Месть как смысл жизни

1 глава. "Вышла в свет".

Серебряная тиара с ракушками и жемчугом – вот какой был подарок на двадцать второй день рождения Амэи от ее друзей. Это было изящным подшучиванием над именинницей, ведь она – самая настоящая царица русалок, пусть и ей это должность не нравилась. В отличие от тиары. Серебряная толстая проволока закручивалась в спиралевидные волны и украшалась маленькими розовыми ракушками. Белый жемчуг раскинулся по верху серебряных волн. Амэя сразу же надела подарок на себя. И друзья восхищенно замерли, любуясь жуткой красотой подруги.

– Ну что, с днем рождения тебя, Амэя, – сказала Херта.

– С первым днем рождения, – добавил Лео.

Второй день рождения Амэя предпочитала не праздновать. Ведь он случился в день ее смерти.

– Благодарю, – улыбнулась Амэя. – Мне нравится ваш подарок. Тем более что совсем недавно я «вышла в свет». Надо соответствовать.

Друзья хихикнули. Вышла в свет Амэя очень интересно. И ее это совсем не веселило, как друзей. Они до конца не понимали всю серьезность ситуации, в которую попала Амэя. И не только она!

На Марэ к царице постоянно приплывали русалки, но остров не пускал их. Амэя проторчала в родном городе чуть больше шести лет, почти не выплывая за его пределы. Но на днях что-то пошло не так. Во-первых, русалок в этот раз было очень много. Во-вторых, Амэя почувствовала неясную тревогу. Ей казалось, что случилось что-то серьезное. И предчувствие ее не обмануло.

Она впервые за все время решила выйти к другим русалкам. Ни за что бы так не поступила, если бы не дурацкое чувство. Откуда оно? Интуиция? Или Амэя начала чувствовать эмоции своих «подданных»?

Около пятнадцати ее соплеменниц облепили невидимый глазу контур птички Эри, духа острова, который она как-то выстраивала, чтобы не пускать чужаков. Для Амэи все это до сих пор оставалось загадкой, но она все равно верила, что Эри – не просто птичка, а целый дух-помощник. Как только Амэя подплыла к контуру, русалки принялись возбужденно махать руками, пробуждая тревогу в своей царице все сильнее. Ведь это возбуждение было нервное, а не радостное.

Амэя захотела впустить этих девушек на остров и все как можно быстрее узнать. Она даже забыла о том, что не желает быть царицей, а после такого поступка точно станет. По крайней мере, в глазах русалок.

Желание Амэи волшебным образом исполнилось. И это почувствовала не она одна. Русалки беспрепятственно вплыли за территорию контура и погребли к берегу, посчитав это приглашениям. Амэя решила смириться. Когда-нибудь это должно было случиться.

Она направилась за ними.

Русалки уже сидели на песке, грелись на солнце. Их глаза безумно глядели по сторонам. В другое время они бы обязательно обрадовались тому, что попали на Марэ, но не сейчас.

Амэя вынырнула. Русалки выжидающе взглянули на нее. И она вышла к ним, села рядом. Вода стекала с ее волос и мочила сухой песок.

– Эри, – произнесла Амэя, – сообщи, если подойдет кто-нибудь чужой.

Мимо пролетела маленькая птичка, звонко чирикнув.

Все пятнадцать русалок красавицы. Иначе и быть не может. Но у всех эта красота абсолютно разная. Кто-то светловолосый, кто-то темненький. Даже две рыжие русалки затесались в их ряду. Они смотрели на Амэю с легким любопытством.

– Что вас привело ко мне? – поинтересовалась Амэя.

– У нас беда, – сказала самая старшая, как раз из тех, кто была рыжей. – Убийца русалок появился.

– Кто? – удивление Амэи проскользнуло в поднятых бровях.

Русалки печально вздохнули. И одна из темненьких, с блестящими от слез желтыми глазами, ответила:

– Он отлавливает таких, как мы. Мы прозвали его убийцей русалок, ведь никто из пойманных так и не вернулся домой. Хотя прошел уже год!

– Год?! – изумилась Амэя. – Целый год кто-то похищает русалок?!

Соплеменницы печально опустили голову. А Амэя запаниковала.

– И что же делать? Что делать?!

– Вы ведь царица. У вас есть сила, о которой мы наслышаны.

Наслышаны… Все из-за болтушки Риты! Сила Амэи пропала ровно тогда, когда она убила барона Вермиса. И с тех пор не проявлялась. Максимум, что она могла – расцарапать кого-то или покусать. Или свернуть шею. Море больше не было подвластно царице. Она больше никогда не впадала в беспамятство, но и пропала та магия, которую, как думала Амэя, после мести она сможет контролировать.

– Силы нет, – сухим голосом буркнула Амэя. – По крайней мере, сейчас.

– Что?!

Разноцветные яркие глаза уставились на царицу. Ошеломление не просто проскальзывало в них. Оно светилось!

– Что значит силы нет? – вновь спросила старшая русалка из рыжих.

– Я не могу больше воззвать к помощи воды как раньше. Физическая сила у меня есть до сих пор, но не такая, как когда-то… Если раньше, в период безумства, я могла разорвать цепи, то сейчас – нет.

– Но почему?! – в один голос воскликнули молодые русалки.

Амэя пожала плечами.

Старшая русалка неверяще прошептала:

– Ты не приняла себя!