы, Винни, и у нас свои правила. Твоя жизнь здесь будет проще, если ты их примешь.

— И если не приму? — слова сорвались сами собой, но в них звучала отчаянная злость.

Ричард чуть прищурился, его взгляд стал холоднее.

— Тогда тебе будет больно. Очень больно, — сказал он так спокойно, будто говорил о погоде. — Я не хочу этого, но ты должна понять: у тебя нет выбора.

Слова обожгли меня, и всё во мне сжалось. Не было жалости, не было сожаления. Только холодная, непоколебимая уверенность в своей правоте.

— Ты был моим истинным, — прошептала я, слёзы снова начали душить. — Я верила в тебя...