Месть сладка. Предатели всегда платят

Глава 10

Заметив моё появление, Павел берёт тарелку и начинает накладывать пасту. Судя по аромату, плывущему по кухне, он приготовил мой любимый вариант — с белыми грибами в сливочном соусе и пармезаном.

Смотрю, как перекатываются мышцы под его тонкой рубашкой. Пока я мучилась с тестами, он успел переодеться. Его волосы всё ещё слегка влажные после душа. Рукава закатаны, обнажая мускулистые предплечья с выпуклыми венами.

Несколько мгновений смотрю на его руки. Они, как произведение искусства, привлекают взгляд. Когда-то я в эти руки влюбилась.

Красивый муж — чужой муж. Вот она, правда жизни.

В чертах его лица нет смазливости. Он привлекает своей мужественностью, силой, скрытой в тренированном теле. Восхищает умом, характером, умением добиваться всего, что захочет.

Мне больно даже смотреть на него.

— Проходи к столу, милая. Позволь мне сегодня о тебе позаботиться. Я всё подам сам.

И правда, в столовой уже всё готово. В вазе стоят те проклятые розы. В приглушённом свете поблескивают фужеры и столовое серебро.

Да у нас прямо праздник сегодня — день предателя. День начала моей мести ему. День конца нашего брака.

— Смотрю, ты постарался на славу. — Останавливаюсь у отделяющего столовую кухонного острова.

— Ну а как же иначе? Нам есть, что отметить, не так ли? — отвечает он, помешивая лопаткой содержимое сковороды. Тон спокойный, движения уверенные.

— Ну, если ты так говоришь, — с горечью вырывается у меня.

Он оглядывается на меня, и наши взгляды встречаются. В его глазах нет даже намёка на стыд или смущение.

— Алина, мы ведь договорились не омрачать ссорами такой важный день для нашей семьи.

С огромным трудом беру себя в руки. А Павел возвращается к приготовлению ужина.

Как же он бесит! Пытается вести себя так, будто ничего не произошло.

Играет на публику из одного человека — меня.

Вот только я его уже вечность знаю, и он не спокоен и не расслаблен. Всё это игра! Бесит его неискренность, его уверенность, что нужно чуть-чуть постараться, и я проглочу всё, что он мне скормит. Ещё и спасибо скажу.

— Нашу семью ждёт прекрасное будущее. Давай сконцентрируемся на том, что действительно важно. Пусть прошлое останется прошлому.

Он работает над сохранением нашего брака, а мне хочется кричать в голос. Разбить здесь всё, избавиться от скопившегося внутри напряжения.

Всё напоминает о случившемся. Его внимание ко мне, попытка показать себя с лучшей стороны. Этот ужин, который он приготовил. Стол, накрытый по всем правилам, будто мы встречаем важных гостей.

— Ну что же ты не садишься за стол? — спрашивает он, не поворачиваясь ко мне.

— Да, конечно, уже иду.

И ведь знала, что будет именно так, а всё равно больно.

Нормальная женщина кричала бы, вырывала у его любовницы волосы, била его, сбежала подальше, чтобы зализать нанесённые сердцу раны, а я сажусь у красиво сервированного стола.

Смотрю на розы, и воспоминания возвращаются помимо воли.

— Тебе нравится? — Павел ставит на стол пасту с грибами.

Тарелка передо мной выглядит лучше, чем подают в некоторых ресторанах.

Павел настолько внимателен, что даже орехи поджарил ровно настолько, как мне нравится. Не забыл и о свежей зелени, и о раздавленном с помощью ножа чёрном перце.

Идеальный ужин, продуманные слова и поступки — я хочу видеть его худшие качества, но нет, мне не может так повезти. Веди он себя по-другому, насколько б легче было его ненавидеть.

— Я уже боялся, что ты утонула. Думал бежать тебя спасать, — беззаботно говорит он и вновь уходит в примыкающую к столовой кухню.

— И что бы ты сделал? Выбил дверь? — спрашиваю, когда он возвращается.

— Конечно, если потребовалось бы.

Он ставит на стол ещё одну порцию — для себя, но не садится.

Наблюдаю за тем, как он зажигает свечи. Затем наливает мне воду в фужер, в то время как свой бокал наполняет чем-то чуть покрепче компота из зелёного винограда.

Только тогда он занимает место напротив. Спокойный, сосредоточенный на проблеме, то есть на мне.

Сжимаю руку в кулак так, что ногти впиваются в ладонь. Лёгкая боль отрезвляет.

Спокойней. Ты ведь уже всё продумала, выбрала то, что станешь делать, чтобы причинить ему настоящую боль. Мужчины слишком толстокожи, эмоциями их не пробьёшь. Деньги, собственность, контроль — вот его уязвимые точки. И, разумеется, высокое самомнение, гордость и репутация. Всё, совесть в этот список не входит, как и женские слёзы, как крики: «Как ты мог?» и прочее. Раз сделал, то смог. Раз сделал, то захотел. Какие ещё могут быть вопросы?

— Можешь отдать мне свой подарок?

— Это не слишком-то гигиенично.

Он улыбается.

— В такие моменты ты так напоминаешь мне свою маму. — Смеётся, легко считав мою реакцию. — Это комплимент, Алина. Твоя мама прекрасна. Лучшая тёща на свете.

Отдаю ему тесты.

— Сделала несколько для надёжности. Ты доволен? Какой тебе больше нравится — с красным бантиком или с синим?

— Я не доволен, а счастлив. И мне всё равно, дочка у нас будет или сын. Кто будет, тот будет, главное, у нас будет ребёнок. Спасибо тебе, родная моя.

Идеальный ответ от идеального мужа.

У меня дёргается щека, и он наклоняется вперёд, чтобы накрыть мою руку.

Закрываю глаза, чтобы не выдать себя.

— Всё будет хорошо, милая. Ничего не бойся. В этот раз ты доносишь. У тебя идеальные анализы, ты совершенно здорова. У нас родится здоровый малыш.

Ничего не отвечаю. Обманываю его, но почему же так больно? Так горько и безнадёжно в душе?

— Посмотри на меня, родная. Пожалуйста, посмотри на меня.

Открываю глаза.

— Я клянусь тебе, что больше не подведу тебя. Ты можешь мне верить. Я даю слово, что в моей жизни не будет другой женщины, кроме тебя. Я провинился перед тобой, но пусть это останется в прошлом. Не лишай себя мужа, а нашего ребёнка отца.

Как я и предполагала, он использует ребёнка, чтобы надавить на меня.