Месть золотой черепахи

Глава двадцать восьмая. Австралия. 1887 год.

Однажды солнечным, ярким утром миссис Рози Рассет сидела на берегу ручья Коунс-Крик со своей шестилетней малышкой Лали, наблюдая за мужем, который моет олово у своего промывочного лотка. Лали вела себя несносно. Она то вскакивала и, путаясь в юбках матери, пыталась подхватить с земли ветку, то вновь забиралась к той на колени и пыталась пристроить её в длинных волосах. Рози Рассеет наконец эти проделки наскучили, если не сказать больше.

И тут она заметила, как по дну лотка перекатываются с полдюжины ярких камней. Она молча выбрала самый крупный из них и вручила малышке. Лали задохнулась от восторга. Новая игрушка пришлась по сердцу. Девочка затихла и уже не докучала матери. Её маленькие цепкие ручонки вертели камень из стороны в сторону, словно она пыталась собственными ладошками отполировать его до блеска.

 Спустя несколько дней, другие матери последовали примеру миссис Рассет, выбирая для своих детей «сверкалки» из промывочных лотков своих мужей-старателей.

По поселку поползли слухи, что эти сверкающие камешки-алмазы. Только вот старатели воспринимали весть как хорошую шутку. Какие там алмазы!.. Всем известно, если положить алмаз на наковальню и ударить молотом, алмаз останется невредим, а наковальня расколется, как, впрочем, и сам молот. Что за шутки! Камни и только. Они ведь не побеждают молот. Проверено!

Малышка Лали росла и не собиралась расставаться со своей любимой игрушкой. Никакая сила в мире не могла бы отнять её. Засыпая в своей постели, она укладывала камень под подушку, а утром, едва открыв свои прелестные глазки, ладошкой осторожно щупала сокровище.

 Впрочем, «сверкалки» и впрямь оказались сокровищем.

В поселке появился молодой человек и принялся скупать камешки по три пенса за штуку. Не прошло и полгода, как цена возросла до шести пенсов. Старателей такое положение вещей очень даже устраивало. Жизнь семьи Рассет пошла в гору. Отец, не прекращая добычу олова, теперь имел еще один доход. У малышки Лали появилась куча нарядов, а у дома новая пристройка. Да и мама что-то поправилась в последнее время. Как-то Лали услышала загадочную фразу о том, что их семью ждет пополнение. Тогда она подумала, что появится опять что-то новенькое в их доме, возможно даже какая-то живность. Хорошо бы если собака!  Наверное, так бы она и думала, если бы однажды за ужином отец не поведал ей тайну. Скоро мама родит братика или сестричку.

Лали обдумывала весть ровно пять секунд, зато потом, представив себе, что скоро закончится её одинокая детская жизнь, она скакала вокруг стола, как резвый молодой козленок и пушистые светлые её локоны отплясывали с ней в такт.

Разве может сравниться маленькая сестра с какой-то там собакой. Собака есть и так. Хватит одного лохматого Роя на них всех…

 Однажды у них дома появился новый человек. Лали не могла понять, почему теперь он должен жить с ними. Хотя Джонни ей очень даже нравился. Он часто смеялся сам и заставлял смеяться других. Джонни стал работать вместе с отцом, а вечерами они вели долгие разговоры о том, как улучшить дела. Добыть как можно больше «сверкалок».

Джонни уверял отца, что в той стране, откуда он родом их ценят гораздо дороже. А значит, именно там можно получить за них целое состояние. Главное не поддаваться на уговоры всяких там пройдох-скупщиков.                                                                                 В тот год лето было особенно жарким, даже ночью можно было проснуться от зноя и лежать долго-долго, широко открыв глаза и моля богов о дожде.

Лали мирно спала в своей кроватке, подоткнув под щеку ладошку, когда невероятный шум нарушил её сладкий сон. Вокруг стоял тревожный противный запах гари. Она даже сразу не поняла, что происходит. Липкий страх охватил её маленькое тельце, едва она услышала истошный голос матери. И еще два других, принадлежащих отцу и Джонни.

Сильные руки выхватили её из кроватки и крепко прижали к груди. Затем отец передал её маме и принялся выбивать ставни, почему-то оказавшиеся закрытыми. Задыхаясь от дыма, Лали никак не могла понять, почему они не выйдут на улицу через дверь. Ведь это так просто! Но Джонни колотил по ней что было силы, а она не открывалась. Огонь лизал занавески и мебель, подбираясь все ближе к своим жертвам.

Вдруг мама охнула и выпустила дочь с рук. Лали стало так страшно, что она тут же юркнула под кровать, пытаясь спрятаться там от этого кошмара. Она выхватила из-под подушки свой камень и, прижав его крепко-крепко к груди, сжалась в комок.

Грохота обвалившейся крыши она уже не слышала…

Новое утро пришло как всегда без задержки. Солнце светило изо всех сил, стараясь заглянуть в ясные глазки Лали. Но девочка не улыбнулась и не вскочила со своей новой кроватки навстречу новому дню. Теперь у неё никого не было, кроме Джонни, что сейчас сидел у её изголовья и Роя, постоянно касающегося своим мокрым носом её руки. Она знала точно, что мамы больше нет, и отца тоже. Она ясно слышала слова взрослых, которые мгновением раньше за перегородкой, отделявшей одну комнату от другой, обсуждали события минувшей ночи и предстоящие вскоре похороны жутких обугленных останков семьи Рассет…

Малышка Лали крепко зажмурила глаза в надежде на то, что этот нехитрый прием прогонит прочь этот страшный сон и новое пробуждение вернёт потерянных родителей.

Но ангелы на небе не услышали её мольбы, отвернувшись от маленького существа…

На третий день после страшного пожара на местном кладбище выросло два новых холмика.

Лали целыми днями просиживала теперь у ручья за селением. Только теперь ей приходилось довольствоваться лишь обществом Роя. Она зарывалась пальцами в мягкую длинную шерсть и сидела так до тех пор, пока собаке не надоедало бездействие, и она не уносилась прочь, погонять кур во дворе их нового жилища.

Соседская старушка приняла в своем доме новых жильцов вполне радушно, предоставив им и кров, и посильную заботу. Но длилось это мирное существование совсем недолго.