Месть за любовь

Глава десятая

Глава 10

Если же ты приобрел, то потеряй.

Если же ты потерял – приобретай.

Катрин не пришлось повторять участь Салли: она сама потеряла сознание от всего случившегося. Чего даже не заметили похитители: она чуть было не упала с лошади, но Дин успел сообразить и удержать ее. В какой-то степени она даже была рада, что потеряла сознание. Но это было лишь небольшое забытье перед целыми последующими днями воспоминания и глубокой печали. Она не помнила, снилось ли ей что-нибудь. Ничего. Лишь темнота, окутанная белым туманом, который вскоре стал кроваво-красным. Затем эта красная пелена стала в глазах Катрин обжигающей и, через темноту забытья девушка почувствовала, что плачет. Слезы горя, печали и утраты текли по ее измученному лицу сами собой.

Вскоре стала ощутима жизнь. Она живет. Она дышит…и вспоминает. Прежде чем открыть опухшие от нескончаемых слез глаза, Катрин вспомнилась вся та ужасная картина и вся последующая боль утраты.

Она потеряла Леона.

Потеряла! Сама мысль, что она никогда больше его не увидит, была ей невыносима. И где же он теперь? Неужели его так и оставили лежать на земле? Это несправедливо! Он не заслуживает такого. Леон заслужил лучшего. Заслужил жизнь. И не жизнь союзника, а жизнь свободного, счастливого человека, имеющего крышу над головой.

- Катрин, - послышался чей-то зов, - Катрин!

Катрин медленно открыла опухшие глаза, хотя ей очень не хотелось этого делать. Вернуться в реальность – значит подтвердить смерть Леона. А он все еще живет в ее мыслях и в сердце. Он там живой и невредимый!

Перед Катрин сидела Салли. Лицо ее было бледным, а под глазами виднелись большие синяки. Но на ее лице была улыбка. Чему она улыбалась? Леон же мертв!

При этой мысли Катрин нахмурилась, что озадачило женщину.

- Катрин, что случилось? – улыбка сразу пропала с лица Салли, но, наклонившись, она обняла девушку, которая лежала на холодном полу, - Как я рада, что ты цела и невредима! Но что произошло? Что они с тобой сделали? Эти подонки трогали тебя?

«А какая разница? – недоумевала Катрин, все еще молча, смотря на Салли, - И чему радоваться, после случившегося? Или она не знает? И какая ей разница, жива я, или нет? Вот мне лично все равно, что со мной! Я потеряла Леона. Что может быть еще хуже? Я больше не смогу его обнять, услышать его голос…его голос…»

Я не смог тебя защитить.

Эта предсмертная фраза все еще вертелась у нее в голове, как отдаленный и мягкий звон колокола. Катрин запомнила в мыслях все его жесты, все слова, произнесенные в этот день. А самое главное – это его лицо и улыбка. Его улыбка, которую он больше никогда не подарит ей! И его голос, такой родной и милый, больше никогда не услышат ее уши. Все это осталось в мыслях. А весь его любимый образ сохранился только в памяти. Только там Леон будет жить вечно.

«А ведь у меня от тебя ничего не осталось, Леон», - подумала Катрин, сама того не заметив, что снова погружается в забытье. Мысли поглотили разум бедной девушки, и она уже не слышала, что ей говорила обеспокоенная и расстроенная Салли.

Звонкий удар, словно гром молнии, обрушился на Катрин через сон, вернув в реальность. А когда же девушка испуганно открыла глаза, то тут же почувствовала резкую боль на правой щеке. Сначала Катрин растерянно смотрела по сторонам, моргая и ухватившись рукой за больную щеку. Однако когда же она разглядела перед собой Дина Мерли, то ей все стало ясно – ее ударили. И, причем, очень сильно. Память сразу встала на место, и девушка снова почувствовала, как слезы потери подступают к ее измученным глазам.

Что они еще от нее хотят? Разве они не достаточно боли нанесли ей? Сколько можно терзать ее измученную душу! Сколько? Однако при этом Катрин почувствовала, что ей уже все равно. Для чего дальше бороться? Ради чего? Ради кого? Ведь она осталась совсем одна. Артур далеко сейчас от нее, Тристан уже, наверное, забыл о ней и женился на другой. В этом не было сомнений. А дальше? Свою мать она уже потеряла в детстве, а отец давно забыт в своих делах и вряд ли сейчас думает о ней. Кто же еще остался? Ее любимая Асфалия? Но она уже стара и прошли те годы, когда она заботилась и любила ее с Артуром. Теперь она дожила до глубокой старости, и живет только сегодняшним днем, боясь, что завтрашнего уже не будет.

Эти мысли совсем привели в отчаяние Катрин, и она поникла головой, что не понравилось Дину, который стоял над ней, скрестив руки на груди. Его взгляд был серьезным и холодным. Казалось, что этот человек вообще не умел чувствовать.

- Только не говори мне, что тебе плохо! – фыркнул он, - и так целый день валялась без памяти. Неужели не выспалась?

- Что вам от меня надо? – решила перейти к делу Катрин, подняв на него свои блестящие от слез глаза.

- Для начала назови свое имя. – Потребовал он.

- Имя? Зачем?

- Здесь вопросы задаю я! Прошу, не перечь мне. Так как твое имя, куколка?

- А вам ли не все равно? Что вам даст мое имя? Я же не дочь короля.

- Еще бы! – ухмыльнулся он, - давай ты не будешь портить мне настроение. Тебе же будет хуже. Отвечай на вопрос!

- Не вижу смысла…