Месть сладка. Предатели всегда платят

Глава 22

За прошедшее время Руслан мог сменить номер, но нет, мне везёт. Спустя два гудка из динамика раздаётся его голос, и в тот же миг понимаю, что поддалась на провокацию и повела себя именно так, как он и хотел.

Сбрасываю звонок.

Руслан немедленно перезванивает. На экране высвечивается название контакта «Даже не думай».

Я и не думаю. Меня ведут поднявшиеся с самого дна души чувства.

Этот человек мало того, что предал меня, так ещё и, пытаясь прогнуть под себя, едва не убил. Вспоминаю, как лежала в больнице, и по спине идёт холодок. На нём — ни царапинки, а я вышла из устроенной им аварии с проломленной головой.

Дело замяли — Дмитрий Сергеевич расстарался ради сыночка. Аварию представили как несчастный случай из-за машины, по техническим причинам потерявшей управление. Не стали выяснять, как мы глухой ночью оказались на трассе, и добровольно ли я согласилась куда-то ехать с бывшим, который мне изменил.

Невозможно забыть горящий бешенством взгляд Руслана в ответ на моё: «Ты никогда меня не вернёшь». Он явно хотел убить нас обоих, когда на психе выкрутил руль.

Мы врезались в дерево на большой скорости.

Руслана спасли ремни безопасности, а я к тому времени их отстегнула. Планировала выпрыгнуть из машины этого психа — и чуть не пробила головой лобовое стекло.

Нельзя с ним говорить. Алина, даже не думай!

Вибрация прекращается, и я выдыхаю.

Сейчас наймёшь кого-нибудь, чтобы закрасили надпись. Вот так это надо решать, а не разговорами с психованным бывшим. Цветы, бельё, надписи под подъездом — тридцать лет человеку, а он ведёт себя как подросток.

Дмитрий Сергеевич клятвенно обещал разобраться с сыном так, чтобы мне больше не приходилось беспокоиться из-за него. Мой отец тоже просил не ломать парню жизнь, и я сдалась — забрала заявления из полиции и прокуратуры.

Руслан уехал из города, и всё стало тихо. Но стоило ему вернуться, и его давний психоз — без всяких сомнений — вновь обострился.

Может, с несостоявшимся свёкром поговорить? Предупредить, что его сын снова ведёт себя неадекватно. Попросить помощи и защиты.

На экране телефона появляется фотография Макса и надпись «Любимый братишка», и, шумно выдохнув, я принимаю звонок.

— Привет, сестрёнка. Как ты? — спрашивает брат, но не даёт вставить ни слова. — Слушай, тут кое-кто хочет с тобой поговорить. А то до тебя не дозвониться.

Короткая пауза, небольшой шум, и я слышу голос Руслана.

— Здравствуй, Алина.

Вот чёрт. Зря я помалкивала о причинах аварии. Иначе брат знал бы, что от Руслана надо держаться подальше, а не вёл себя так, будто все мы снова друзья.

— Ты мне звонила. Что-то случилось, что ты достала мой номер из чёрного списка?

Сердце колотится, и руки становятся влажными. Но я могу с этим справиться.

Начну с Руслана, затем позвоню его отцу. Преследование нужно останавливать сразу, пока до ударов машиной о дерево не дошло.

— Прекрати это немедленно, слышишь? Я серьёзно. Ждать не буду, пожалуюсь твоему отцу.

— О чём ты? Что я тебе сделал такого?

— Ты издеваешься? Вчера цветы и бельё, сегодня признания под подъездом. Завтра мне чего ждать — похищения?

Он не признаётся. Твердит, что это не он! Мы спорим, потом я понимаю, что зря трачу время, и сбрасываю звонок.

Макс и Руслан по очереди пытаются до меня дозвониться — отправляю в чёрный список обоих.

Звоню Дмитрию Сергеевичу на личный номер, но меня выкидывает на: «Оставьте своё сообщение». Обычное дело для практикующего юриста в это время дня. Мало ли где он может быть — на встрече с клиентом, совещании или в зале суда.

— Пожалуйста, перезвоните мне, Дмитрий Сергеевич. Это важно. Дело касается вашего сына.

Работа снова стоит. Из рук всё валится, и я отправляюсь на кухню. Есть вряд ли смогу, но что-нибудь тёплое выпить — необходимо. А ещё посмотреть на котиков и щенков. Они лучшее лекарство, когда не только желудок, но и всё тело становится одним большим комком нервов.

Давно я не касалась той истории. Мне казалось, я её проработала. Отпустила и забыла. А теперь, словно дамбу прорвало, всё вспоминаю в подробностях.

— Ты мне просто скажи, чего тебе не хватало? Только правду! Не смей врать хотя бы сейчас!

— Хочешь правду? Она не значит для меня ничего. Меньше, чем ничего!

— Тогда зачем быть с той, кто для тебя пустое место?

— Потому что так, как с ней, с тобой я не могу. Тебя я люблю, а она... это другое. Она не для отношений, пойми. С ней я могу быть грязным, пьяным, любым. Ей это даже нравится. Чем жёстче, тем лучше. Она на всё соглашается, понимаешь, на всё!

— Я что, тебе в чём-то отказывала?

— Да я тебе такое и не предлагал, и не буду. Ты что!

— Тогда купил бы себе резиновую куклу для игр.

— Вот, наконец, ты понимаешь! Она и есть кукла, только выглядит, как живая. Её не нужно любить, на неё не нужно тратить много сил. Она не для отношений, она... просто дырка, уж извини мой французский. А с дырками не изменяют, их используют по назначению, вот и всё. Я был с ней, но я не изменял тебе, Лина! Это другое, пойми ты меня уже наконец!

Желание опускаться до животного уровня и валяться в грязи я отказываюсь понимать даже спустя все эти годы.

С той девушкой, которая считалась моей лучшей подругой, я даже не говорила. В отличие от Руслана, она не стремилась со мной объясняться. Её номер у меня в чёрном списке подписан «Лживая дрянь». Мы больше никогда не встречались, я вычеркнула её из своей жизни.

Точно так же поступила с Русланом. Только он моему решению сопротивлялся так сильно, что в процессе нас обоих чуть не убил.

Вчера я допустила большую ошибку. Поддавшись соблазну станцевать на нервах Павла, согласилась сесть за один стол с Русланом, разговаривала с ним, даже улыбалась. Прошло много лет, он не появлялся и не звонил, и по глупости я решила, что он, как и я, всё забыл. Выздоровел, стал нормальным, как до всей той дикой истории.