Месть истинной. Искры восстания

Глава 7

А может и был он, тот ответ!

На следующий день в поместье началась странная суета. Уже с самого обеда коридоры наполнились шёпотами, гулкими шагами и сбивающимися голосами слуг. Они сновали туда-сюда, неся подносы, свёртки и какие-то бумаги. Казалось, весь дом внезапно накрыло волной паники.

Служанка, которая обычно прислуживала мне, влетела в комнату чуть не бегом. Она торопливо расставила блюда на столе и потянулась поправить покрывало на кровати, но её руки заметно дрожали.

— Что случилось? — не выдержала я, прерывая её суетливые движения.

Она вздрогнула, словно забыла о моём существовании, а затем быстро поклонилась, избегая смотреть мне в глаза.

— Н-ничего, госпожа, — промямлила она, сразив меня наповал вот этим вот "госпожа". Слуги так ко мне не обращались! Никогда. Они вообще предпочитали меня никак не называть по приказу Оливии.

— Не ври мне, — тихо, но твёрдо произнесла я. Я давно поняла, что говорить спокойно, но уверенно с этими женщинами работает лучше всего. — Что-то случилось. Я вижу это.

Служанка замерла на мгновение, оглянулась на дверь, будто боялась, что нас кто-то услышит, и только потом выдохнула.

— Я не знаю точно, госпожа, — прошептала она, глядя в пол. — Просто… что-то случилось там, где были лорд и леди.

Моё сердце сжалось.

— Где они были? — спросила я, стараясь сохранять спокойствие.

— В гостях у княгини Андрасской, — ответила она ещё тише, едва слышно.

Княгиня Андрасская. Это имя я слышала за ужином с леди Ловел. Сердце заколотилось быстрее. Что могло произойти?

Служанка поторопилась закончить дела и вышла, оставив меня наедине с мыслями. Я подошла к окну, поглаживая живот и наблюдая за тем, как слуги продолжают метаться по двору. Внизу двое стражников вели оседланных коней— видимо, к отправке.

Часть меня хотела выскользнуть из комнаты, узнать, что происходит, но другая подсказывала, что это слишком рискованно. Я не должна была знать ничего, кроме того, что мне позволяли знать. Но теперь, зная хотя бы о княгине, я могла предположить, что что-то в её доме пошло не так.

Солнце начало клониться к закату, когда небо озарил разьяренный драконний рев заставивший меня вздрогнуть.

Небо за окном раскололось от грохочущего рева, и я замерла, сердце отчаянно забилось в груди. Я узнала этот звук. Я узнала бы его из тысячи. Это был он. Ричард.

Его рев всегда был чем-то особенным. Глубокий, мощный, заставляющий кровь в жилах стынуть. Но в этот раз в нём слышалась ярость, такая, что волосы на затылке встали дыбом.

Испуганно отпрянула от окна и поспешила забраться на кровать, завернувшись в одеяло, словно оно могло защитить меня. Я притянула колени к груди, обхватив живот руками, и зажмурилась. Шум крыльев, похожий на порывы бури, заполнил замок. Рёв повторился, заставив стены задрожать.

И вот наступила оглушающая тишина.

Дверь в комнату распахнулась с такой силой, что створка ударилась о стену. Я вздрогнула, разомкнув глаза, и увидела его. На пороге стоял Ричард. Его волосы были всклокочены, а в глазах пылал огонь. Он был зол, настолько зол, что, казалось, его ярость могла воспламенить воздух.

Я невольно забилась в угол кровати, подобравшись как испуганная мышь. Он смотрел на меня с таким выражением, что я приготовилась к худшему. Уже в голове мелькнула мысль: что теперь? Что он сделает? Но вместо того, чтобы обрушить на меня свою ярость, он поступил иначе.

— Винни! — рыкнул он, бросившись ко мне.

Я зажмурилась, прикрывая лицо рукой, ожидая удара или гневного окрика. Но вместо этого он схватил меня, почти сгреб, притянув к себе так, что я оказалась в его объятиях. Он легко поднял меня, словно я ничего не весила, и рухнул на кровать, обвивая меня своим телом, как коконом. Я даже дышать боялась. Его рука прижимала моё тело так крепко, что мне казалось, он может раздавить меня, но боль не ощущалась. Лишь страх и непонимание.

Он уткнулся носом в мою макушку, шумно вдыхая запах моих волос. Его дыхание было тяжёлым, обжигающим, почти звериным. Некоторое время он только стискивал меня так, что у меня перехватывало в груди. Затем голос его раздался, хриплый, сбивчивый, почти бормотание.

— Я потерял столько времени... — произнёс он, его голос дрожал от смеси злости и горечи. — Я шёл на поводу.... А оказалось...

Он затих на мгновение, его хватка ослабла, но тут же усилилась снова, до болезненности.

— Ничего, — продолжил он, и его голос стал твёрже, как будто он убеждал себя. — Ты здесь. Ты со мной. У нас будет ребёнок. И никто… никто тебя у меня не заберёт. Никуда ты не денешься, Винни. Ты будешь всегда рядом. Вечно.

Каждое его слово отдавалось холодом в моём сердце. Это был приговор!

Но он говорил это так, будто обращался не ко мне, а к своей внутренней тьме. Я не знала, что делать. Я не могла пошевелиться. Не могла дышать.

Его рука обхватила моё лицо, пальцы слегка коснулись моей щеки, словно проверяя, настоящая ли я. Но в его прикосновении не было нежности, только одержимость.

— Ты моя, — сказал он, словно поставил печать на своей мысли. — Навсегда.

Я не ответила. Не могла. Внутри меня всё кричало от ужаса и протеста, но снаружи я оставалась неподвижной, как кукла в руках дракона.

И это помогло.

Ричард медленно начал успокаиваться. Его дыхание становилось ровнее, хватка ослабевала. Он всё ещё держал меня, но уже не так крепко, как в начале. Казалось, что его пыл начал стихать, словно пожар, потушенный дождём. Я лежала рядом с ним, не двигаясь, но в голове моей мысли метались, как загнанные звери.

Я не знала, что произошло. Почему он был в таком состоянии? Что его так выбило из равновесия? И почему он, после всей своей холодности, вдруг начал вести себя... так? Разум умолял, требовал молчать, но моя привычная сдержанность изменила мне на этот раз.

— Ричард... — тихо, почти шёпотом, произнесла я, решив рискнуть. — Что случилось?

На мгновение он замер. Его тело напряглось, и я почувствовала, как воздух вокруг словно стал гуще. Он поднял голову, и я увидела, как его взгляд потемнел. В его глазах мелькнуло что-то неуловимое — смесь ярости, боли и растерянности.