Месть в тени развода

Глава 22. Деловой ужин — публичное унижение

Я стою перед зеркалом, разглядывая своё отражение, и чувствую, как внутри всё сжимается от напряжения. Чёрное платье — строгое, элегантное, без лишних деталей. Волосы убраны в гладкий пучок. Минимум украшений. Я выгляжу как та самая Жанна Градова, успешный архитектор, которая привыкла держать всё под контролем.

Только вот руки предательски дрожат, когда я застёгиваю серьги.

Господи, что я вообще делаю? Зачем мне этот чёртов деловой ужин?

Но я знаю ответ. Знаю его слишком хорошо. Сегодня вечером я разыграю последнюю карту в этой грязной игре с Родионом. Оксана передала мне документы — доказательства его финансовых махинаций, вывода денег компании на личные счета. Данила, мой адвокат, разработал план. Всё просчитано до мелочей.

И всё равно меня трясёт.

— Мама, ты куда? — Ярослав стоит в дверях моей комнаты, глядя на меня с тем же настороженным выражением лица, которое появилось у него после объявления о разводе.

— На деловой ужин, сынок, — отвечаю я максимально спокойно, хотя голос предательски дрожит. — Партнёр по проекту пригласил.

— А папа будет? — спрашивает он тихо.

Сердце пропускает удар.

— Возможно, — выдавливаю я из себя. — Но это работа, Ярослав. Взрослая скучная работа.

Он кусает губу и молча разворачивается.

Мать твою за ногу, что я делаю со своими детьми? Одеваю пальто и выхожу из дома.

Екатерина приезжает за мной ровно в семь. Она за рулём, я на пассажирском сиденье, и мы обе молчим первые пять минут.

— Ты уверена? — наконец спрашивает она.

— Нет, — честно отвечаю я. — Но я всё равно это сделаю.

— Жанна, это публичное унижение. Ты понимаешь, что после этого пути назад не будет?

Я смотрю в окно на проплывающие мимо огни города.

— Пути назад уже давно нет, Катя. С того самого момента, когда он заявил мне о разводе.

Она вздыхает, но больше не спорит. Знает, что бесполезно.

Ресторан «Гурман» находится в центре города, на последнем этаже бизнес-центра. Панорамные окна, дорогой интерьер, официанты в смокингах. Место, где встречаются те, кто привык к власти и деньгам.

Я вхожу внутрь, и первое, что вижу, — Родиона.

Он стоит у барной стойки с бокалом виски в руке, разговаривает с каким-то мужчиной в дорогом костюме. Его профиль резкий, чёткий. Волосы аккуратно уложены, борода подстрижена. Он выглядит уверенным, спокойным, абсолютно контролирующим ситуацию.

А я чувствую, как моё сердце колотится где-то в горле.

Чёрт побери, почему он до сих пор так действует на меня?

Родион поворачивает голову — и наши взгляды встречаются. Его лицо на мгновение застывает. Брови сдвигаются. Губы сжимаются в тонкую линию.

Он не ожидал меня здесь увидеть.

Отлично.

Я поднимаю подбородок выше и иду через зал, чувствуя на себе его взгляд. Мой партнёр по проекту, Сергей Владимирович Морозов, машет мне рукой от столика у окна. Я улыбаюсь — натянуто, фальшиво, но он этого не замечает.

— Жанна Олеговна, как же я рад вас видеть! — Сергей Владимирович встаёт, чтобы поприветствовать меня. — Вы выглядите потрясающе!

— Спасибо, — отвечаю я, садясь напротив него.

Оксаны пока нет. Всё идёт по плану.

Ужин начинается. Сергей Владимирович болтает о проекте, о новых контрактах, о перспективах. Я киваю, улыбаюсь, отвечаю что-то невнятное. Но всё моё внимание сосредоточено на Родионе.

Он сидит за столом напротив, в окружении партнёров компании. Делает вид, что не замечает меня. Но я вижу, как напряжены его плечи. Как он слишком часто отпивает из своего бокала. Как его взгляд то и дело скользит в мою сторону.

Он нервничает.

Хорошо.

Разговор за его столом оживляется. Один из партнёров — грузный мужчина с залысиной — громко смеётся, хлопая Родиона по плечу.

— Родион Игоревич, вы просто волшебник! Удвоить прибыль за квартал — это феноменально!

— Всё благодаря грамотному управлению инвестициями, — отвечает Родион ровным тоном.

Мой желудок сжимается.

Сейчас.

Я наклоняюсь к Сергею Владимировичу, делая вид, что говорю что-то конфиденциальное. Но голос специально делаю достаточно громким, чтобы слышали за соседними столиками.

— Сергей Владимирович, вы слышали про инвестиционный фонд «Капитал Инвест»? Интересно, куда делись средства из последнего инвестирования?

Разговор за столом Родиона на мгновение затихает.

Сергей Владимирович недоумённо поднимает брови.

— Что вы имеете в виду?

Я пожимаю плечами, словно это обычная светская беседа.

— Ну, знаете, просто любопытно. Отчёты показывают одно, а реальные цифры... — Я делаю паузу, как бы задумываясь. — Немного не сходятся.

Родион бледнеет. Его рука замирает на полпути к бокалу.

Партнёры переглядываются.

— Жанна Олеговна, вы что-то знаете? — спрашивает один из них, мужчина с острыми чертами лица.

Я улыбаюсь невинно.

— Я просто архитектор. Но иногда случайно попадаются... интересные документы.

В этот момент появляется Оксана в темно-синем платье, она подходит к Родиону. Её движения плавные, уверенные. Она держит в руках папку с бумагами.

— Простите, что вмешиваюсь, — говорит она мягко, обращаясь к Родиону. — Но я случайно наткнулась на непонятные документы. Там странные переводы на офшорные счета. Дорогой, ты не поможешь мне разобраться?

Тишина.

Все смотрят на Родиона.

Он встаёт резко, стул скрипит по паркету.

— Это абсурд, — его голос звучит слишком напряжённо. — Все финансовые операции прозрачны и легальны.

— Тогда почему часть средств ушла на личный счёт? — спокойно спрашивает Оксана, раскрывая папку и показывая документы.

Партнёры вскакивают со своих мест, толпятся вокруг неё, изучают бумаги. Я слышу обрывки их фраз:

— Это что, правда?

— Офшоры на Каймановых островах?

— Родион, объясните немедленно!

Родион стоит посреди зала, и я вижу, как его лицо искажается от ярости. Кулаки сжаты. Челюсти стиснуты так, что выступают желваки.