Месть как смысл жизни

7 глава. Убить свидетелей?..

Амэя глядела на себя в осколок зеркала, который нашла на дне моря, и улыбалась. Она совсем недавно набрала кучку жемчуга и отнесла его к единственному в Марэ ювелирному мастеру, чтобы он сделал в них небольшие отверстия. А затем, затаившись в своем темном гроте, она вдела получившиеся бусины в прядь волос, превращая жемчуг в украшение.

Даже будучи человеком, Амэя не любила ювелирные изделия. Серьги, кольца и бусы доставляли ей дискомфорт. У нее их было немного, но жители Марэ считали это богатством, так как не имели и этого. Авон же, вместе с дочерью, и вовсе не притрагивались к ним. Красивые блестяшки лежали на чердаке, в шкатулке, покрытой пылью. Они остались от прапрапрабабушки Авон. Эта женщина всегда обвешивалась ими, будучи замужем за каким-то из ненаследуемых баронов. Амэя отличалась от своей родственницы и могла спокойно воспринимать лишь украшения для головы. Ракушки, ранее прикрепленные к волосам русаличей магии, она сняла. А затем, подумав, вернула обратно, только не на прежнее место. Теперь справа на волосах была жемчужная прядь, а слева две ракушки и морская звезда. Очень необычно. Но кто в действительности поверит, что Амэя русалка, завидев ее морские цацки? Никто, ведь в Морских владениях материал для украшений из моря не считался чем-то ценным, в отличие от других стран. В других странах жемчуг могли себе позволить немногие, ведь не у всех был выход к морю или океану. А здесь… Здесь любой рыбак мог найти жемчуг и подарить его своей жене.

Мастер, к которому обратилась Амэя, не удивился жемчугу. Но удивился его цвету. Неровные шарики были не привычно белые, а розовые. И среди розовых затесались две голубые жемчужины… Но мастер промолчал. А что он скажет? Что это редкость даже для Морских владений? Мастер не знал, откуда Амэя взяла это чудо, как он посчитал, природы. А она просто поплавала в глубине моря. Там, куда не смог бы добраться ни один человек.

Кинув последний взгляд в зеркало, русалка нырнула в воду. Она собиралась проводить Лео. Конечно, не подходя к нему слишком близко. Хьюго сказал ей, что он отбудет сегодня утром. На целых полгода, пока не наступит весна.

С каждым днем становилось все прохладнее. Как оказалось, русалки не подвержены холоду лишь в воде. И Амэя думала, где бы раздобыть одежду? Обокрасть новую жертву и прикупить себе шубку или пробраться в свой родной дом и забрать кое-что из своих вещей?

– Может, ты просто пойдешь к матери и попросишь дать, что тебе нужно? – как-то предложил Хьюго.

– Моя мать боится русалок! Она видела, как мой дед убил ее бабушку-русалку. Я не хочу ей лишний раз напоминать о том, кто я.

– Но ведь она будет любить тебя любой!

– Наверняка будет, но я не хочу ей причинять страдания.

– Это глупо, Амэя!

– Наверное, – она пожала плечами тогда, и Хьюго понял, что его проникновенные речи в этом случае не сработают.

Выбравшись из грота и обсохнув, Амэя натянула платье, уже изрядно помотанное жизнью, и медленно направилась к порту. Она заметила своих друзей сразу же. Троица с грустными лицами стояла у кромки воды и глядела друг на друга. Амэя двинулась ближе и смотрела на них во все глаза. А Лео ничуть не изменился, в отличие от Херты. Кажется, она немного подстригла волосы и избавилась от парочки прыщиков, ранее беспокоящих ее. В тот день, когда впервые увидела подругу после своей смерти, Амэя этого не заметила.

Русалка не слышала, о чем говорят друзья. Зато видела, как Лео положил руку на голову Херты и слабо потрепал ее волосы, печально улыбнувшись. Ей кажется, или он больше сожалеет, что придется оставить сестру своего лучшего друга, чем его самого? Херта тоже не выглядела веселой, хотя Амэе всегда говорила, как Лео ее раздражает. Врала?

Люди на корабле зашевелились и Лео, вздохнув, поправил огромную сумку на плече и направился к судну. Херта провожала его таким взглядом, что у Амэи защемило сердце. А Хьюго, в отличие от сестрички, был спокойнее. И даже ободряюще улыбнулся другу, когда Лео обернулся на них. А Амэя, неожиданно для себя, приняла решение сопроводить его. Она не хотела, чтобы с кораблем что-то случилось по дороге. Она не вытерпит печали Херты, если с Лео что-то случится. Хватит с нее горюющей матери!

Теплые эмоции на душе сменились. Да так неожиданно, что Амэя едва не задохнулась. К порту подплывал небольшой корабль. А на нем… Амэя уже знала, кто был на нем. Ее убийца. Один из них. Стойте… Нет! Даже два! Первый – некий Рябой, о котором говорили стражники. Такое прозвище он получил из-за шрамов от ветряной оспы, покрывающих его лицо. А вот второй… Второй был ничем не примечательный парень двадцати лет. И в таком возрасте он уже опустился до низостей, которые позволял себе по отношению к Амэе. И если все остальные матросы ее просто нагло лапали, то этот еще и говорил грязные шуточки.

Амэя почувствовала, как ее когти удлинились, что не бывало ранее. Ее разум замутнился. Она заметила: на ее плечо опустилась Эри. Русалка выдала звериный оскал и сделала шаг вперед. Но птичка, потянувшая ее за прядь, остановила подругу. Да… Не следует убивать прямо здесь, на людях. Но желание отомстить сильнее разума.

Шаг за шагом русалка шла к порту. С приблизившегося корабля выходили люди. Третьими были они. Рябой и Шутник. Они вяло переговаривались, утомленные дорогой. Эти двое никак не ожидали увидеть перед собой светловолосую девушку в темных очках с обеспокоенно перебирающей крыльями птичкой на плече.

– Тебе чего, красотка? – отозвался Рябой.